Ербол Исмаилов: Чиновники ждут команды сверху, игнорируя ожидания и настроения людей

Специалист по конфликтам назвал причины массовых беспорядков в Казахстане и дал советы работодателям, как минимизировать их последствия

Ербол Исмаилов
ФОТО: личный архив
Ербол Исмаилов

Эксперт в области социально-трудовых отношений, руководитель консалтинговой компании ECPM Ербол Исмаилов за прошедший год не раз предупреждал об опасности массовых протестов. Теперь, когда его прогнозы оправдались, конфликтолог объясняет, в чем были ошибки властей и как их можно исправить.

Ербол, что, по-вашему, стало причиной январских событий?

- Я бы назвал происходящее реакцией на «хроническую несправедливость», многолетнее невыполнение обещаний, нереализация ожиданий. Это комплекс причин, в котором есть факторы экономического характера: это и уровень зарплаты, и две девальвации, и повсеместный рост цен на продукты, товары и ГСМ. Всё это вкупе с неудовлетворительным уровнем коммуникаций привело к тому, что мы сейчас видим.

Кроме того, мы постоянно имеем дело с дефицитом информации, что дает почву для слухов, домыслов, манипуляций. Власти проигрывают социальным сетям, оказываясь в позиции догоняющего или оправдывающегося. Мы, специалисты, понимали, что вопрос газа уйдет на второй план, что власть пойдет на уступки. Но так же мы понимали, что на поверхность будут подняты вопросы экономической повестки — подорожание, закредитованность, пандемийные ограничения.

Показательно, что началось все в Жанаозене. Все привыкли, что там часто бывают протесты, но никто не ожидал, что эту повестку подхватят и в других областях. В таком критическом виде, как сейчас, впервые можно говорить о политическом конфликте или политическом кризисе.

Президент в своем обращении говорил о трех волнах беспорядков: мирные протестующие, немирные (кстати, как их лучше называть?) и мародеры. Вы с ним согласны?

- Судя по тому, что действия вторых носили экстремистский характер, можно называть их экстремистами. Три волны мы наблюдали в основном в Алматы и Алматинской области. Вначале протестующие шли с мирными целями, никаких мародерских или захватнических целей не преследовали. Мирную повестку перехватили и по сути задавили своими провокационными и экстремистскими идеями те, кто хотел дестабилизации. Мало того, они начали преследовать тех, кто был не с ними, призывать присоединиться к ним. Общего хаоса прибавили действия мародеров.

Толпа делится по определенным признакам. В какой-то момент кроме мирных демонстрантов будут случайные прохожие — это так называемая окказиональная (случайная) толпа, которая хочет просто поглазеть. Но она создает массовость. Случайные жертвы были именно среди тех, кто пришел посмотреть — а этого ни в коем случае нельзя делать. Если происходит массовый протест, нельзя пренебрегать мерами безопасности.

Затем идет действующая толпа, та, которая сначала была мирной, затем ее начала поглощать агрессивная толпа. Произошел переток, и агрессивная толпа способствовала появлению стяжательной толпы. Здесь включаются иррациональные нормы поведения, происходит психоэмоциональное заражение. И ему подвластны все, кто находится в толпе. Мародерские действия совершают те, кто ранее не был замечен в подобном, вполне интеллигентные люди.

Действующая, агрессивная, стяжательная толпа — это одни и те же люди?

- Действующая толпа - политически наиболее значимый и опасный вид стихийного поведения. У агрессивной толпы - эмоциональная доминанта: ярость, злоба, агрессия ярко выражена. Стяжательная толпа характеризуется четким намерением обладания ценностями, имуществом.

Во всех упомянутых массовых движениях вовлечены разные люди, с различной социальной, политический, бытовой повесткой. В обычной жизни, как правило, эти люди не соприкасаются друг с другом. Но в период массовых выступлений часто можно заметить трансформацию толпы из одного состояния в другое.

Можно ли было остановить насилие?

- Если говорить об Алматы, это исторически не самый спокойный город, здесь регулярно проходят митинги, уже должна быть наращена какая-то мышца, история уже должна чему-то научить. Но увы, это был коммуникационный провал.

Лидеры в ответе за город, не только когда перерезают ленточки, но и когда городу плохо, когда город нуждается в моральной поддержке. Никто не мешал акиму Алматы выйти на площадь. А где были акимы районов? Они могли бы оттянуть на себя часть толпы.

Примечательно, что чего-то деструктивного вся страна ждала именно в Мангистауской области, но, к счастью, мангистаусцы, жанаозенцы проявили культуру протеста. Они ее выпестовали на протяжении ряда лет: они часто коммуницировали с властями, предъявляли свои требования, они умеют выдвигать лидеров и знают, к кому обращаться, кто принимает решения. В этом плане мангистаусцы поступили и, я надеюсь, будут поступать так же взвешенно и конструктивно.

Какой главный урок должны усвоить руководители регионов, где ситуация вышла из-под контроля?

- Парадигма — оправдать доверие своего руководства — уже устарела. Аким руководит людьми и в первую очередь должен оправдать их доверие. Все ждут команды сверху, игнорируя ожидания и настроения людей. Это провальная позиция.

Сейчас, когда военная операция подходит к концу, встает вопрос доверия к решениям властей. Очень важна разъяснительная работа. Нужно говорить о количестве жертв, о том, сколько было задержано журналистов (которые, кстати, выполняли свой профессиональный долг), каков нанесенный ущерб, кто этот ущерб будет восполнять.

Я бы хотел обратить особое внимание на посттравматическую работу. Мы это проходили в Жанаозене, мы знаем, что такое отдаленные последствия такого кризиса. Малейший триггер в дальнейшем вызовет более глубокий кризис, если не будет проделана посттравматическая работа: поддержка моральная, психологическая, коммуникационная, инфраструктурная. Не только со стороны властей, но и со стороны работодателей, тех, кто в орбите принятия решений.

Мы вместе с МИОР, МЦРИАП, волонтерами создали службу психологической поддержки 1414. Но одних волонтеров не хватит, нужна программа на государственном уровне - через центры психического здоровья, через долгосрочные проекты, в которые должно быть вовлечено гражданское общество.

Кроме того, мы видели, как во время беспорядков простые люди начали самоорганизовываться. На фоне безвластия первых дней ничего иного не оставалось. Я считаю, что этот импульс самоорганизации нужно поощрить. И людей нужно поблагодарить за то, что они отстояли свой город. Понятно, что ввели войска и т. д. - но это их работа, а сколько мы видим случаев, когда простые люди спасали курсантов — это настоящие герои, о которых нужно рассказывать.

Что делать работодателям, чтобы минимизировать последствия и не допустить в будущем подобного? Повысить зарплаты?

- Кстати, сейчас многие промышленные предприятия уже начали судорожно повышать зарплаты. Прежде всего первые руководители должны быть на местах, проводить разъяснительную работу, открыто говорить о том, с какими трудностями может столкнуться предприятие, исправлять ошибки государственного информирования, заполнять информационный вакуум. Очень важно личное общение, практика личных приемов, обеды в общей столовой, стараться максимально быть на одной волне с работниками. Работодатель, конечно, не волшебник в голубом вертолете, но ему важно выслушать работников и откровенно сказать, что он может, а что он не может.

Сейчас большой запрос на социальную справедливость, и нужно найти баланс между прибыльностью и социальной ответственностью. Пора пересмотреть отношение бизнеса к социальной ответственности. Для многих это просто благотворительность, но это неправильно. Социальная ответственность должна иметь созидательную направленность — это создание рабочих мест, сервисного пояса вокруг предприятий, решение экологических проблем, партнерство со школами, колледжами и вузами. Сейчас хороший момент в первую очередь для производственного бизнеса пересмотреть свое так называемое социальное гражданство.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
21689 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить