Рискованный шёлковый путь Италии

Действительно ли китайская инициатива «Пояс и путь» (сокращённо BRI) является, как утверждает министр финансов Италии Джованни Триа, «поездом, который Италия не может позволить себе пропустить»? Премьер-министр Джузеппе Конте тоже считает, что Италия должна впрыгнуть в этот поезд. По его словам, данный китайский инфраструктурный план стоимостью в миллиарды долларов является «шансом для нашей страны»

Фото: CNN International

Правительство Италии планирует подписать с Китаем меморандум о взаимопонимании по вопросу BRI во время визита в страну председателя КНР Си Цзиньпина 22-24 марта. Тем самым Италия станет первой страной - основательницей ЕС и членом «Большой семёрки», которая подпишет подобный документ. Это откроет двери для китайских инвестиций в такие итальянские отрасли, как инфраструктура, энергетика, авиация и телекоммуникации. Но присоединение к программе BRI создаст серьёзные риски для Италии и может нанести ущерб отношениям страны с ЕС и США.

Да, действительно, расширение коммерческих связей с Китаем является совершенно очевидным решением для Италии, где темпы роста ВВП низки или даже стагнируют с конца 1990-х годов. Ожидается, что они замедлятся с 1% в 2018 году до 0,2% в нынешнем. Китай, со своей стороны, обладает второй по размерам экономикой в мире, уступая только США. Это крупнейший в мире экспортёр и всё более важный иностранный инвестор. Кроме того, Китай постепенно ребалансирует свою модель экономического роста в сторону внутреннего спроса.

По прогнозам, годовые объёмы торговли между Китаем и странами, участвующими в программе BRI, превысят $2,5 трлн в течение ближайших десяти лет, поэтому двусторонние отношения с Китаем могут подстегнуть итальянский экспорт. Экспорт Италии в Китай сейчас составляет примерно 13 млрд евро ($14,7 млрд) в год, а импорт из Китая – примерно 29 млрд евро.

Кроме того, партнёрство с Китаем способно привлечь дополнительный приток капитала, в котором Италия отчаянно нуждается, учитывает крайнюю ограниченность объёмов кредитования её банками. Начиная с 2000 года, Италия получила китайские инвестиции на общую сумму около 14 млрд евро. Между тем только за первые десять месяцев 2018 года китайские компании инвестировали 10,5 млрд евро в 55 стран, участвующих в программе BRI, и подписали контракты на проекты в рамках BRI стоимостью более $80 млрд.

Тем не менее есть несколько убедительных причин, почему Италии не следует идти по пути двустороннего сотрудничества с Китаем в рамках BRI, а следует углублять сотрудничество с ним в рамках утверждённой Eвросоюзом в 2016 году «Стратегии в отношении Китая».

Во-первых, интересы Италии могут не совпадать с интересами Китая. Программа BRI – это стратегия развития, призванная создавать зарубежные рынки для китайских компаний, прокачивать ресурсы через международные финансовые центры, стимулировать международное использование юаня. Ещё предстоит увидеть, как эти цели можно совместить с целями Италии.

Вторая причина, связанная с первой, в том, что Италия рискует оказаться младшим партнёром, в том числе и потому, что экономика Китая в шесть с лишним раз больше. Кроме того, итальянская экономика слабее. Госдолг достигает 130% ВВП, а испытывающие затруднения предприятия, в том числе флагманская авиакомпания Alitalia, нуждаются в реструктуризации и рекапитализации. Трудно представить, как партнёрство с Китаем может оказаться сбалансированным и обоюдным.

Существуют и операционные причины для озабоченности. Прошло уже несколько лет с момента запуска Китаем программы BRI, но её общие рамки по-прежнему плохо определены, цели – не ясны, а управление – непрозрачно. Она опирается не на возглавляемые Китаем многосторонние организации, например Азиатский банк инфраструктурных инвестиций (AIIB) или Новый банк развития (NDB), а на двусторонние соглашения с Китаем и на прямое партнёрство и совместные предприятия с китайскими предприятиями, многие из которых являются государственными.

В-четвёртых, Италия институционально слаба: многие частные и государственные институты плохо управляются, налоговая система плохо функционирует, повсеместно распространена коррупция. Страна находится на 53-м месте в Индексе коррупции, составляемом Transparency International, – значительно ниже ключевых стран ЕС.

Тем самым Италия, возможно, не будет находиться в том положении, чтобы требовать от китайских партнёров соблюдения правил и стандартов ЕС. Например, Евросоюз озабочен тем, что государственное владение многими китайскими предприятиями искажает рынки и конкуренцию.

Наконец, кибершпионаж и другие неблаговидные поступки китайцев могут подорвать доверие к итальянским компаниям в таких отраслях, как информационные и коммуникационные технологии, инфраструктура, оборона.

К сожалению, из-за своего евроскептицизма многие ведущие министры в правительстве Италии закрывают глаза на эти риски – и на тот факт, что Италии необходимо иметь максимально возможное число друзей в Брюсселе. Её идею впрыгнуть в китайский поезд негативно встретили и в Вашингтоне. Администрация президента США Дональда Трампа, с которым многие члены итальянского кабинета идеологически очень близки, выступила с однозначным предупреждением. Италия может его проигнорировать, но на свой страх и риск.

Конечно, весь этот эпизод с BRI может оказаться бурей в стакане воды и закончится в последнюю минуту фейком, вызвав раздражение у Китая и недовольство у ЕС. Но вне зависимости от итогового результата, речь идёт не просто о размолвке, спровоцированной итальянским правительством, у которого нет надёжного долгосрочного плана. Скорее, это ещё одно свидетельство напряжённого глобального соперничества между США и Китаем.

США уже делали выговор своим союзникам, когда считали, что те слишком сближаются с Китаем. Например, так поступила администрация Обамы, когда Великобритания присоединилась к банку AIIB в 2015. В тот момент США, возможно, преувеличивали свои тревоги по поводу подъёма Китая и необходимости сбалансированного управления многосторонними институтами.

Тем не менее тогда американское поведение было конструктивным, если сравнивать его с нынешней открытой американо-китайской конфронтацией, начатой Трампом. «С нами против Китая, или с Китаем против нас» – таков скрытый сигнал Трампа Италии и остальному миру. Всё это не сулит ничего хорошего процессу мирной ребалансировки мирового экономического порядка. Италия поступит мудро, если будет действовать с осторожностью.

Паола Субакки – профессор международной экономики в Лондонском университете королевы Марии, директор-основатель компании Essential Economics, автор новой книги «Народные деньги: Как Китай создаёт глобальную валюту»

© Project Syndicate 1995-2019 

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
4931 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
17 июня родились
Михаил Гамбургер
генеральный директор ТОО «Алматыэнергосбыт»
Апрель в цифрах

Экономика Казахстана в цифрах и фактах. Апрель 2019 года.

Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить