Почему Казахстан продает госкомпании со скидкой

Перечень компаний, подлежащих приватизации, включает более 600 объектов

ФОТО: © Depositphotos.com/Rosinka79

Вторник, 17 августа, стал для правительства особенным днем. НУХ «Байтерек» в ходе аукциона продал 100% акций (40 912 штук) дочернего предприятия АО «Инвестиционный фонд Казахстана» (ИФК). Среди покупателей ажиотаж не наблюдался, заявки подали три претендента. Торги на повышение цены начались с отметки 10,5 млрд тенге и закончились на сумме 10,6 млрд. Рыночную стоимость фонда неизвестный покупатель (его имя назовут позже, после необходимых про­цедур) оценил, исходя из расчета 259,1 тыс. тенге за акцию. Это чуть больше 257,8 тыс. тенге за акцию, которую дали независимые оценщики в ходе предпродажной подготовки в начале июня 2021 года. Рыночная и независимая оценка, в свою очередь, сильно отстают от номинальной стоимости акций ИФК. На начало года для трех эмиссий акций она составляла 1 млн, 4,8 млн и 5 млн тенге, согласно аудированному отчету фонда. Но, как нам видится, продавцы не продешевили.

ИФК давно уже стал для правительства «чемоданом без ручки», который хотелось быстрее пристроить в надежные руки. Созданный в 2003 году в качестве института развития, фонд стал финансировать крупные инфраструктурные проекты в рамках реализации Стратегии индустриально-инновационного развития. В отличие от банковского займа, где банк защищен от дефолта заемщика ликвидным залогом, ИФК финансировал проекты через прямое участие в капитале – покупку долей компаний. Вложение в капитал считается рисковым инвестированием, поскольку инвестор полностью принимает на себя риск потери капитала. В случае с ИФК сработал именно такой риск. В октябре 2007 года ЕБРР объявил о намерении войти в капитал фонда и провел ревизию его инвестиционного портфеля. Проверка показала, что практически весь портфель является проблемным. После этого ИФК прекратил инвестиционную деятельность и занялся оздоровлением проблемных активов. В 2012 году фонд принял новую стратегию развития и взял курс на профессиональную деятельность в качестве управляющей компании в области управления стрессовыми активами.

Судя по всему, дела управляющей компании идут с переменным успехом. В 2017 году ИФК признал крупное обесценение по долгосрочным активам, предназначенным для продажи, и показал убыток в 1,3 млрд тенге. В 2018 году получил прибыль в размере 647 млн тенге, в 2019 году – снова вышел в минус за счет обесценения активов: убыток составил 21,1 млрд тенге. В 2020 году убыток сократился до 6,7 млрд тенге. В случае непродажи в конкурентную среду фонд планировали ликвидировать с передачей портфеля, активов и прав требований в другую государственную структуру – АО «Фонд проблемных кредитов».

Думается, для стратегического инвестора приобретенный актив представляет серьезную ценность. На балансе ИФК есть значительные средства, а портфель проблемной задолженности потихоньку вычищается. Так, объем долгосрочной дебиторской задолженности сократился с 2017-го по 2020 год с 12 млрд до 8,7 млрд тенге.

Продажа ИФК – один из пазлов комплексного плана приватизации, рассчитанного на 2021–2025 годы. В январе на третьем заседании Высшего совета по реформе Касым-Жомарт Токаев заявил, что передача в конкурентную среду активов на 5 трлн тенге позволит сократить присутствие государства в экономике до 14%. К приватизации будут привлечены стратегические инвесторы, сохранен и расширен доступ МСБ к услугам приватизируемых компаний. «Нельзя допустить, чтобы приватизация приводила к возникновению частных монополий и, как следствие, к общественному недовольству», – подчеркнул президент. По его поручению список организаций, которые должны частично или полностью перейти в частную собственность, был расширен.

Быстрая отдача

На конец августа 2021 года перечень компаний, подлежащих приватизации в период 2021–2025 годов, включает 673 объекта. Наибольшее число активов (449) приходится на коммунальную собственность, 154 актива принадлежат социально-предпринимательским корпорациям (СПК), 62 – квазигосударственным компаниям, восемь входят в республиканскую собственность. Пятилетний план приватизации предполагает провести основную продажу объектов (354) в 2021 году с последующим сокращением до пяти объектов в 2025-м.

Инвестиционная привлекательность приватизируемых объектов неоднородна. Она зависит от географии расположения, перспективности и платежеспособности рынка сбыта, рыночного положения продаваемого объекта, отсутствия бремени долговой и социальной нагрузки. Если сравнить с планом приватизации на 2016–2020 годы, то и тогда и сейчас основная доля предложения – объекты коммунальной собственности. В 2016–2020 годах на продажу выставили 271 коммунальный актив, из которых реализовали 256 (94,5%). На 2021–2025 годы намечена продажа 449 предприятий коммунальной собственности, из которых уже выставлено на торги 135 и продано 66 (49%).

Большое предложение коммунальной собственности можно объяснить вполне подъемной для МСБ стартовой ценой, существенным заявляемым на торгах дисконтом (часто доходит до половины оценочной стоимости), выгодной формой реализации – многие объекты можно взять в доверительное управление с последующим выкупом. А главное, бизнес-активов, находящихся в коммунальной собственности, понятен для МСБ. Это услуги детских садов и центров развития, строительных и проектировочных компаний, торговых и складских площадок, объектов ЖКХ (подача воды, газа, пара, сбор и вывоз мусора). Последние наиболее популярны у покупателей. Интерес мотивирован сравнительно невысокой ценой продажи относительно гарантированного денежного потока. Как правило, субъекты ЖКХ – монополисты местного рынка и генерируют стабильную выручку. Среди главных минусов – изношенность сетей и оборудования, необходимость проводить модернизацию, ограниченная тарифная политика. Здесь можно привести в пример продажу АО «ТаразЭнергоЦентр», которое занимается подачей пара и кондиционированием воздуха. В тендере на доверительное управление участвовало четыре заявки. При стартовой цене 2,1 млрд тенге объект ушел за 6,2 млрд. Интересной оказалась продажа ТОО «Центр экологической безопасности» из ВКО. В аукционе на понижение цены участвовало три заявки, которые в итоге сбили цену с первоначально заявленных 203 млн до 10,2 млн тенге. Интерес к объекту экологической направленности объясняется местной спецификой. В регионе несколько крупных обрабатывающих предприятий и непростая экологическая обстановка. Поэтому бизнес по мониторингу и безопасности окружающей среды выглядит достаточно перспективно.

Привлекательность медицинских учреждений, входящих в коммунальную собственность, среди потенциальных покупателей тоже достаточно высока. После пика пандемии наблюдается всплеск интереса к инвестициям в здравоохранение. Однако с локацией и размером бизнеса таких учреждений не все так просто. Результаты торгов показывают, что быстро уходят с молотка активы государственной собственности – крупные научные медицинские центры и центральные больницы, расположенные в мегаполисах. В таких городах высокая концентрация населения, есть возможность получить большие бюджетные средства в рамках ГОБМП, а также оказывать услуги на платной основе. Не все регионы позволяют извлекать привлекательную для инвестора коммерческую прибыль. Например, ТОО «Кызылординская железнодорожная больница» выставляется на торги в третий раз (стартовая стоимость – 1,5 млрд тенге). При этом в 2018 году предприниматели быстро выкупили Алматинскую (за 1,1 млрд тенге), Актюбинскую (462 млн) и Атыраускую (407 млн) железнодорожные больницы. Умеющие считать деньги инвесторы оценили платежеспособность этих регионов. В Алматы, Атырау и Актобе среднедушевые номинальные доходы населения гораздо выше, чем в Кызылорде. Реальные доходы кызылординцев имеют отрицательную динамику и не оставляют инвесторам надежды на хорошую и стабильную выручку. Ограниченный круг потребителей, в том числе платежеспособных, высокий амортизационный износ объектов, запрет использовать медицинскую недвижимость по другому назначению после продажи сильно снижают инвестиционную привлекательность медицинских объектов в «бедных» регионах.

Бизнес почти готов

Директор практики консультационных услуг международной компании EY Дамир Деминов отмечает, что, несмотря на довольно внушительные размеры поддержки со стороны государства в период пандемии, говорить о полноценном восстановлении МСБ еще рано, учитывая высокую концентрацию субъектов МСБ и занятого в нем населения в наиболее пострадавших в период пандемии отраслях – в торговле и сфере услуг. Рассматривать участие МСБ во второй волне приватизации, по мнению собеседника, можно при наличии высокой доли финансово устойчивых и эффективных компаний в секторе. Однако в данный момент «это может быть осложнено ограниченностью ресурсов и более низким доступом МСБ к капиталу по сравнению с крупным бизнесом, а также структурными особенностями МСБ в Казахстане в виде низкой доли средних предприятий и концентрацией субъектов в отраслях с относительно низким уровнем производительности труда». Говорить об участии МСБ в приватизации можно только после окончательного восстановления субъектов и структурных изменений сектора, уточняет эксперт.

К тому же МСБ доминирует в определенных отраслях. Не все выставленные на приватизацию активы потенциально ему интересны. Деминов отмечает, что на сегодняшний день две трети субъектов и половина занятых в МСБ представлены в оптовой и розничной торговле, сельском хозяйстве и сфере оказания услуг, несмотря на то что данные отрасли отличаются не самой высокой производительностью труда. Развитие таких отраслей, как транспорт, строительство, энергетика (особенно в сфере возобновляемых источников энергии), обусловлено регуляторной политикой и стимулирующими мерами со стороны государства. В связи с этим, полагает собеседник, востребованность участия в них среднего бизнеса будет зависеть от степени конкурентоспособности и фокуса внимания государственных мер в данных отраслях именно на средний бизнес.

Эксперт замечает, что развитие ситуации и итоги 2021 года не только для МСБ, но и для экономики в целом будут зависеть от дальнейшего развития эпидемиологической ситуации в стране и в мире. Ожидания и настроения МСБ будут формироваться, исходя из того, на какой стадии восстановления они будут находиться в конце года. EY выделяет три поэтапные стратегии развития МСБ под влиянием коронакризиса: стратегию выживания, стратегию восстановления и стратегию роста производительности. Соответственно, исходя их этих сценариев, будут формироваться ожидания МСБ и возможные меры поддержки.

В 2020 году большинство субъектов МСБ были вынуждены идти по пути так называемой стратегии выживания в связи с испытываемыми проблемами с ликвидностью, поясняет Деминов. Это привело к тому, что среди предоставленных государством мер большинство субъектов МСБ воспользовались отсрочкой по уплате налогов, освобождением от уплаты налогов и взносов из фонда оплаты труда, а также приостановлением платежей по займам в финансовых учреждениях. В любом случае, полагает собеседник, как бы ни развивалась дальнейшая ситуация в экономике, крайне важно, во-первых, обеспечивать постоянный открытый диалог с МСБ для детального понимания текущих проблем, потребностей и возможностей; во-вторых, стимулировать повышение производительности труда и качественное развитие МСБ путем поддержки цифровизации, технологической модернизации и развития навыков работников; в-третьих, усилить фокус внимания на развитии МСБ в стране.

Реальные активы

Помимо небольших компаний на приватизацию выставлены крупные капиталоемкие предприятия. Они представлены сервисными организациями квазигосударственных компаний, а также отдельными секторальными флагманами, например АО «Самрук-­Энерго» и АО «Казпочта», приватизация которых намечена на декабрь 2021 года. Кроме того, в очереди на передачу в частные руки давно стоят известные имена: «Казахстан Темiр Жолы», «Эйр Астана», «КазМунайГаз», «Тау-Кен Самрук» и другие, приватизацию которых в очередной раз перенесли – теперь на конец 2022 года.

Сейчас в списках находятся предприятия регионального машиностроения, производители электродов, каустической соды, синтетических каучуков и других промышленных товаров. В большинстве случаев такие предприятия были открыты в рамках программы ФИИР, зачастую на кредиты БРК. Планировалось, что новые производственные мощности повысят качество экономического роста страны. На деле получилось, что для компаний не продумали и не организовали стабильную базу сбыта. Новым «моторам» индустриального развития сложно конкурировать с аналогичным более дешевым импортом.

Помимо этого, некоторые проекты открывались под конкретного заказчика. Например, вагоностроительный завод «Тулпар» строит вагоны для КТЖ и находится на ее балансе. Возникает вопрос, сохранит ли производитель портфель заказов после перехода в конкурентную среду? Многие компании обременены кредитными линиями или финансовым лизингом. Требования же к новым собственникам суровы – требуется сохранить профиль деятельности, активы и рабочий коллектив. Они не оставляют новым собственникам места для финансового маневра.

Истории проданных компаний показывают, что значительная их часть ушла в частные руки с понижением аукционной цены. Так, ТОО «Аstana Solar» (производитель электрического оборудования, находилось на балансе АО «Казатомпром») при оценочной стоимости 3,4 млрд тенге и желании государства начать продажу с 10 млрд усилиями четырех участников торгов было оценено в 380,6 млн тенге. По такому же сценарию прошли торги по еще одной «дочке» «Казатомпрома» – ТОО «Kazakhstan Solar Silicon» (производство электронных деталей). Оценка в 5,6 млрд тенге и старт c 16,7 млрд на выходе спустились до 323 млн тенге в результате торговых действий четырех претендентов.

Никто не заинтересовался производителем сельскохозяйственной и лесохозяйственной техники АО «Семипалатинский машиностроительный завод» (владелец – АО «Казахстан инжиниринг»). Объект безуспешно выставляли на торги три раза при стартовой стоимости свыше 1 млрд тенге. Похожая история с ТОО «Металлургический комбинат «Kaz Silicon» (производитель неорганических химических веществ, «дочка» АО «Казатомпром», стартовая цена – 2,1 млрд тенге).

Национальной компании «КазМунайГаз» повезло больше. Ее дочерний актив «Казмунайгаз-инжиниринг» (производит электротехнические и монтажные работы) удалось продать с премией через прямую сделку. При запросе 6,3 млн покупатель заплатил 6,8 млн тенге. Хорошие деньги выручило государство и за ТОО «НИИ типового и экспериментального проектирования» из Нур-Султана. Аукцион на повышение цены разогнал стоимость с 125,6 млн до 551,2 млн тенге. Спрос обеспечили четыре участника торгов.

Как видно, живой отклик предпринимателей вызывают активы в сфере услуг. Во многом это объясняется меньшими рисками этой деятельности по сравнению с производством. А также необходимостью иметь нужные компетенции в производственной сфере, которые отсутствуют у большинства предпринимателей. Важный фактор – финансовые возможности потенциальных покупателей. Большинство объектов реализовали по цене, максимально близкой к стартовой, а число участников аукционов или тендеров не превышало единицы.

Для государства, вероятно, это не те доходы, которые могут существенно пополнить доходную часть бюджета. Похоже, собственники прежде всего избавляются от ненужного балласта. С октября 2021 года на рынок выйдут объекты СПК, прежде всего сервисно-заготовительные центры. Основные активы СПК, занятые в строительстве и сельском хозяйстве, работают на высокорисковых рынках. В строительстве в последние годы наблюдается усиление позиций крупных застройщиков, которые начинают выходить на смежные рынки, вытесняя с них МСБ. Сельское хозяйство имеет более стабильный рынок сбыта, однако высоки природные риски и отсутствует эффективная система их страхования. Большинство хозяйств используют старые технологии и изношенную материальную базу. К тому же государство никак не может решить, какую модель сельского хозяйства нужно развивать: вертикальные холдинги, индивидуальных фермеров или фермерские коллективы. Отсюда непонятны меры поддержки сельхозпроизводителей.

Вполне показателен пример попытки продажи ТОО «Животноводческий комплекс Алга» в Атырауской области. Аукцион на понижение цены в 428 млн тенге не состоялся, так как никто не зарегистрировался. После летних событий 2021 года, когда в западных и северных регионах Казахстана из-за сильной засухи случился падеж скота, при слабом реагировании на ситуацию местных властей производственные проекты становятся для предпринимателей токсичными.

Бизнесу все больше хочется гарантированных поступлений при несложном администрировании процесса. Любопытно, что на сегодняшний день чемпионом по спросу остается Специальный комбинат ритуальных услуг города Алматы. В 2018 году аукцион отметился максимальным количеством участников (10), которые разогрели стоимость актива с 89,8 млн до 411 млн тенге.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
32588 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить
Как управлять 280 аптеками, развивать супермаркеты, строить новые рестораны и открывать гостиницы Смотреть на Youtube