Кто строит второй после Higgsfield казахстанский единорог?
Почему именно Nace.AI, Altbridge и Hero’s Journey инвесторы называют среди наиболее перспективных стартапов с казахстанскими фаундерами
Главным событием 2025 года стал Higgsfield: стартап с казахстанскими фаундерами привлек суммарно более $130 млн в рамках Series A и достиг оценки $1,3 млрд. Прецедент создан. Вопрос: кто следующий?
Этот вопрос Forbes Kazakhstan задал двум венчурным инвесторам: Бахту Ниязову и Мурату Абдрахманову. Ниязов — соучредитель MOST Ventures и один из лидеров ангельского движения в стране, с 2018 года вложил средства в 34 стартапа по всему миру. Абдрахманов — основатель MA7 Capital, за последние 10 лет закрыл свыше 70 венчурных сделок и 15 успешных экзитов.
Как изменились правила игры
Оба эксперта сходятся в главном: искусственный интеллект изменил логику оценки стартапов. «Из-за ИИ сама разработка сильно удешевилась, скорость увеличилась и технологический стек не так важен, как раньше. Ценность разработки упала, но ценность фаундера выросла», — говорит Бахт Ниязов. Он также отмечает, что уже реализует эту логику через Justart Uzbekistan — венчурную компанию с founder-centric подходом, где ставка делается на таланты и способности человека, а не на сам стартап.
Мурат Абдрахманов уточняет критерии отбора: в условиях, где Anthropic, Gemini и OpenAI заходят на вертикальные рынки и идут напрямую до конечного пользователя, выигрывают стартапы, у которых есть proprietary data (собственные данные) и доменная экспертиза. «Именно эти факторы позволяют компаниям расти там, где крупные фундаментальные модели конкурируют напрямую», — объясняет он.
В отношении географии оба единодушны: для глобального продукта нужен американский рынок с первого дня. «Ценность трекшена в Центральной Азии снижается. Если делаешь продукт для глобального рынка, нужно сразу ехать в Америку», — говорит Бахт Ниязов. При этом кейс Higgsfield показывает, что физическая релокация всей команды уже не является обязательным условием. Около 220 человек команды работают из Алматы, в Сан-Франциско — только бэк-офис. Мурат Абдрахманов ссылается на слова сооснователя Higgsfield Ерзата Дулата, который ранее заявлял, что специалисты из Алматы опережают Кремниевую долину по компетенции в ИИ-видео примерно на девять месяцев.
Следующие кандидаты
На вопрос о конкретных компаниях с наибольшей перспективой оба эксперта назвали Nace.AI. Мурат Абдрахманов дополнительно выделил Altbridge и Hero’s Journey.
Nace.AI
Nace.AI строит enterprise ИИ-систему — специализированные модели под конкретные бизнес-задачи. «Наш подход — малые языковые модели, RL-агенты и финальная валидация экспертами. Начинаем с финансов, аудита и комплаенса», –- объясняет команда. Стартап уже вышел на американский рынок: «Среди наших клиентов — крупные международные компании, в том числе одна из «большой четверки» в США. Делаем ставку на долгосрочные enterprise-внедрения», — отмечают в Nace.AI.
За продуктом стоит команда: основатель Дос Бакытжан ранее создал GOAT.AI (10 млн пользователей, продан Newry Global Media в 2025 году), технический директор Жанибек Датбаев — бывший инженер Meta AI, главный ученый Абулхаир Сапаров — профессор ИИ в Purdue University. Seed-раунд на $21,5 млн возглавил Walden Catalyst при участии General Catalyst. «Привлеченные средства идут на развитие платформы в research preview, технологии MetaModel, специализированных ИИ-агентов и расширение сети экспертов, которые валидируют результаты работы системы. Также усиливаем команду, включая специалистов из Казахстана и Центральной Азии», — говорят в Nace.A.
Бахт Ниязов считает раунд значимым сигналом: «$21,5 млн с топовыми фондами — уже один из факторов, который предполагает, что компания может стать единорогом, если обеспечит реальную ценность своему ключевому клиенту».
Altbridge
Altbridge строит следующее поколение инвестиционных индексов — агентные индексы, которые автоматизируют управление активами для институциональных инвесторов. За проектом стоит команда: CEO Назым Азимбаев; CTO Андрей Ким, золотой медалист International Mathematical Olympiad и соавтор стандарта CKKS (популярная схема полностью гомоморфного шифрования, которая позволяет выполнять математические операции непосредственно над зашифрованными числами, не раскрывая их); советник Эндрю Энг, бывший руководитель систематического инвестирования в BlackRock.
«Целевой рынок — кастомные индексы и semi-active ETF, выручка от лицензирования $2 млрд с прогнозом до $4 млрд к 2028 году», — говорит Назым Азимбаев. К концу 2025 года компания достигла $250 тыс. ARR (годовой повторяющийся доход), после чего сделала пивот (смену стратегии) в автономное инвестирование. В ноябре 2025 года поступило предложение о поглощении на $30 млн. «Мы отказались: цель — построить category-defining company, а не делать ранний экзит», — говорит Назым Азимбаев. После публикации научных работ поступило более 10 запросов от CIO (Chief Information Officer) крупных фондов, включая UBS. «Научный подход для нашей индустрии критичен: институционалы доверяют только тому, что построено на проверяемых принципах, а не на эвристиках или маркетинговых обещаниях», — отмечает он.
По словам Мурата Абдрахманова, «главное преимущество Altbridge — proprietary data, та которую невозможно спарсить. Если все получится по текущим планам, то он достаточно быстро сможет прийти к статусу единорога».
Hero’s Journey
Hero’s Journey строит ИИ-фитнес-студии нового поколения на основе управления данными (data-driven). За проектом стоит Илияс Исатаев — предприниматель с более чем 12-летним опытом и основатель сети Invictus. Стартап прошел три раунда финансирования. «Seed $1,3 млн при оценке $10 млн, Bridge $6,67 млн при оценке $30 млн, и сейчас закрываем текущий раунд $6 млн при оценке $45 млн post-money», — перечислил Илияс Исатаев. Сегодня у компании 9807 активных держателей Hero’s Pass и шесть студий в Казахстане: три собственные и три франчайзинговые.
Геймификация была лишь первым этапом. «Сегодня это примерно 25% продукта. Hero’s Journey уже в первую очередь data-driven ИИ-фитнес», — объясняет Илияс Исатаев. В основе — миллиарды собственных точек данных о каждой тренировке: вес, повторения, темп, пульс. «Такой гранулярности данных нет ни у кого на рынке», — говорит он.
Сейчас стартап выходит на американский рынок: помещение под флагманскую студию в Нью-Йорке передают 29 июня 2026 года, открытие запланировано на первый квартал 2027-го. «За первые 24 месяца рассчитываем выйти на 2000+ клиентов, или $7-8 млн годовой выручки с одной студии, — отмечает основатель; сигналом для масштабирования станет конкретная экономика. — Чистая маржа 30%+, более 1500 клиентов — это разблокирует следующий раунд». После этого компания планирует открыть до 10 студий в агломерации Нью-Йорка и развивать франчайзинговую модель.
Системный барьер
При всем оптимизме оба эксперта называют одну и ту же структурную проблему, которая не дает казахстанской экосистеме производить своих единорогов регулярно, — недофинансированность индустрии.
Бахт Ниязов указывает на отсутствие достаточного количества инвесторов. «Большим подспорьем станет активизация фонда фондов Alem и появление новых фондов, которые будут инвестировать не только на ранних, но и на зрелых стадиях», — считает он.
Мурат Абдрахманов называет ориентировочные оценки: из $209 млн венчурного рынка 2025 года институционального капитала — не более 2–3%. «Нам нужно минимум $100 млн институционального капитала в год», — говорит он. Отдельно инвестор обращает внимание на то, что Qazaqstan Investment Corporation направляет около $30 млн в венчурный сегмент в рамках участия в фонде Alem Ventures с целевым размером $1 млрд. По его словам, в объеме венчурных инвестиций это пока небольшая сумма и требуется увеличение вложений.
Следующие 24 месяца
Мурат Абдрахманов предполагает: в течение ближайших 24 месяцев Казахстан увидит следующего кандидата на статус единорога среди стартапов с локальными фаундерами. Бахт Ниязов добавляет: «Из-за того что сейчас скорость развития ранних стартапов очень высокая, любой из талантливых основателей за очень короткий срок может создать предпосылки для появления нового единорога».