Как пандемия усугубила проблему неравенства в казахстанском образовании

В сленге любого геймера есть слово «лаг». Этим словом обычно описывают задержки в загрузке файлов или работе интернет-сервисов. Весной прошлого года случился самый большой лаг в истории мирового образования. Учебные заведения в экстремально сжатые сроки были вынуждены закрыться и перейти на дистанционный формат обучения. Это коснулось и Казахстана

ФОТО: © Depositphotos.com/kzwwsko

Международные эксперты убеждены, что последствия этого лага критичны для всего мира, однако страны с низким доходом и доходом ниже среднего пострадают прежде всего. Ограниченный доступ к удаленному обучению, высокий риск бюджетных сокращений и промедления с открытием школ в этих странах лишат школьников возможности получить нормальное образование.

По прогнозам Всемирного банка, система образования будет страдать от последствий пандемии еще несколько десятилетий. В Центральной Азии экономические потери от пандемии составят как минимум $44 млрд. Согласно мнению экспертов, это в том числе приведет к росту функциональной безграмотности среди подростков. Выпускников школ, которые не смогут использовать навыки чтения, письма и математики для полноценного участия в жизни общества, станет больше.

В казахстанской системе образования одна проблема наслаивается на другую: пандемия, низкая функциональная грамотность учеников, уровень жизни учителей – это лишь верхушка айсберга. Очевидно, что все эти проблемы вкупе крайне негативно скажутся на социальной и экономической обстановке в стране. Сейчас самое время признать реальное положение дел и попробовать начать с чистого листа. В конце концов, систему разваливают не столько допущенные ошибки, сколько неправильная реакция на них.

На плечах учителей

В марте 2020 года, спустя неделю после ввода режима чрезвычайного положения, в ту пору министр информации и коммуникаций Даурен Абаев объявил о переводе школьников на дистанционный формат обучения в четвертой четверти учебного года. С того момента в Министерстве образования и науки начали обсуждать механизмы, которые помогли бы перейти на «удаленку» безболезненно.

Согласно сегодняшним комментариям самих учителей, дистанционное обучение в основном опиралось на мессенджеры и средства видеосвязи типа Zoom и Microsoft Teams. Кроме того, уроки проводились по телеканалам «Балапан» и «Ел Арна». Вскоре после начала локдауна активизировались частные интернет-платформы вроде BilimLand, Mektep Online и Daryn.online. Изучение и освоение этих платформ взвалили на плечи учителей – вдобавок к внесению данных в систему «Кунделик». До конца 2020 года, как утверждают в беседах с Forbes Kazakhstan преподаватели средних школ, МОН так и не предложил им консолидированный план обучения на «удаленке».

Независимый исследователь и социолог Камила Ковязина считает, что предыдущий год не стоит засчитывать школьникам вообще, а материал следует пройти заново в последующие годы.

«Представляете, что творилось, ведь никто не был готов. У многих [учеников и учителей] не было интернета, не было методик, преподаватели не знали, как организовать «дистанционку». Более того, многие не могли даже создать Zoom-конференцию», – объясняет она.

Ковязина убеждена: считать учебный материал пройденным и не повторять его в последующем будет большой ошибкой.

Пандемия случилась в самый неподходящий для отечественного образования момент. Педагоги только стали привыкать к обновленной программе обучения в средних школах, которую правительство начало внедрять в 2016 году. (Поначалу обновленная программа вызвала бурю негодования среди учителей и родителей.) Однако коронавирус снова вверг в замешательство и без того пребывавших в напряжении преподавателей.

Образование для избранных

«До вспышки COVID-19 шесть из десяти учащихся в Казахстане были функционально неграмотными – и это в стране с уровнем дохода выше среднего, где среднестатистический ребенок к окончанию школы обучается 13,7 года. Пандемия грозит привести к функциональной неграмотности еще более 100 тыс. учащихся», – отмечает в своем блоге постоянный представитель Всемирного банка в Казахстане Жан-Франсуа Марто.

Чтобы получить представление об уровне школьного образования в стране, достаточно взглянуть на международный рейтинг PISA. В последний раз Казахстан участвовал в исследовании в 2018 году. Тогда страна заняла последнее, 73-е место по общему уровню образования детей. Учащиеся продемонстрировали снижение уровня грамотности по математике, естествознанию и, что особенно важно, по чтению.

«Несмотря на достигнутый прогресс, показатели PISA в Казахстане по-прежнему остаются значительно ниже среднего показателя стран Организации экономического сотрудничества и развития (ОЭСР), в частности, по читательской грамотности. Предыдущие отчеты ОЭСР также указывают на необходимость поддержки социально уязвимых учащихся или учащихся, имеющих трудности в обучении. Образование также необходимо сделать более актуальным и соответствующим потребностям», – указывали тогда авторы отчета ОЭСР по результатам тестирования PISA.

В исследовании PISA качество среднего образования определяется уровнем знаний детей из обычных школ. От результатов, которые демонстрируют эти дети, зависит средний балл страны. Обычными школами называют дневные государственные общеобразовательные учреждения, которых в Казахстане 6,9 тыс. По данным АО «Информационно-аналитический центр», подведомственной организации МОН РК, в 2020 году число учеников в таких школах составило 3,2 млн человек, почти половина из них (1,4 млн) учатся в сельской местности.

Пандемия и «удаленка», по оценкам международных организаций, усилит и без того значительный образовательный разрыв в стране. Школьнику из малокомплектной школы в селе или небольшом городе будет гораздо сложнее дотянуться до уровня городского школьника из Республиканской физико-математической школы или учреждения системы «Назарбаев интеллектуальные школы» (НИШ).

По данным ОЭСР, учащиеся НИШ опережают своих сверстников из других школ на 124 балла, что соответствует почти трем годам обучения. По прогнозам Всемирного банка, такой разрыв ухудшит положение Казахстана в PISA еще больше: показатели страны в рейтинге, вероятно, снизятся еще на восемь баллов.

«Закрытие школ даже на непродолжительное время увеличит разрыв в успеваемости по чтению между детьми из бедных и богатых семей на 18%», – подчеркивает Жан-Франсуа Марто.

Четыре Казахстана

По мнению аналитиков из агентства «Центр исследований и консалтинга», которые в сотрудничестве с Фондом Первого Президента РК подготовили комплексное исследование развития человеческого капитала в стране, сегодня существуют «четыре Казахстана». Регионы страны, которые исследователи, используя структуру занятости населения, разделили на четыре типа (постиндустриальные, аграрно-индустриальные, аграрные и сконцентрированные на добыче), сильно различаются по уровню доходов, рождаемости, продолжительности жизни и другим показателям, влияющим на индекс человеческого капитала.

«Было поразительно видеть огромные различия между четырьмя регионами (имеются в виду типы регионов. – Прим. ред.). Например, по уровню доходов существует четырехкратная разница между регионами с высокими и низкими показателями. По рождаемости север страны можно сравнить с Европой, в то время как юг отражает тенденции стран с низкими доходами, а северо-запад Казахстана по продолжительности жизни схож со странами Африки», – комментирует Жан-Франсуа Марто.

Данные PISA-2018 это подтверждают: регионы с низкой успеваемостью отстают от регионов с высокой успеваемостью в среднем на четыре года обучения.

Ковязина считает, что наиболее уязвимым группам – детям из сел и малообеспеченных семей – нужно обеспечить бесплатное дополнительное обучение, репетиторство.

«Если наконец [во все населенные пункты страны] будет проведен интернет, то за каждой онлайн-школой необходимо закрепить детей. И, конечно, онлайн-школы не должны обучать детей за свои деньги. Есть ведь госзаказ, субсидии», – отмечает социолог.

По ее словам, если не предоставить нуждающимся детям доступ к качественному онлайн-обучению, в следующем поколении образовательное неравенство станет непреодолимым. Недополучившим образование людям будет сложно дать своим детям хороший старт в жизни.

При этом Ковязина признает, что МОН уже ведет работу по сглаживанию сложившейся ситуации в долгосрочной перспективе.

«Сейчас в министерстве пытаются повысить уровень педагогических кадров. Министр недавно сказал, что в прошлом году был повышен проходной порог для поступления на педагогические специальности, а стипендия студентам пединститутов была увеличена в 2 раза. Также в МОН пытаются заинтересовать поставщиков интернет-услуг, чтобы те зашли в села», – говорит эксперт.

Косвенно мнение Ковязиной подтверждает опыт Айбека Куатбаева, главы образовательной платформы Daryn.online и участника рейтинга Forbes Kazakhstan «30 моложе 30» (материал о нем читайте далее в обзоре). По словам Куатбаева, глава МОН Асхат Аймагамбетов начал серию встреч с представителями казахстанского EdTech еще до начала эпидемии в стране, будто бы зная о скором переходе в онлайн-режим. Министерство пытается повысить уровень владения информационными технологиями и с помощью предмета «Цифровая грамотность», который, по данным МОН, начнут преподавать в школах в этом году.

В подвешенном состоянии

В январе 2021 года Аймагамбетов анонсировал реформы школьного образования в Казахстане. Одной их них стала законодательная норма о внедрении государственного заказа на дополнительное образование детей. Министр заявил, что государство планирует платить частным образовательным организациям за дополнительное образование в рамках государственно-частного партнерства. По его мнению, такое решение позволит поэтапно решить вопрос занятости детей в секциях, кружках и развивающих центрах без крупных бюджетных вливаний.

Аймагамбетов также анонсировал возвращение государственной аттестации детских садов, школ и колледжей. При этом подчеркнул: аттестация – не репрессивный инструмент, а «механизм выявления проблемных зон», необходимый для выработки рекомендаций по устранению проблем.

Еще одна мера по повышению уровня образования в стране – это экспертиза учебных программ до их внедрения в образовательный процесс. МОН считает эту меру важной, призванной бороться со спешкой и необдуманностью.

Опрошенные Forbes Kazakhstan представители отечественного EdTech и эксперты сходятся в одном: курс, который взяло Минис­терство образования и науки, выглядит правильным. По крайней мере, он не мешает частной инициативе в школьном образовании. Неясным остается только, насколько долговечными будут нынешние реформы, учитывая, как часто меняются в Казахстане ответственные за образование чиновники.

Возможно, правительству стоит внимательнее прислушиваться к советам международного сообщества. Начиная с 2009 года ОЭСР дает Казахстану рекомендации, касающиеся в том числе сокращения разрыва между «слабыми» и «сильными» учащимися. Источник Forbes Kazakhstan рассказывает, что свои рекомендации готовили по заказу МОН и местные эксперты в образовании. Однако ни отечественные, ни зарубежные исследования не привели к принципиальным изменениям в работе чиновников. «Все оставалось в столах, на самом деле это никому не было нужно», – отмечает собеседник.

Надежды на перемены вселяют планы правительства по увеличению финансирования сферы образования с нынешних 3,4 до 7% от ВВП к 2025 году.

«Это отрадная инициатива, которая позволит стране приблизиться к среднему показателю ОЭСР по расходам на образование, однако важно обеспечить, чтобы данные инвестиции были эффективными и приносили пользу всем детям», – отмечает Жан-Франсуа Марто.

Кроме того, по словам экспертов, для смягчения удара, который нанесла пандемия образованию, правительство должно проводить системный мониторинг эффективности организаций образования и оказывать им всестороннюю поддержку.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
27930 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторах:

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить