Галымжан Жакиянов: «Теперь у нас вся семья - студенты»

В прошлом аким Павлодарской области и политик, сегодня Галымжан Жакиянов занимается бизнесом и учится в Массачусетском технологическом институте. Об этом он рассказал в интервью forbes.kz

Фото: Карлыгаш Жакиянова
Галымжан и Карлыгаш Жакияновы.

19 января 2002 года по инициативе движения «Демократический выбо Казахстана» в здании Казгосцирка состоялось памятное республиканское собрание демократической общественности. В дальнейшем эту дату было решено считать Днем демократии.

Судьбы основоположников ДВК – Мухтара Аблязова и Галымжана Жакиянова – сложились по-разному. Перипетии первого всем хорошо известны. А вот Галымжан Жакиянов на несколько лет практически исчез из информационного поля. Но корреспонденту forbes.kz удалось связаться с ним и взять интервью по skype.

"В MIT учусь вместе с младшим сыном"

Фото: Карлыгаш Жакиянова
Парк в Бостоне, где сейчас живут Жакияновы.

F: Летом прошлого года стало известно, что вы вместе с младшим сыном Ележаном поступили в Массачусетский технологический институт (MIT). Прямо скажем, решительный поступок с вашей стороны. Объясните его мотивацию: в большей степени это было вызвано желанием поддержать сына или продолжить собственное образование? Возможно, ресурс знаний, полученный в Бауманке (Жакиянов в 1986 году окончил МВТУ им. Баумана. - F).

- Несмотря на полученное прежде образование и опыт работы, я всегда искал возможность пополнить свои знания, особенно в области современной экономики и методов управления – то, что здесь называют Management and Leadership. Но долгое время такой возможности не было. Было, скажем так, не до этого. А тут, наконец, обстоятельства сложились благоприятно. Мы с Карлыгаш приехали в США в начале лета 2011 года, чтобы быть рядом с Ележаном, который в то время готовился к поступлению в американский вуз, и приступили к изучению языка. Также у нас была возможность посетить ряд университетов, включая Stanford, Berkeley, Harvard. В конце концов, выбор Ележана пал на Массачусетский технологический институт – он решил стать инженером. Конечно, как отца такой выбор меня обрадовал, поскольку это учебное заведение очень напоминало родную аlma мater: MIT считался в свое время американским аналогом советской Бауманки. Посещая эти университеты, я не переставал удивляться их продвинутости, завидовать их студентам, становящимся такими конкурентноспособными в глобальном мире. По ходу я сам начал, что называется, созревать до идеи получения здесь полноценного образования. Карлыгаш не только с воодушевлением поддержала возникшую идею, но и сама решила активно заниматься английским, чтобы продолжить свое образование.  Затем несколько месяцев были потрачены на подготовку и сдачу языковых и вступительных тестов, а также прохождения конкурсных процедур. Меня зачислили на программу МВА (Master of Business Administration) через несколько дней после того, как Ележану пришло приглашение на первый курс MIT. Здесь были удивлены, когда мы с Ележаном появились в институте: для них это необычное явление, когда отец с сыном учатся вместе. Хотя для меня, конечно, был вызов поступить почти в 50 лет. Но здесь, в Америке люди учатся и в 60 лет, и старше. Да и мои сегодняшние однокашники возрастные, и я рад, что они приняли меня в свою среду.

F: Значит, вы как обычный студент ходите на лекции и сдаете экзамены?

- Буквально на днях сдал финальные экзамены за семестр и немного расслабился: каникулы наступили. 

F: Надеюсь, оценки у вас не ниже «А»?

- Тем, что я круглый отличник, похвалиться не могу (смеется). Все-таки знание языка – сложная вещь. Причем здесь требуется не просто умение свободно говорить, но говорить об изучаемом предмете. У нас в классе 95% носителей английского, и иногда  участвовать в дискуссиях бывает сложновато: нужна собранность, быстрая реакция. Но в этом и заключается вызов, challenge.

F: Вы до какой степени язык освоили?

- Трудно самому себе давать оценку. С бытовым общением проблем уже нет, но до совершенства  далеко. На английском говорю, конечно, еще не так, как на казахском и русском. Но он необходим: английский язык силен в сфере экономики, бизнеса, юриспруденции, технологий, и выучить его придется, если стремишься не отстать от жизни. 

F: Полтора года назад я был в Бостоне – прекрасный портовый город. Как вам, семье степняков, морской климат?

- Здесь высота над уровнем моря – 0. А когда в Алматы приезжаешь – там 800-900 м, и разницу чувствуешь: немножко поддавливает. С другой стороны, моряки чем-то напоминают кочевников: смотрят так же широко и далеко. А вообще Бостон – очень чистый комфортный город, иногда не замечаешь, что рядом океан. По культуре и менталитету жителей он не совсем американский, а скорее полуевропейский. А, скажем, поедешь в другой штат – например, Луизиану  – и чувствуешь себя совершенно по-иному: это бывшая французская колония и словно другая страна. Сегодня США – это проекция Евросоюза через 50 лет: сейчас там суверенные государства, а спустя полвека будет что-то наподобие штатов. 

F: Что вас привело в Луизиану?

- Там в компании Chevron работает наш старший сын Берик. Кстати, он тоже решил продолжить обучение и поступил недавно в Гарвардскую школу бизнеса. Так что у нас теперь целиком студенческая семья. Наконец-то она воссоединится после стольких лет пребывания в разных частях света. Кстати, здесь часто встречаю молодых казахстанцев - студентов и выпускников. Видя таких талантливых ребят, я испытываю двойственное чувство. С одной стороны, я очень горд за свой народ, который, несмотря на малочисленность, дает миру такой, что называется, конкурентоспособный материал. Наши - а это также и ученные, и бизнесмены и деятели искусства - по своим способностям и потенциалу стоят вровень с лучшими представителями мира. С другой стороны, примешивается и горечь: их таланты и знания не востребованы на Родине. 

F: Почему? Президент регулярно дает установки на инновации, развитие новых технологий. Казахстан добился проведения EXPO-2017.

- Как раз по этому поводу у меня была интересная переписка с павлодарским парнем. Ержан учится здесь в колледже и одновременно интересуется бизнесом.  Он пишет, что многочисленные имиждевые проекты, которые за счет бюджета проводит наша страна, не могут ввести в заблуждение серьезных инвесторов. На его вопрос в аудитории о перспективах их вложений в Казахстане они прямо говорят:  "We cannot afford paying all the corrupt officials" («Мы не можем позволить себе платить всем этим коррумпированным чиновникам»).  «Потемкинские деревни» - это не мои слова, это цитата из письма Ержана. Я задумываюсь: вернется ли он в Казахстан? А если вернется, что будет делать? Строить еще одну «потемкинскую деревню»?

«Мой бизнес – в Китае и Монголии»

Фото: Карлыгаш Жакиянова
Памятник Чингисхану в Улан-Баторе, столице Монголии, где Жакиянов и Тохтасынов ведут горнорудный бизнес.

F: Напомните, когда вы покинули Казахстан – в 2006 году, сразу после освобождения из тюрьмы?

- Нет, вначале меня - в нарушение законов - сделали невыездным. Разрешение на выезд дали в 2008 году.

F: Чем вы стали заниматься тогда?

- Вместе с Толеном (Т. Тохтасынов, бывший депутат мажилиса. – F) и другими членами нашей команды мы решили заняться бизнесом в горнорудной сфере Монголии. Затем добычей угля в Китае – тем, что мне близко и знакомо еще по Семипалатинску с 90-х годов. 

F: Насколько помню, у вас еще до перехода на госслужбу был успешный бизнес - угледобывающая компания «Семей»?

- Да, это была горнорудная компания, которую мы не приватизировали, а создали в 1990 году буквально с чистого листа, можно сказать. Здесь будет уместно вспомнить нашего старшего товарища, буквально на днях ушедшего из жизни, Акима Ивановича Атмачиди, одного из первых наших сограждан, получивших звание «Халык Кахарманы». Он был классическим примером честного и принципиального советского руководителя предприятия, повлиявшего на судьбу многих управленцев. В 1994 году, вскоре после того, как я был назначен главой администрации Семипалатинской области, он принял предложение акционеров и возглавил «Семей». В его бытность компания продолжила начатые темпы производства, став одним из крупнейших предприятий в Восточном Казахстане.  Но после событий 2002 года власти предержащие прибрали весь этот бизнес к своим рукам. Поэтому в 2008-м все пришлось начинать заново, без соответствующего капитала. Могу сказать, что это был не простой период в моей жизни. С другой стороны, была мотивация: испытать себя в новых условиях, подняться практически с нуля и добиться успеха в чужой стране.

F: Делать бизнес в Казахстане даже не пытались?

- Чтобы однажды вновь лишиться всего? Об этом не могло быть и речи. 

F: Сколько раз за минувшие годы вам удалось побывать в Казахстане?

- Пару раз в году бывал.

F: Да, вы действительно не афишировали свои визиты: информации о них в прессе, даже оппозиционной, не было никакой.

- Если ты в политике – то, конечно, должен постоянно присутствовать в информационном поле и посвятить себя этому занятию всецело: это не хобби. А если занимаешься бизнесом – на это времени нет. Нет времени, чтобы давать интервью,  встречаться с людьми, писать, выступать. К тому же я не хотел подавать обществу ложные сигналы.

F: Вы въезжали в Казахстан и выезжали беспрепятственно?

- Всякий раз, въезжая в страну, я сталкивался, скажем так, с повышенным вниманием. Чувствуется, что определенные службы напрягаются, это ощущаю не только я, но и все члены семьи. 

F: Какова судьба вашего фонда «Гражданское общество»?

- Формально он сохранился, но активной деятельности, к сожалению, не ведет и вести не может.

«Не исключаю возможности своего возвращения в политику»

F: Не могу не задать такой вопрос: вы окончательно оставили политику?

- Нет. Я не исключаю возможности своего возвращения в политику. Сейчас учусь, приобретаю знания, которые так или иначе связаны с экономикой и политикой. И продолжаю ей интересоваться. Просто разделяю понятия интереса к политике и политической деятельности.

F: Можете дать какие-то оценки современным экономическим и политическим процессам в Казахстане?

- Почему бы нет? Что конкретно вас интересует?

F: Начнем с экономических. Что вы думаете об интеграции Казахстана с Россией и Белоруссией в рамках Таможенного союза, а в перспективе и Единого экономического пространства? Национал-патриоты говорят, что это чревато потерей суверенитета.

- Этот вопрос вбирает в себя не одни лишь экономические аспекты, но и политические, и культурные. И говорить о нем следует не только с позиций сегодняшнего дня. Нужно смотреть на перспективу – что из этого получится? На наших глазах сколько самых разных союзов родилось и умерло.

F: Однако Таможенный союз до своей практической реализации дожил.

- Но со вступлением в ВТО польза от Таможенного союза будет нивелирована, сойдет на нет. Его нормы придется отменить, поскольку во Всемирной торговой организации они совсем иные. По каким правилам играть – по международным или по тем, что изобретены для внутреннего  пользования? По тем и другим одновременно – бессмысленно, потому что скоро придется признать, что нужно подчиниться всемирным правилам.

F: То есть вы хотите сказать, что участие в ТС и вступление в ВТО – это два разнонаправленных и взаимоисключающих движения?

- Не сегодня, но со временем – да. Потому что смысл участия в Таможенном союзе будет теряться. Да и сейчас для большей части населения действие единых с Россией таможенных пошлин сказалось главным образом повышением цен: прежде самые популярные и дешевые китайские товары или стали недоступны, или подорожали. Это цена вступления в Таможенный союз. С другой стороны, есть и приобретения: выровнялись транспортные тарифы, и вывозить наши минеральные ресурсы через Россию в дальнее зарубежье стало легче. Если сравнить макроэкономические выгоды и потери от членства в Таможенном союзе, то, очевидно, для государства здесь баланс позитивный. Но если смотреть с человеческой точки зрения, то на одной чаше весов окажутся миллионы людей, которые проиграли от этого альянса, а на другой – сотни тех, кто приобрел. Хотя общие суммы денежных интересов тех и других примерно равны. Поэтому у каждого своя правда – и у тех, кто за Таможенный союз, и у тех, кто против.  Но с позиций глобальной экономики такое объединение, конечно, шаг в прошлое. Это очень контрпродуктивно - отгораживаться, создавать замкнутое экономическое пространство, когда весь мир глобализуется. 

«Наша страна достойна лучшего»

F: Ваше отношение к Стратегии развития Казахстана до 2050 года.

- Мне не приходилось слышать, например, о Стратегии «США-2050» или даже стратегии развития отдельного штата на столь долгий период. Такое понятие, как стратегия, наверное, больше применимо к корпорации, чем к стране. А стратегия для страны все-таки выглядит как-то нелепо. Если страна демократическая, это означает, что она подвижная, динамичная, в ней меняется власть – в соответствии с настроениями людей. А новые силы и политические реалии выдвигают на повестку дня новые цели. В демократической стране смешно будет выглядеть партия, которая придет к власти и объявит о стратегии на десятилетия вперед. Через несколько лет настроения избирателей могут поменяться и партию просто прокатят  на выборах. Долгосрочная стратегия возможна для стран, которые действительно напоминают корпорации, - Сингапур, например. Или для авторитарных государств. Не думаю, что у Стратегии-2050 был серьезный экономический базис, не вижу ее прикладного значения. Скорее, она из области политических решений, своего рода сигнал, message от власти к народу.

F: Что пожелаете казахстанцам в наступившем году?

- Я искренне надеюсь, что 2013 год станет началом обновления страны. Отсюда, за тысячи километров от Казахстана, с другой стороны земного шара, по-другому видятся и наши проблемы, и наши перспективы. Наша страна достойна лучшего, и я верю, что оно неизбежно.

Фото: Карлыгаш Жакиянова
Все Жакияновы в сборе: Карлыгаш, Галымжан, Ележан, Берик.

Справка

Галмыжан Бадылжанович Жакиянов. Родился 8 мая 1963 года в селе Куйган Курчумского района Восточно-Казахстанской области. Женат (жена Жакиянова Карлыгаш Кадесовна) , имеет двоих сыновей (Берик, 1985 г.р., Ележан, 1993 г.).

Окончил МВТУ им. Баумана (1986 г.), инженер-механик, кандидат экономических наук.

1983-1985 – техник, слесарь-электрик ОГМ МВТУ.

1986-1989 – мастер, секретарь комитета комсомола Семипалатинского машиностроительного завода.

1989-1990 – директор областной ассоциации молодежного «Максат» при обкоме ЛКСМК.

1990-1992 – директор коммерческой фирмы «Томан».

1992-1994 – гендиректор ФПГ «Семей».

Июнь 1994 – март 1997 – аким Семипалатинской области.

Март – ноябрь 1997 – председатель Агентства по контролю за стратегическими ресурсами РК.

Ноябрь – декабрь 1997 – председатель наблюдательного совета ФПГ «Семей», внештатный советник президента РК.

Декабрь 1997 – ноябрь 2001 – аким Павлодарской области.

Апрель 2002 – арестован правоохранительными органами.

Август 2002 – приговорен к 7 годам лишения свободы за превышение должностных полномочий.

Январь 2006 – условно-досрочно освобожден.

Политическая деятельность:

Ноябрь 2001 – ноябрь 2003 – член политсовета РОО «ДВК».

Март – декабрь 2002 – председатель политсовета РОО «ДВК».

С октября 2004 – член Координационного совета демократических сил Казахстана.

Декабрь 2004 – март 2005 – председатель политсовета НП «ДВК».

С марта 2005 – член совета РОО «ЗСК».

С сентября 2006 – председатель попечительского совета ОФ «Гражданское общество».

1994 - депутат Семипалатинского облмаслихата.

1999 – награжден орденом Даниила Московского (РПЦ). Отличник образования РК.

2004 – выпустил книгу «Трудности жизни».

Отец – Бадылжан Жакиянов (1919-1987), уроженец Уланского района ВКО, трудился директором совхоза, председателем колхоза.

Источник: Данияр Ашимбаев. Энциклопедия «Кто есть кто в Казахстане. 2010-2011».

FЕсли вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter

Об авторе


журналист

 

Статистика

49341
просмотров
 
 
Загрузка...