Азат Перуашев: «Голос бизнеса стали слышать»

В среду мажилис одобрил законопроект «О национальной палате предпринимателей». Теперь его предстоит рассмотреть сенату. Этот важнейший для всех бизнесменов страны документ в интервью Forbes.kz комментирует депутат нижней палаты парламента, председатель ДПК «Ак жол» Азат Перуашев

Фото: Николай Гуров
Азат Перуашев.

19 июня 2013 года мажилис во втором чтении одобрил проект закона «О национальной палате предпринимателей» и пакет сопутствующих поправок. Однако во время презентации законопроект вызывал недоумение у депутатов. В частности, мажилисмен, председатель ДПК «Ак жол», экс-председатель правления Национальной экономической палаты Казахстана «Союз «Атамекен» Азат Перуашев задавался вопросом: «Почему в президиуме Нацпалаты будет 50% представителей правительства? Вообще-то это организация, которая в некотором роде должна оппонировать правительству, и вдруг получается, что у членов правительства будет право наложения вето на любые решения съезда. Это неправильно».

После того, как нижняя палата одобрила законопроект, мы созвонились с г-ном Перуашевым, задали ему ряд вопросов и попросили сказать, голосовал ли он "за" или "против" проекта, в котором прописаны «неправильные» вещи.

«За основу НПП была взята австрийская модель»

F: Азат Турлыбекович, что изменилось в проекте с момента его задумки до того момента, как он попал в парламент?

- Идею обязательного членства (предпринимателей в НПП. - F) заложил Серик Ахметов, когда возглавлял «Атамекен» (сейчас председатель правительства Казахстана. - F). В 2008 году я, будучи руководителем «Атамекена», инициировал рассмотрение этого вопроса. Но каждый раз получалось так, что правительство стояло в стороне от этого вопроса, а Министерство индустрии прямо противодействовало этому предложению. К тому же тогда разразился мировой кризис, предпринимателям необходимо было выживать, и вопрос обязательного членства отошел на второй план. Поэтому для меня сегодняшнее решение - знаковое, историческое, и, я думаю, не только для меня, а для всех людей бизнеса, которые понимают, что надо выстраивать цивилизованные отношения внутри бизнес-сообщества.

F: Давайте все же поговорим о метаморфозах в законопроекте.

- Предложение, с которым мы выходили в 2008 году, основывалось на обязательном членстве предпринимателей в любой (по их выбору) бизнес-ассоциации и обязательном членстве всех бизнес-ассоциаций в «Атамекене», то есть на республиканском уровне предполагалось существование союза объединений. Это была та модель, которую отстаивал я и многие мои коллеги. Я считал, что субъекты предпринимательства не должны входить в «Атамекен», поскольку это создавало бы возможность конкретным компаниям влиять на позицию союза для решения своих корпоративных интересов. Поэтому была идея работать именно с отраслевыми и региональными ассоциациями, чтобы выражать и отстаивать более масштабные интересы.

После моего ухода с поста председателя «Атамекена» (сейчас я являюсь членом президиума этой организации) модель претерпела существенные изменения, которые и были реализованы в нынешнем законопроекте. За основу была взята австрийская модель. Она подразумевает обязательное членство всех субъектов бизнеса в новой организации - Национальной палате предпринимателей. Она создается предпринимателями и государством в лице правительства.

Основными оппонентами объединения в таком формате выступили отраслевые союзы. Но их удалось убедить, что поодиночке они не смогут обеспечить уплату взносов. Добровольность уже показала, что эти организации содержатся двумя-тремя предприятиями, а все остальные пользуются плодами их труда. Поэтому гораздо правильнее, если будет обязательное членство субъектов бизнеса с обязательными взносами, это позволит организовывать поступление членских взносов. И в то же время сама палата полученные деньги не будет использовать только на свое содержание, она их будет направлять также на реализацию проектов в конкретных отраслях. Для этого создаются отраслевые комитеты при президиуме палаты.

F: Но чем австрийская модель лучше «ассоциации ассоциаций»?

- Как показала наша практика, при ступенчатой модели между самими ассоциациями начинается раздрай. Они к общенациональной структуре начинают относиться как к чемодану без ручки, который и бросить жалко, и нести тяжело.

«Я был категорически против предоставления правительству права вето»

F: А где гарантия, что частники не будут лоббировать через палату свои интересы так же, как это могли бы делать отраслевые ассоциации?

- Это гарантирует присутствие в палате государственных органов. Более того, правительство продавило для своих представителей право вето. Я был категорически против такого решения. Мы отстаивали, чтобы было право преодоления вето. Порядок преодоления вето должен быть утвержден.

F: Как долго правительство будет входить в состав учредителей палаты?

- Правительство будет в учредителях не только первые шесть лет (учредительный период 1 год и переходный период до 5 лет. - F), но и после окончания переходного периода представители правительства останутся в составе президиума, и за ними сохранится право вето. Это как раз те пункты, с которыми я категорически был не согласен. Я считаю, что задача палаты - оппонирование правительству. Может, где-то и поддержка, но прежде всего - это предоставление обратной связи с бизнесом. А какая может быть обратная связь, если правительство само будет регулировать, какие сигналы оно хочет получать, а какие не хочет?

«Мою позицию разделяла большая группа депутатов»

F: Среди депутатов вы были единственным, кто выступал против этого?

- Достаточно большая группа депутатов разделяла мою позицию. Такая цензура мало приветствуется. Меня удивил депутат Рамазан Сарпеков. Он не бизнесмен, но выступал против такого формата, потому что как грамотный юрист он видит в этом противоречие. Но если представители правительства будут злоупотреблять своими полномочиями, то у нас всегда будет возможность вернуться к этому вопросу, подвергнуть закон корректировкам.

F: Лично вы как голосовали - «за» или «против» законопроекта?

- Я, безусловно, голосовал «за». С момента поступления законопроекта в парламент я высказался по двум пунктам. Первое - это ограничение вмешательства госорганов в деятельность палаты. Второе - защита палаты от угрозы бюрократизации. Это очень важно, поскольку есть риск, что эта структура может дистанцироваться от бизнеса и прибиться к правительству. Этого допускать нельзя, надо, чтобы связь с бизнесом была прямая и чтобы палата была подотчетна бизнесу. В этой связи мы приняли целый ряд поправок, которые обеспечивают прозрачность работы палаты.

«Создание палаты и есть форма защиты бизнеса»

F: Но присутствие правительства в НПП - это принципиальный вопрос. Почему это не заставило вас голосовать против законопроекта?

- В данном законопроекте принципиальными являются две вещи - система обязательного членства и обязательных взносов. Это гораздо ценнее, важнее, чем те недоработки, те вопросы, о которых мы сейчас говорим.

Я считаю, что это (создание НПП с обязательным членством. - F) является единственно возможным на сегодня решением для бизнеса. Мы видим, что происходит агрессивное расширение участия государства в экономике. Уже более 70% ВВП формируется государственным бизнесом, а доля МСБ снижается. Каждый год число квазигосударственных предприятий увеличивается на 10%, из них 30%, по сведениям Счетного комитета, являются убыточными, они ежегодно наносят миллиардные убытки государству.  И, тем не менее, на их содержание, на увеличение уставного капитала за последние пару лет государство потратило около сотни миллиардов тенге. Поэтому сегодня для бизнеса задача не просто выживать, а брать на себя инициативу, иначе он, как шагреневая кожа, скукожится. Благодаря НПП бизнес сможет ставить перед правительством вопросы и отстаивать свои интересы в тех случаях, когда государственные программы явно ущемляют или носят ущерб интересам предпринимательства. Частный бизнес находится под угрозой давления со стороны государства. И создание такого консолидированного органа как раз и есть форма защиты бизнеса, его интересов во взаимоотношениях, с одной стороны, с государством и, с другой стороны, с внешними конкурентами.

F: Вы считаете нормальным, что правительство может вмешиваться в работу независимого объединения?

- Мы об этом тоже много спорили. Повторюсь, у нас не было практики обязательного членства, эту модель мы позаимствовали у европейцев. Она у них появилась в эпоху Возрождения. Тогда цеховые объединения добились для себя права быть представленными в городских управах, участвовать в решении городских вопросов именно через обязательное членство тех или иных предпринимателей в цеховых организациях. В Европе эта модель имеет многовековую традицию, а для нас это новая вещь. Поэтому государство хочет обеспечить баланс в процессе развития. Переходный период рано или поздно кончится, и мы к тому времени должны стать действительно самостоятельной организацией.

F: Переходный период будет длиться, согласно законопроекту, пять лет. Не много ли?

- Я считаю, что много, и предлагал сделать два года. Мы спорили по этому вопросу и в итоге решили определить переходный период «до пяти лет». Если палата будет справляться с обозначенными функциями - сбор взносов, управление бюджетом, выполнение функций, переданных от государства палате, то правительство будет готово выйти из палаты раньше, чем через пять лет.

«Предельный размер взносов устанавливает правительство»

F: Почему не все члены Национальной палаты предпринимателей будут платить взносы?

- Мы предлагали внести поправку, чтобы платили все без исключения. У нас же нагрузка на содержание палаты ложится на крупный и средний бизнес, а малый бизнес освобожден от взносов. Я считал и считаю: хотя бы одну тиынку, но платить нужно, чтобы у малого бизнеса не было комплексов, когда он будет настаивать на том, чтобы палата учитывала его интересы, чтобы он знал, что имеет не меньше прав на управление палатой, чем крупный предприниматель.

Но поскольку это практически революционный шаг, предприниматели могут по-разному воспринять такое, будут пересуды по поводу собираемых сумм, то депутаты решили, что пока нагрузку будут нести средний и крупный бизнес. Это решение я в итоге поддержал. Нам очень важно не дискредитировать идею создания палаты, потому что она может стать системным ресурсом по обеспечению конкурентоспособности нашего бизнеса как в рамках Таможенного Союза, так и ВТО, куда мы собираемся вступить.

F: Кто будет устанавливать размер членских взносов?

- Предельный размер устанавливает правительство, а конкретный размер будет определять съезд или президиум. Я думаю, что скорее всего это будет делать съезд. Это даст возможность более гибко походить к вопросу установления взносов для конкретных категорий предпринимателей. Ведь даже крупный бизнес крупному бизнесу рознь. Есть компании с миллиардными оборотами, а есть со стомиллионными.

F: Как будут распределяться членские взносы?

- В законопроекте прописано, что бюджет организации утверждается управляющими органами, и если говорить про президиум, то в нем в равном количестве будут представлены отраслевые ассоциации, регионы, представители правительства, парламента и общественности. То есть будет осуществляться общественный контроль за деятельностью палаты. Я надеюсь, что бюджет будет прозрачным.

F: Эксперты называют обязательные взносы в НПП «налогом на предпринимательство». Вы согласны с этим мнением?

- С ним можно было бы согласиться в том случае, если бы он взимался от дохода предприятия. Но надо иметь в виду, что взносы, уплаченные в палату, ставятся нам на вычет при налогообложении, то есть фактически бизнес ничего не теряет: он эту сумму заплатил бы как КПН, а теперь он это будет выплачивать в палату, которая будет представлять его интересы.

«Предприниматели - это люди, которые знают себе цену»

F: В законопроекте перечислен ряд государственных функций, которыми будет наделена палата. Эксперты говорят, что такого набора полномочий нет ни у одного отдельного ведомства - разве что у всего правительства…

- Ваши эксперты заблуждаются: при  том, что определенные функции палате передаются, она не будет принимать решений, будет лишь участвовать в решении вопросов. Cегодня быть вовлеченным в процесс принятия решений на государственном уровне - это уже иметь рычаг влияния. У нас постепенно выстраивается правильный баланс отношений между правительственными учреждениями и общественностью. Деятельность «Атамекена» за последние восемь лет показала, что голос бизнеса стали слышать. Многие законопроекты были отложены или откорректированы именно после вмешательства предпринимателей в эти вопросы. Поэтому очень важно, чтобы бизнес также участвовал в рассмотрении тех вопросов, которые непосредственно затрагивают интересы предпринимателей.

F: Вам не кажется, что Национальная палата, получая возможность обсуждать проблемы, но не решать их, станет некой «потемкинской деревней»? Власть может показывать на НПП и говорить: «Вот как у нас с бизнес-климатом все хорошо, предприниматели даже в госуправлении участвуют».

- Даже если некоторые вещи делаются для галочки, то институты через какое-то время все равно срабатывают. Вот демократия - это прежде всего процедура. Участие бизнеса в принятии государственных решений - это тоже процедура. Если процедуры будут соблюдаться, рано или поздно бизнес почувствует свои возможности и перестанет быть на вторых ролях. Поверьте, пожалуйста, предприниматели - это люди, которые знают себе цену и ни перед кем шапку не ломают.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
8019 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
17 июня родились
Михаил Гамбургер
генеральный директор ТОО «Алматыэнергосбыт»
Апрель в цифрах

Экономика Казахстана в цифрах и фактах. Апрель 2019 года.

Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить