300 тыс. тенге - средний чек у беззалоговых заёмщиков в Казахстане

В течение нескольких лет банкам придется сменить привычные бизнес-модели

ФОТО: © Depositphotos.com/ktsdesign

Казахстанские банки привыкают работать в непривычных для себя условиях изменения операционной среды. Продолжается отток депозитов, важного источника фондирования. Стабильное укрепление доллара против национальной валюты, когда по итогам 2018 средневзвешенный биржевой курс вырос с 333,4 до 381,2 тенге и продолжает оставаться на этой позиции, подбираясь временами к уровню 390, беспокоит вкладчиков. Однако банкам нечем на это ответить. Предельные ставки по срочным валютным депозитам для физических лиц составляют 1%, в реальности вознаграждение ещё ниже: 0,4–0,5%. Для юридических лиц ставки почти аналогичные, и экспортёры оставляют заработанную валюту за рубежом. За прошлый год валютные депозиты корпоративного сектора ужались на 400 млрд тенге, а с начала этого года отток удвоился – до 830 млрд тенге. В целом с января 2018 по январь 2019 база срочных вкладов БВУ сократилась с 11,7 трлн до 11,2 трлн тенге и ещё до 11 трлн на начало июня.

Нестабильность депозитной базы фондирования – одна из причин, по которой все большее число банков уходит в короткое потребительское кредитование. Другими стимулами можно назвать высокую маржинальность этого направления (даже с учётом высокой степени риска) и тот факт, что банки научились правильно выдавать кредиты. Современные скоринговые системы позволяют оценить риск-профиль клиента и хорошо предсказывают его выход на просрочку. Как следствие, потребительское кредитование растёт ударными темпами и на начало 2019 года составило четверть всех банковских займов. К июню его доля достигла 28% совокупного ссудного портфеля. Причиной послужили два фактора: сокращение объемов кредитования МСБ и корпоративного сектора, а также продолжающийся прирост займов в потребительском сегменте.

Следует отметить, что рост потребкредитов вызвал в экспертной среде споры относительно надувания в секторе кредитного пузыря. И, похоже, дискуссия метит в лидеров рынка. Банкам, не входящим в круг главных кредиторов, тяжело туда попасть из-за слишком высокой конкуренции. К тому же кредитная масса, которую могут переработать банки и Казахстан в целом, ограничена численностью населения и его доходами. Если какой-то из банков, при условии, что у него не все хорошо с финансовым положением, замедлит темпы кредитования, это повлечет для него определенные сложности. Чего, возможно, и добиваются инициаторы упомянутой дискуссии.

Важно также то, что она проходит на фоне схлопывания банковской системы. За последнее время прошли две крупные сделки по слиянию банков: Казкома и Народного, а также Цеснабанка и FirstHeartland Bank. На очереди объявленное слияние ещё трёх банков, которое никак не может завершиться. Эксперты говорят про непонятное будущее как минимум трёх средних банков, и все с нетерпением ждут итогов оценки качества активов БВУ, которое проводит Нацбанк.

Директор аналитической группы по финансовым организациям Fitch Ratings Дмитрий Васильев полагает, что беспокоиться насчет надувания потребительского пузыря ещё рано.

- В 2018 розничный кредитный портфель банковского сектора вырос на 17% с упором на беззалоговое нецелевое потребительское кредитование, и мы ожидаем сохранения темпов роста на уровне около 15% в 2019. Мы отмечаем, что в последние несколько лет темпы роста розничного кредитования опережали темпы роста номинальных доходов населения. На данном этапе это не вызывает у нас существенной обеспокоенности, с учётом эффекта роста с низкой базы и продолжающегося притока новых заёмщиков в систему. Проникновение розничных кредитов также остается низким (розничный кредитный портфель составил около 9% от ВВП на конец 2018), то есть пространство для дальнейшего роста ещё есть. Качество активов в рознице остаётся хорошим, а ставки – высокими и вполне покрывают кредитные риски. Однако, если в течение ещё нескольких лет розничное кредитование будет расти существенно быстрее доходов населения, это может привести к перегреву рынка, – полагает Васильев.

Председатель наблюдательного совета Первого кредитного бюро (ПКБ) Руслан Омаров обращает внимание, что рост потребительского кредитования не был внезапным, набирал темпы в течение пяти лет и обусловлен потребностью населения:

- Я не думаю, что закредитованность сейчас высокая. Аналитические выкладки ПКБ показывают, что среднее количество кредитов на человека за почти три года не сильно выросло: 1,79 на начало июля 2019 против 1,44 на начало 2017. Средний кредитный чек растёт незначительно. С учётом того, что средняя зарплата официально в Казахстане составляет 150 тыс. тенге, а средний чек у большинства (более 80% заёмщиков беззалогового кредитования) не превышает 300 тыс. тенге.

Ещё одним вызовом для казахстанских банков стало снижение роли банковского сектора в экономике страны. Согласно обзору экономики за май 2019 года, представленному Нацбанком, в январе – мае инвестиции в основной капитал составили 3,9 млрд тенге и по сравнению с аналогичным периодом 2018 выросли на 7,8%. Главным источником инвестиций по-прежнему остаются собственные средства предприятий – 85,2%. Заёмные средства, в том числе кредиты иностранных банков, составили 1,7%. Для сравнения: в январе 2019 структура инвестиций по источникам была иной. Собственные средства хозяйствующих субъектов составляли 73,1%, а кредитные средства, в том числе иностранных банков, достигали 7%.

Опрос компаний реального сектора, а это 23 крупных и 18 малых предприятий, проводимый Нацбанком, показал, что в первом квартале 2019 лишь 20% опрошенных обратились в банк за кредитом, а 17,2% получили кредит. При этом оценки предприятий относительно ценовых (уровень ставок по кредиту, размер дополнительных комиссий) и неценовых (максимальный размер и срок кредита, требования к финансовому состоянию заёмщика, к обеспечению) условий кредитования остаются негативными. Хотя количество предприятий, отмечающих ухудшение этих условий, постепенно снижается. Средние процентные ставки по кредитам в тенге, полученным участниками мониторинга, снизились и составили 12,6%; по кредитам в инвалюте, наоборот, отмечается небольшое увеличение – до 6,9%. Тогда как приемлемая для предприятий процентная ставка по кредитам в тенге составляет 7,1%, по кредитам в инвалюте – 3,1%.

- Кредитование юридических лиц практически не растет. В 2018 рост корпоративного портфеля, скорректированный на движение валютных курсов, ликвидацию нескольких небольших банков и выкуп проблемных активов, у Цеснабанка составил лишь 1%. Мы ожидаем, что темпы роста корпоративного портфеля сохранятся на минимальном уровне в 2019. Парадоксально, но уровень кредитного риска по корпоративным кредитам в Казахстане выше, чем по розничным, из-за более высокой концентрации, зачастую низкой финансовой прозрачности корпоративных заёмщиков и упора банков на проектное финансирование, а не на оборотное кредитование, – комментирует ситуацию Васильев. – Количество первоклассных корпоративных заёмщиков в экономике ограничено, и они кредитуются в более крупных банках или за рубежом по более низким ставкам. При этом банки предпочитают выдавать более гранулированные розничные кредиты с более прогнозируемым уровнем кредитного риска и по более высоким ставкам по отношению к крупным корпоративным кредитам по низким ставкам.

В последние годы – и это ещё один не слишком приятный для банков фактор – финансирование экономики идет за счёт госпрограмм, число которых, судя по всему, слабо контролируется, и они уже начинают конкурировать друг с другом. Под занавес 2018 Нацбанк приступил к реализации Программы льготного кредитования приоритетных отраслей экономики, в рамках которой банкам предоставили долгосрочное фондирование на сумму 600 млрд тенге. На конец июня в программе участвовали 10 банков. Ими принято 146 заявок на сумму 130,1 млрд тенге, из которых одобрено 69 проектов на сумму 33,8 млрд тенге и выдано 38 займов на сумму 18,5 млрд. Как видно, банки консервативны в оценке кредитоспособности заемщиков и не хотят рисковать средствами, выданными государством на возвратной основе. Любопытно, что согласно обзору Нацбанка по экономике за май 2019, который Forbes Kazakhstan цитировал выше, доля бюджетных средств в инвестициях в основной капитал снижается с начала года – с 12% в январе до 8,7% в мае.

Эксперты полагают, что будущее казахстанских банков все-таки связано с кредитованием, а не с иными, например транзакционными, услугами и цифровыми сервисами, которые будут выступать как логичный апгрейд банковского бизнеса. Для роста кредитования необходим расцвет экономики в целом и МСБ в частности. Без сильного МСБ банкам просто не на чем будет зарабатывать. И здесь, конечно, следует искать компромисс между банковским кредитованием и госпрограммами.

- Вопрос глобальный: куда мы, как государство, движемся? Государственный капитализм или рыночная экономика? Если первое – у нас есть национальные холдинги, которым, по сути, не требуется местное финансирование, они могут самостоятельно финансировать все свои и не только потребности. Если второе – должно произойти кардинальное изменение в векторе движения. И мы должны начать процессы по обучению людей основам предпринимательства, выявить проблемные болевые точки в экономике. Например, отсутствие местного производства или переработки чего-либо – как пример, наличие незагруженных мукомольных комплексов и очередь наших производителей на комплексы в другой стране. В свое время этим занимался Госплан, и у нас тоже необходимо провести анализ сильных и слабых сторон. Через институты развития поддерживать, стимулировать, субсидировать МСБ в этом направлении. Рыночные банковские ставки непосильны для МСБ. Нет залогов, и бизнесу приходится искать финансирование за счёт госпрограмм. Государственные институты развития важны для становления МСБ. Компании, которые стают на ноги, «выстреливают», постепенно переходят на работу с банками. Устойчивые компании могут потянуть ставки, которые на данном этапе предлагают банки. Если хотим жить за счёт сервиса и производства, надо перестраивать экономику и понимать, что зарабатывать можно на МСБ, как во всем мире, – убеждён Омаров.

Он считает, что банки зря сетуют, что институты развития перехватывают их клиентов. Ведь ИР работают через банки-операторы и дают им возможность нарастить клиентскую базу и заработать. Банки в свою очередь должны включаться в процесс и начать консультировать клиента – как правильно вести бизнес, как масштабировать его и не разориться. Им следует развивать консалтинговое направление бизнеса, хоть оно и не профильное для них. Не все клиенты, приходящие в институты развития, могут вести бухучёт, планировать бизнес. Задача банка, ИР и государства состоит в том, чтобы МСБ рос и развивался.

- Всегда говорят – взращивай клиента. Даже если клиент пришел на расчётно-кассовое обслуживание, его можно вырастить до уровня, когда ему потребуются деньги на масштабирование бизнеса. Все зависит от стратегии банка, – резюмирует Омаров.

Судя по экспертным мнениям, которых сейчас предостаточно в СМИ и соцсетях, банки навряд ли вернутся к модели бизнеса, построенной на том, чтобы занять дешёвые деньги в одном месте, передать их в рост и жить на проценты от прибыли. Однако консалтинг – более долгий и трудоёмкий вид заработка, чем, допустим, инвестиции в краткосрочные обязательства Нацбанка. Тем не менее, если банки не смогут перестроиться и стать для клиента больше, чем посредник в передаче чужих заёмных денег, они навсегда могут потерять инициативу во взаимоотношениях с МСБ на кредитном рынке.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
4742 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
14 октября родились
Дархан Калетаев
первый заместитель руководителя Администрации Президента
Узакбай Карабалин
заместитель председателя ассоциации KAZENERGY, член совета директоров НК «КазМунайГаз»
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить