Зачем бизнесмен Сухраб Махмудов держит в кабинете нефть и «гараж» за стеклом
Как устроено рабочее пространство одного из богатейших бизнесменов Казахстана
Сухраб Махмудов — один из акционеров группы компаний Orbis Kazakhstan, которой он владеет вместе со старшим братом Фаррухом Махмудовым. Бизнесмен входит в рейтинг 75 богатейших бизнесменов Казахстана: 37 место в 2026 году, состояние по оценкам Forbes Kazakhstan — $310 млн.
Обычно Сухраб Махмудов приходит в офис в 9-10 утра (конечно, если нет ранних встреч). Поднимает жалюзи — при дневном свете удобнее читать документы — и погружается в работу. Из окна его кабинета виден небольшой парк. Сам кабинет — на восьмом этаже Rahat Palace Business Centre, это бизнес-центр в гостинице Rahat Palace. «Этот офис мы арендуем уже лет 12, так долго, что многие считают этот отель нашим. Но это не так», — улыбается собеседник.
У Махмудовых есть гостиница, но другая — Almaty, они купили ее у Нурлана Смагулова в 2022-м. На стене в рамке — черно-белое фото знаменитого отеля. «Мне хотелось видеть исторический облик, кадр сделан достаточно давно, тут еще вывеска «Сувениры» сохранилась, видите, — показывает Сухраб. — Мы потихоньку занимаемся реконструкцией, террасу воссоздаем».
Проводить рабочие встречи Махмудов предпочитает здесь, в своем кабинете. Кабинет для него — это пространство для работы. «У меня тут даже комнаты отдыха нет», — говорит бизнесмен. Работать удаленно он не любит: считает такой формат непродуктивным («дома люди в пижаме ходят, отвлекаются от работы»). Как не любит и «излишний декор». «Это сильно расслабляет. Мне кабинет нужен, чтобы работать, думать», — объясняет он простоту интерьера.
Большая часть предметов в кабинете так или иначе связана с бизнесом: подарки от партнеров, мелочи, отсылающие к разным направлениям работы группы. Но есть и личные воспоминания — они «хранятся» в фотографиях. Вот Сухраб с братом Фаррухом «покоряют Антарктиду», вот — их мама рядом со своими сыновьями, а вот — сам папа Сухраб гуляет с дочкой в парке в Японии…
Кабинет старшего Махмудова — через стену. Когда компания переехала в этот офис, Сухраб выбрал помещения для себя и для брата. В них сделали косметический ремонт. Не хватало лишь мебели. Одна из директоров Orbis в то время поехала в командировку в Китай. «Я попросил ее залететь в Гуанчжоу и купить любую недорогую, но нормальную мебель. В юности мы с братом часто бывали в Китае по работе, я знал, где находится нужный мебельный павильон. Пара дней понадобилась на выбор, я смотрел варианты по фото онлайн. Остановились вот на этой, простой, недорогой, но удобной мебели. У нас с братом кабинеты зеркальные, поэтому я, чтобы меньше хлопот было, сказал купить два комплекта. Коллега до этого все сама замеряла рулеткой. Мебель встала как влитая».
Свои кабинеты у Сухраба есть еще в двух городах — Атырау и Аксае. Раньше он часто бывал в тех краях по делам компании (группа работает в нефтесервисе). «У нас филиалы почти в каждом регионе Казахстана. Но мои рабочие кабинеты сохранились только на западе и они до сих пор мои (!) Уже и особой необходимости в них нет. Встречи, когда я приезжаю, можно ведь проводить в конференц-залах. Я говорю: пусть сотрудники займут. Не занимают», — улыбается акционер.
От Антарктиды до западного Казахстана
Семь лет назад братья Махмудовы в составе экспедиции дважды пересекли Антарктиду на полярных машинах. Сухраб на фото — в темно-серой куртке, Фаррух — в красной. Серебристый шар — это «геометка» географического, не магнитного, Южного полюса. «Там установлены флаги тех стран, чьи базы присутствуют в Антарктиде. Мы специально привезли флаг Казахстана, чтобы сделать фотографию», — рассказывает собеседник. О большом путешествии напоминает еще пара фото и открытка с Южного полюса с подписями всех шестерых членов экспедиции. В уголке ее проглядывает красный штемпель: «JAN 14 2019». Путешествие во льдах и снегах бизнесмен повторять пока не хочет, но, говорит, если бы решился на такое приключение снова, то уже точно бы знал: в Антарктиду можно взять любую еду, хоть сваренные пельмени — при минус 30-40 градусах не портится ничего.
В кабинете Махмудова есть два месторождения нефти… правда, «упакованных» в склянки. В одном сосуде хранится нефть Карачаганака, полученная в подарок в 2010 году, в другом — черное золото Кашагана в комплекте с такой же миниатюрной, граммов на 15, бутылочкой серы. О работе на западе Казахстана напоминают фотографии: на одной из них 27-28-летний Сухраб стоит на фоне старой качалки.
Шкаф в кабинете Махмудова-младшего давно превратился в «гараж» для моделей авто. Такие копии — это элемент маркетинга для автопроизводителей. Их обычно продают при заводах и дарят партнерам. Когда парковочные места в шкафу заканчиваются, племянник Сухраба становится самым счастливым мальчишкой на земле (он обожает трактора). В шкафу же остаются машинки, которые еще нужны в работе — например, новые модели авто и сельхозтехники, которые можно показывать как образцы партнерам.
«Мы работаем с партнерами из Японии, они часто привозят разные символические фигурки. Значения такие фигурки не имеют. Просто у японцев в культуре нельзя приходить с пустыми руками», — поясняет хозяин кабинета.
Среди сувениров есть значок Ichiban. Переводится с японского — «Номер один». Японские партнеры дают такой за достижения в продажах. Этот значок надо надевать на конференции, он показывает, что ты номер один в сети. Требование негласное, но, уверяет бизнесмен, «все носят с удовольствием». «Это же гордость, это же работа. Просто так его точно не дают», — не скромничает собеседник.
Оба мяча — подарки. Желтый — от друга. «Друг болел за футзальный «Кайрат». Вот и подарил. Я сам не особенно увлекаюсь ни мини-футболом, ни футболом, — Махмудов-младший берет в руки спортивный снаряд: — Здесь, кстати, есть автографы всех членов команды на тот момент».
Двойная надпись, которая читается с разных ракурсов: с одной стороны — «лучшему», с другой — «тренеру». «Меня в юности друг называл тренером. Не знаю, почему. Наверное, воспринимал как старшего товарища», — говорит Махмудов, показывая подарок от того самого друга, который он хранит уже десять лет .
Белый… не теплоход, а баржа на воздушной подушке с тремя пропеллерами. «Этот проект мы планировали на Кашагане. Каспий ведь мелеет, это усложняет логистику. А такая баржа может идти и по воде, и по мели, и по камышам. И на ней можно доставлять с берега сотни тонн грузов и даже вахтовые городки: контейнеры для проживания устанавливаются прямо на палубе, баржа прибывает на место и встает на якорь вместе с вахтовым городком. Вот такие три баржи мы должны были построить. Этот проект мы хотели делать в 2012 году. Но у заказчика изменились планы. Возможно, к идее еще вернутся — и мы ее обязательно реализуем. Я потому и храню эту модельку», — рассказывает Сухраб.
Сувенирные сабли для почетного караула. В кабинете Сухраба исполняют мирную роль украшения — подарка от товарища.