Южная Корея инвестирует $576 млрд в чипы: чему стоит поучиться Казахстану

Материал выходит при поддержке Tabys Pro от Teniz Capital Investment Banking — платформы для инвесторов, которые хотят смотреть на глобальные рынки шире: от акций технологических гигантов до новых инфраструктурных трендов, определяющих экономику искусственного интеллекта.

29 июня 2026 года президент Южной Кореи Ли Чжэ Мён объявил о том, что аналитики уже назвали самой агрессивной промышленной стратегией, когда-либо предпринятой страной для захвата рынка чипов ИИ. Объем инвестиций составляет более $576 млрд в течение нескольких лет. Рядом с президентом на телевизионном брифинге стояли главы Samsung и SK Hynix, двух крупнейших производителей памяти в мире.

Формулировка президента не оставляет места сомнениям в амбициях. «Мы должны обеспечить ключевые элементы ИИ быстрее любой другой страны», — заявил президент Южной Кореи Ли Чжэ Мён.

По его словам, полупроводники, физический ИИ и дата-центры являются «тройной осью» для рывка Кореи вперед.

Что именно объявлено

Речь идет о 800 трлн вон (примерно $518 млрд) для национального проекта по производству полупроводников.

Основная цель компании — удвоить производство памяти DRAM за пять лет. Это является прямой реакцией на дефицит, который уже привел к росту мировых цен на память.

В то же время группа Samsung объявила о программе инвестиций в размере 1000 триллионов вон (около 649 миллиардов долларов) на десятилетие — это крупнейшее корпоративное обязательство в истории Кореи. В совокупности это примерно 1,2 триллиона долларов.

Почему это касается всего рынка памяти

Чем являются Samsung и SK Hynix для мировой экономики? Вместе они производят примерно 80% мировой HBM-памяти — высокоскоростной памяти, без которой не работает ни один ИИ-ускоритель. SK Hynix владеет 58% рынка HBM и поставляет память для каждого ИИ-чипа Nvidia.

Память сейчас является узким местом всей ИИ-индустрии: цены на DRAM резко выросли в этом году, а HBM распродана на год вперед. Экспорт полупроводников из Кореи в мае 2026 года достиг $37,2 млрд — рост на 169% за год и месячный рекорд.

Заявление Кореи представляет собой шаг к контролю над этим узким местом на десятилетие. Но есть нюанс по времени: новые заводы заработают в конце 2020-х годов. До тех пор дефицит и высокие цены не исчезнут.

Главный сдвиг: проблему ИИ решают государства, а не стартапы

Долгое время казалось, что будущее ИИ формируется стартапами из Кремниевой долины: OpenAI, Anthropic, небольшой группой гениев с ноутбуками. Но решение Кореи показывает обратное.

Корея прямо называет этот шаг «стратегией национального выживания». Министр промышленности считает полупроводники «последним шансом» для страны выйти из ловушки низкого роста. Государство координирует компании, регионы, университеты и поставщиков в единую стратегию — то, чего не может достичь ни один стартап.

Эпоха, когда ИИ был игрой венчурного капитала, заканчивается. Теперь это игра промышленной политики — заводы, энергия, вода и государственные деньги.

Что это значит для Казахстана

Для Казахстана, который объявил 2026-й Годом искусственного интеллекта и строит Долину центров обработки данных в Экибастузе, корейский урок поучителен.

Даже Корея со своими заводами и капиталом столкнулась с тремя ограничениями: электричество, вода и квалифицированный персонал. Завод по производству памяти требует огромных объемов воды для очистки пластин и колоссального потребления энергии. 

В Казахстане, помимо «Долины» в Экибастузе, тоже есть проекты: Beeline Казахстан (группа Veon) строит центр обработки данных мощностью 2 МВт в Алматы, который откроется в конце 2026 года. «Казахтелеком» и китайская China Energy Overseas Investment подписали соглашение о строительстве дата‑центра мощностью 100 МВт, первый этап на 20 МВт должен начаться в 2026 году. В 2024 году правительство договорилось с арабской компанией Presight AI о создании суперкомпьютера и центра обработки данных, а также о развитии распределенной инфраструктуры ИИ. 

Конкурировать в эпоху ИИ будут не те, у кого больше стартапов, а те, у кого есть энергия, вода и государственная воля связать это в стратегию. Это вопрос промышленной политики.

Контраргумент

Однако есть вторая сторона медали. Большой масштаб не означает гарантии успеха. Акции Samsung и SK Hynix упали в день объявления — инвесторы восприняли огромные капитальные затраты как давление на прибыль. Крупные строительные заводы на юго-западе могут столкнуться с такими же задержками из-за нехватки воды и персонала, как и прошлые проекты. А удвоение производства памяти к концу десятилетия сопряжено с риском: если спрос на ИИ замедлится, в мире останется избыток мощностей и цены упадут.

Кроме того, план Кореи имеет политическую составляющую. Президент Ли сделал выбор в пользу юго-западного региона страны для стратегического баланса регионального развития, а это означает, что в конечном итоге экономическая логика размещения завода может уступить политическим соображениям.

Вывод

Объявление Кореи знаменует новую эру. Искусственный интеллект перестал быть историей о программном обеспечении и венчурном капитале и стал историей о жесткой силе — заводах, электросетях, водоснабжении и государственной стратегии. Страна, контролирующая 80% мировой памяти, делает ставку в полтриллиона долларов на сохранение этого контроля.

Данный материал не является инвестиционной рекомендацией. Подготовлено на основе публичных данных.