Как форма сборной Казахстана стала языком национальной идентичности

Открытие Олимпийских игр — это яркое шоу с участием знаменитых артистов, зрелищными эффектами и парадом команд. Уже здесь, во время парада, начинается символическое соревнование между странами — команды конкурируют в креативности и качестве дизайнерских решений. В этот момент форма сборных становится высказыванием о том, как страна видит себя и какой хочет предстать перед миром.

Во время зимней Олимпиады 2026 года в Италии на парад открытия вышли 92 ­команды, в том числе казахстанская сборная. Посмотрим, что рассказала команда о себе и стране через форму и что удалось рассказать другим сборным.

Соревнование креативных идей

По словам основательницы школы стилис­тов FabSchool Алимы Болатбек, сегодня форма команд оценивается не столько на уровне «красиво-некрасиво», сколько на уровне смысла — есть ли за дизайном идея.

Италия, например, традиционно выбирает язык сдержанности. «Итальянская команда выступила в элегантных костюмах молочного цвета от Emporio Armani (EA7) с минималистичным дизайном», — отмечает Болатбек. И объясняет, что минимализм здесь — выражение национальной эстетики, модной традиции sprezzatura — кажущейся простоты. В форме итальянской сборной функциональность проработана, но скрыта. Высокотехнологичные ткани и элементы представлены так, чтобы визуально костюм по внешнему виду, сложности и качеству был максимально приближен к стандартам высокой моды.

США продолжают сотрудничество с Ralph Lauren — бренд уже в десятый раз создает форму для сборной.

Другие команды делают ставку на культурный код. Норвегия, например, интегрировала в форму традиционные вязаные свитеры бренда Dale of Norway, а сборная Саудовской Аравии вышла просто в традиционной нацио­нальной одежде. К культурному наследию обратилась и Австралия — в ее форме использованы орнаменты коренных народов в сочетании с национальными цветами.

Отдельного упоминания заслуживает сборная Монголии — ее парадная форма стала одним из самых запоминающихся образов Олимпийских игр в Италии. «Форма сборной Монголии, на мой взгляд, была одной из лучших. Концепция была посвящена не спортивной форме, а кочевой культуре, наследию и идентичности страны. Форма команды Монголии выделялась на фоне других, сразу считывались отличия от европейской культуры костюма, силуэт четко давал отсылку к восточной кочевой цивилизации. Торжественность проявлялась в золотом обрамлении формы, а древний священный символ страны — соёмбо — выступал не в качестве принта, а как продолжение силуэта. Это уже не про спортивную форму с орнаментами, а про ответ на вопрос «кто мы», — увлеченно рассказывает Алима Болатбек. Она напоминает, что парадную форму сборной Монголии создал монгольский модный бренд Goyol Cashmere.

Форма высказывания

На этом фоне казахстанская форма с прошедшей Олимпиады как высказывание выглядит весьма сдержанно и как инструмент национального брендинга не работает.

«Олимпийская форма сборной Казахстана на Играх 2026 года — это наша визитная карточка. На мой взгляд, в этом году дизайн костюмов нашей сборной имел достаточно слабый брендинг… Складывается ощущение, что дизайнеры работали над спортивной формой, но не над посылом», — отмечает Болатбек.

В форме казахстанской сборной есть небесно-голубой цвет, в отделке использован орнамент с центральным узором «қошқар мүйіз», который символизирует процветание, гармонию с природой и плодородие. Эти орнаменты в дизайне формы использовал бренд костюмов для олимпийской сборной 2026 года Sultan Khan, который много лет занимается изготовлением национальной одежды.

Но, по мнению Алимы Болатбек, сама по себе работа с цветом и орнаментом еще не гарантирует выразительности. «Да, в форме нашей сборной использованы небесно-голубой цвет и орнамент, но это еще не работа с культурным кодом, это лишь логичное сочетание. В нашем прошлом было тенгрианство, а в традиционной одежде кочевников есть множество силуэтов, с которыми можно и нужно работать», — говорит стилист. Она приводит примеры, как культурный код переосмысляют казахстанские современные дизайнеры — например, Асем Сапаргали выпускала коллекцию, в которой рассуждала на тему казахских народных инструментов, а бренд Al.bastym работает с казахской мифологией. «Наша идентичность — это не только орнаменты, хотя их я тоже горячо люблю. И с орнаментами, со всем их многообразием можно работать, но только если ставить вопросы: про что мы, какие мы и в чем наша сила, — рассуждает Алима Болатбек о необходимости глубокой работы с идентичностью и идеей.

Говорит орнамент

Работа с национальными орнаментами — отдельный и довольно чувствительный вопрос. В казахской культуре орнаменты исторически выполняли роль носителя смыслов, а не декоративного элемента.

Дизайнер-конструктор одежды, выпускница магистратуры в Istituto Secoli (Милан, Италия) Алуа Маулен полагает, что при создании олимпийской формы нужно более внимательно работать с национальными орнаментами. «Необходимо привлекать специалистов, которые изучают историю орнамента, его символизм, знают мельчайшие детали. Потому что есть тонкая грань между, например, казахским и кыргызским орнаментом», — обращает внимание она.

Казахские орнаменты многообразны и наполнены смыслом. Как отмечает Алуа Маулен, в кочевой культуре орнамент служил источником информации о родовой принадлежности, роде деятельности, местности. Кроме того, орнаменты содержали сакральные коды, служили оберегами, символами удачи, процветания, долголетия. Орнаменты имели свое четкое предназначение: одни применялись в одежде, другие — в убранстве юрты, для защиты дома от духов, третьи — для конской сбруи. Особый орнамент наносили на оружие и костюм воина, и совершенно другой набор символов был предназначен для колыбели, еще один — для кухонной утвари.

«Нужно изучить все многообразие значений и образов, чтобы работать с деталями, — комментирует Маулен. — И еще казахский кос­тюм — это не только орнаменты, но и форма, особенности кроя, многослойность, техники соединения деталей, отделки, вышивки. А еще это материалы — можно использовать войлок, кожу, применять стежку».

При создании образа казахстанской сборной, считает дизайнер, ключевое значение имеет работа с деталями и более точное раскрытие уникальности культурного кода.

По ее оценке, казахстанский дизайн прошел несколько этапов: от ориентации на западные стандарты и копирования европейских решений — к активному возвращению национальных мотивов, иногда с чрезмерным акцентом на популярных орнаментах. Сейчас, по словам Маулен, идет постепенный переход к более осмысленному подходу — работе с орнаментами и конструкцией национального костюма как системой.

Идея и исполнение

Способность дизайнеров мыслить шире — формулировать собственные идеи, выходить за рамки шаблонов и предлагать более сложные и оригинальные образы не менее важна, чем знание истории и символики орнаментов.

«Олимпийская форма — это мягкая сила, имидж страны. Формой мы заявляем о себе. Нельзя в этом случае брать чужие какие-­то наработки, стандарты, скомпилировать их и шить форму. При помощи дизайна мы отправляем месседж, поэтому обязательно должна быть авторская идея у командной формы. Должно быть четкое представление о том, какую идею несет костюм, о чем мы хотим заявить. А если нет цели, нет понятного направления, форма может получиться безликой», — уверена Алуа Маулен. Она считает, что комплексная работа с национальными орнаментами, силуэтами и деталями традиционного костюма позволяет заложить в дизайн олимпийской формы сильный смысловой посыл и сформировать образ, который будет ассоциироваться с Казахстаном и запомнится до следующих Игр.

При этом подобный подход для Казахстана не является чем-то новым. Последние два успешных кейса с формой для олимпийской сборной — дизайнерские костюмы, которые Салтанат Баймухамедова (бренд Salta) создала для летних Олимпийских играх в Токио, и форма команды РК на Олимпиаде 2022 года в Пекине, которую создал дизайнер Дмитрий Шишкин в коллаборации с отечественным производителем спортивной одежды Zibroo. В обоих случаях форму казахстанской ­команды замечали мировые СМИ и включали в список «самой стильной».

Вспоминая о коллаборации Шишкина и Zibroo, Алуа Маулен отдельно отмечает: «Важно, что у них была хорошая производственная база. Когда одежду создают, есть креативная часть и есть производственная, они должны быть согласованы. Иначе, какую бы гениальную модель ни разработал дизайнер, если ее реализуют недостаточно качественно, результат будет очень плохим».

Маулен полагает, что над созданием дизайна командной формы для следующих Олимпийских игр нужно начинать работать сразу после завершения предыдущих. Процесс разработки должен идти без спешки, основательно, с изучением необходимого материала, разработкой и демонстрацией образцов, чтобы исправить возможные недочеты и доработать форму, учесть все детали. Так что сейчас самое время начинать.