Барахолка Алматы: крах грандиозного бизнес-проекта

Власти Алматы обещали начать в 2014 масштабную реконструкцию барахолки и уже в январе вернули в госфонд города 2,5 га земли. Самый большой вещевой рынок Казахстана, похоже, доживает свой век

Фото: Владимир Третьяков

Как торговая площадка алматинская барахолка появилась в 1984 – столичная администрация выделила пустырь за городом для обмена книгами. На самом деле значительная часть дефицитных бестселлеров, конечно же, продавалась по цене, зачастую в десятки раз превышавшую государственную, и власти таким образом просто убирали нелегальную книготорговлю «с глаз долой». В начале 90-х книжный бум сошел на нет, зато начался вещевой. На месте нынешнего рынка «Алатау» рядами выстроились продавцы поддельного «адидаса», польского ширпотреба и привезенных из-за границы магнитофонов.

40- и 50-летние алматинцы помнят, что сначала «спекулянты» держали товар в руках или раскладывали прямо на земле. Потом появились три ряда прилавков с навесами... Ряды разрастались в стороны и вглубь, на восток. «Дрожжами» для базара стал тотальный дефицит. В 1988–1993 только там можно было купить золотую цепочку на совершеннолетие дочери, туфли на свадьбу, колготки или свитер на зиму. На барахолку приезжали затемно и выбирали товар, светя фонариками на прилавки. К рассвету все более или менее ценное уже раскупалось. А потом «пришел» Китай...

 Через Северное кольцо барахолка перешагнула позже, к концу 90-х. Появившиеся там «Болашак» и «Кулагер» долго считались самыми дешевыми рынками. За ними выросли ряды с узбекскими и киргизскими одеялами, тканями, мелким ширпотребом. В Алматы стали ездить оптовики со всего Казахстана, не говоря уже о ближних пригородах, значительная часть жителей которых «самозанялась» именно на рынках.

За 20 лет барахолка стала одним из самых успешных бизнес-проектов независимого Казахстана, на котором помимо торговцев кормились тысячи носильщиков и охранников, водителей, работников администраций рынков, поваров, парикмахеров, врачей и так далее – вокруг торговых рядов возникла целая инфраструктура.

В исследовании Всемирного банка «Клубок шелка: безграничные базары и приграничная торговля в Центральной Азии» товарооборот алматинской барахолки в 2011 оценивался в $1 млрд 742 млн в год, или $4 млн 773 тыс. в день. По состоянию на дату исследования там было 15 450 торговых точек, на которых работало почти 40 тыс. человек, а с прилегающей инфраструктурой – 250 тыс. При этом доля импортной продукции составляла 80%.

Учитывая огромную социальную значимость, аналитики ВБ советовали правительству либерализовать регулирование и уменьшить налоговую нагрузку на такого рода торговые образования. «Базары – критически важная опора экономики», – указывали эксперты.

Сui prodest?

Однако, судя по всему, юбилейный 2014 станет для алматинской барахолки последним. Еще в апреле 2011 аким города Ахметжан Есимов заявил, что 34 рынка из 74 существующих в Алматы будут ликвидированы – те, что либо не соответствуют нормативным требованиям, либо нарушают градостроительные регламенты, «красные линии» и правила благоустройства. Из 35 «барахолочных» рынков, по данным Палаты предпринимателей, не нарушили «красную линию» только три.

Планы эти вызвали резкую реакцию как у мелких торговцев, так и у хозяев рынков. При этом Есимов, выступая в столице, намекнул, что конечные бенефициары рынков являются очень влиятельными людьми: «Есть учредители, которые находятся здесь, в Астане. Я хочу заявить о том, что, если они не прекратят свою работу через СМИ, подстрекать и так далее, я назову их фамилии. Это очень известные люди. Это будет, но независимо от всего этого работу на рынках мы доведем до конца». Но сопротивление торговцев, то и дело выходивших на акции протеста, не прекращалось.

Первый крупный пожар произошел 13 сентября 2013. По информации ДЧС Алматы, огонь распространился на площади 5,4 тыс. кв. м, охватив рынки «Алатау», «Аян», «Керемет» и «Олжа». Официальная версия – сварочные работы. Ущерб, который спустя два месяца озвучил заместитель председателя комитета противопожарной службы Владимир Беккер, составил 1,7 млрд тенге. Семь человек пострадало.

Второй пожар случился через два месяца, 17 ноября. Горели «Жана Кулагер», «Арал» и «Евразия». На этот раз причиной возгорания службы ЧС официально назвали поджог. Однако ни имен подозреваемых, ни версии относительно мотивов следственные органы до сих пор не называют.

Последний на момент подготовки публикации пожар был зафиксирован 12 декабря – сгорело пять контейнеров на «Алатау-2».

Интересно, что абсолютно все горевшие рынки были кандидатами на снос или отодвигание за «красную линию». Торговцы с самого первого пожара были уверены, что это поджог, однако их позиции во всей этой истории оказались самыми уязвимыми – аким на одном из брифингов заявил, что ни один пострадавший индивидуальный предприниматель с базарных рядов не смог предоставить документы о количестве и происхождении товара. То есть получается, что большая часть ИП, потерявших в пожаре имущество, торговали контрабандой и имели нарушения противопожарной и санитарной безопасности. К тому же на рынках обнаружилось самовольное подключение к силовому кабелю, и после второго пожара заместитель акима Алматы Юрий Ильин сообщил, что возбуждены уголовные дела по факту хищения электроэнергии.

Имена истинных владельцев барахолки торговцы называют только в приватных разговорах и не могут подтвердить свои слова документально. По их сведениям, конечными собственниками ТОО, на которых зарегистрированы многочисленные рынки, являются семьи высокопоставленных чиновников. Они считают также, что настоящая причина ликвидации оптовых рынков – передел собственности.

Впрочем, уровень соблюдения законов на алматинской барахолке действительно крайне низок. Например, пожарной безопасности там не было в принципе – на 35 базаров три пожарных гидранта, один из которых нерабочий, а два закатаны в асфальт. Проекты по пожарному обеспечению рынков (с выносом их от «красной линии», устройством дополнительной дороги и строительством там водопроводной сети) пожарные представляли в акимате еще лет семь назад. Однако тогда никаких мер принято не было, правда, и ряды не горели.

Есть и другие версии. Например, то, что алматинские власти таким образом пытаются решить вопрос пробок между нижней и верхней частями города. В Алматы, по большому счету, всего две «пробивки» с севера на юг: это Северное кольцо – Кудерина – Розыбакиева и проспект Сейфуллина. Пробивать другие улицы или строить мосты-развязки над барахолкой стоило бы значительных средств. В позапрошлом году выяснилось, что в случае землетрясения эвакуация в северном направлении практически невозможна – выезд загорожен базарами и представляет собой в дневное время одну многокилометровую пробку.

Некоторые торговцы говорят, что ликвидация контейнерной торговли – в интересах торговых центров, расположенных рядом (типа «Адема», который в свое время возводился на кредитные средства и под планы перевода барахолки в цивилизованное русло). Конечно, условия в них значительно лучше как для продавцов, так и для покупателей. Но аренда отдела в торговом центре в 1,5–3 раза выше, чем контейнера на барахолке (равного по доходности), что поднимает цену на товар и делает его неконкурентоспособным. Отделы на первом этаже ТД «Адем» (по объявлениям) стоят от $15 000 до $65 000, при этом после покупки надо еще вносить арендную плату в размере примерно $200. Субарендаторы платят уже около $500.

Великое переселение

В любом случае, перенос торговых рядов уже начат. В частности, на рынок «Ожет», открытый cевернее действующих. Правда, выяснилось, что и он не соответствует нормам противопожарной безопасности – ДЧС Алматы 29 ноября направил иск в экономический суд города о приостановлении его деятельности.

При этом стоимость рабочих мест здесь выше, чем на сгоревших базарах. «Нам говорили, что торговые места будут стоить $2200, на встрече с акимом цена уже стала $8000, а сейчас с нас требуют по $12–18 тысяч», – жаловались пострадавшие торговцы в партию «Ак жол».

Похоже, перенос торговых рядов становится прибыльнее самой торговли. «Недавно на нашем базаре было собрание, – рассказывает работник рынка «Барыс» с 11-летним стажем. – Нам объявили, что наш хозяин купил 2 га земли на ГРЭСе, за табачной фабрикой. Ставит там сорокатонники (контейнеры объемом 40 тоннF) в два этажа и продает по $8500 (1 млн 300 тыс. тенге): $1500 за контейнер, $500 за то, что его привезут, и $6000 на обустройство базара – навесы и так далее. Деньги уже собирают. Кто не сдаст до 1 января, те будут покупать готовое – уже дороже».

Для торговцев это почти катастрофа: покупатель может не доехать туда (это практически тупик), а «инвестиции» в нынешнюю барахолку пропали (год назад 20-тонный контейнер на «Барысе» стоил $30–35 тыс., и эти деньги никто не собирается возвращать).

По их словам, рынок «Аякоз» (специализирующийся на канцелярских товарах) тоже выносят за город – на Бурундайский тракт. Работники с рынка «Жаркент» жалуются, что их контейнеры переносят за «красную линию» и собирают за это по миллиону тенге. Они уверены, что и там их в покое не оставят: «Люди отдадут по миллиону, а потом туда опять придут, сожгут и выгонят».

По словам директора ТОО «Градостроитель и К» Алтая Сатыбалдиева, перенос рынков за город заложен в генеральном плане развития Алматы. Задача – «создать на въезде в город большой пересадочный узел». «Когда человек приезжает из пригорода, то оставляет автотранспорт и пересаживается на общественный, в этом же комплексе создаются автовокзал, муниципальный рынок», – рассказывал он в декабре на круглом столе, посвященном проблемам городских рынков.

Сооружения вдоль Кульжинского тракта уже видны невооруженным глазом. Там явно поместится и бывший автовокзал «Саяхат», и новый оптово-розничный рынок. Но, похоже, бизнес этих конструкций пока не заметил. Директор Палаты предпринимателей Алматы Ерлан Стамбеков на том же круглом столе предложил создать вместо барахолки региональный торговый узел – на 300 тыс. кв. м, 35 тыс. рабочих мест. Он полагает, что товарооборот нового образования составит $1,5 млрд. Инвестиций этот проект, по его словам, требует в размере $258 млн. Торговцам предлагается войти в долю в пределах $21,5 тыс.

Получится ли у нас вывести базарную торговлю из «тени» или барахолка, умерев, рассыплет споры по окраинам города и возродится там в прежнем хаотичном виде, похоже, зависит не только от акимата Алматы.

Не мы первые…

Из рынков постсоветского пространства уровня алматинской барахолки  достигли только Черкизовский в Москве, «Барабашово» в Харькове и «Дордой» в Бишкеке. Ташкентский базар в 90-е был гораздо крупнее алматинского, но с середины 90-х, после ужесточения правил обмена валюты, он стоит полупустым.

«Черкизон»

На Черкизовском рынке в Москве трудилось, по данным Федерации мигрантов России, более 100 тыс. человек, из которых 60% были гражданами КНР. Закрытие рынка летом 2009 правительство  объяснило защитой отечественного легпрома, нелегальной миграцией, контрабандой (минимум 40%), нарушением санитарных  норм и т. д. При этом крупных пожаров на «Черкизоне» не было.

Борьба с рынком длилась восемь лет и завершилась победой властей. Для торговцев  были выделены места в окраинных районах или за пределами Москвы. Один из хозяев Черкизовского – миллиардер Тельман Исмаилов – попытался запустить рынок «АСТ» под Алматы, на 13-м километре бишкекской трассы. На открытии в октябре 2010 там пели Роза Рымбаева и Батырхан Шукеев. Было объявлено, что новый рынок – крупнейший в Центральной Азии, однако торговцы туда не пошли.

«Барабашка»

Трудный выбор между доходами от торговли и безопасностью стоит в Харькове. Тамошний рынок «Барабашово» (по названию станции метро) находится в состоянии войны с властями с 2006. Тепловые и электрические сети города проходят через рынок – к ним нет доступа. Кроме того, из-за нового строительства на рынке садится грунт подземных инженерных сетей и тоннелей метрополитена.

Как и в Алматы, туда съезжаются оптовики со всей страны, плюс ежедневно 10 вагонов фирменного поезда «Князь Владимир» доставляют жителей приграничного Белгорода, для которых «Барабашка» – дешевый супермаркет с турецкими  товарами.

«Барабашово»  тоже палили. Но два крупных пожара дали совсем не тот результат, что в Алматы: была организована собственная профессиональная пожарная команда, имеющая необходимое оборудование и специализированный автомобиль.

«Дордой»

Крупнее алматинской барахолки только бишкекский «Дордой».  Это самый большой вещевой рынок в Центральной Азии – 100 гектаров, более 40 000 торговых точек. Товарооборот в 2009, по данным российского Forbes, составлял $4 млрд . В 2011, по оценке Всемирного банка, товарооборот «Дордоя»  был  ниже – $2 млрд 842 млн. Скорее всего, это связано с созданием Таможенного союза, который затруднил и удорожил экспорт и реэкспорт из Кыргызстана в Россию и Казахстан.

Урумчи

В трех из семи административных центров Урумчи за счет госсубсидий построены огромные (до 10 этажей) рынки с контейнерами. Каждый этаж – специализированный рынок.

На рынках фиксированная стоимость аренды на год и частичное освобождение торговой точки от налогов на первые полгода. Желающим переtхать туда  с «барахолки» администрация помогала с транспортом.

FЕсли вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter

Об авторе


журналист

 

Статистика

46940
просмотров
 
 
Загрузка...