Во сколько обходятся стране «погрешности» Нацбанка?

Интервью зампредседателя Нацбанка Олега Смолякова для Forbes.kz удивило желанием переложить ответственность за недоработки регулятора на чужие плечи, считает экономист Захар Кузменко

Фото: pixabay.com

Напомню, что ещё в ноябре 2015, следуя рекомендациям МФВ, глава государства дал следующее поручение: «Национальному банку необходимо провести стресс-тестирование всех субъектов банковского сектора на предмет неработающих кредитов». Смысл этой задачи заключался в независимой проверке качества активов во всех банках.

Нацбанк сначала поставил себе задачу сделать это работу до конца сентября 2016. Потом перенёс сроки на неопределённое время в 2017 и в конце концов о поручении вообще «забыл». До упомянутого интервью Олега Смолякова банковский регулятор тщательно обходил эту тему стороной. Откровенно говоря, лучше бы Нацбанк продолжал молчать, поскольку его аргументация не выдерживает никакой критики.

Кто закрыл глаза?

В 2017 Нацбанк и правительство оказали экстренную финансовую помощь для оздоровления банковского сектора на сумму 3,05 трлн тенге (более $9 млрд). На 2,4 трлн тенге были выкуплены проблемные кредиты у Казкоммерцбанка и 650 млрд тенге были даны в виде очень льготных долгосрочных субординированных займов от Нацбанка пяти крупным банкам. Как говорится в программе повышения устойчивости банковского сектора, 650 млрд тенге предназначены для докапитализации этих банков с целью формирования дополнительных провизий (убытков) по кредитам банков.

Таким образом, сумма помощи – 3,05 трлн тенге – указывает на минимальный уровень проблемных кредитов в шести банках, которым она и была оказана. При этом, если посмотреть регуляторную отчетность Нацбанка только этих банков на конец 2016, можно увидеть, что уровень провизий (убытков) по неработающим кредитам составил 976 млрд тенге (1,64 трлн тенге для всей банковской системы).

Что называется, почувствуйте разницу между суммой оказанной государственной помощи и официальной отчётностью регулятора. С этой точки зрения заявление Олега Смолякова о том, что «в рамках результатов проверок мы выяснили, что расхождения между теми проверками, которые делали аудиторы, и теми, что делали мы, составляют 2 трлн тенге за прошлый год», выглядит очень неоднозначно по двум причинам.

Во-первых, получается, регулятор знал, что уровень проблем в банках, получивших помощь, в разы выше, чем публикуется на сайте регулятора, но все равно продолжал и продолжает публиковать недостоверную информацию. Во-вторых, Нацбанк знал, что внешние аудиторы подтверждают искажённую финансовую отчётность банков, но не наказал ни одного из них, и они до сих пор могут осуществлять подобную практику в отношении своих казахстанских клиентов - банков и крупнейших компаний.

Если бы Нацбанк своевременно, начиная с финансового кризиса 2007-2009, показывал реальный уровень проблемных кредитов в банках и реагировал на этот показатель, страна могла бы сэкономить эти $9 млрд в 2017 и как минимум $10 млрд в 2008-2016.

Для чего нужна независимая проверка банков

Что бы ни говорил сам регулятор, всем понятна причина, по которой Нацбанк знал, но не публиковал реальную информацию по банковской системе, – это отсутствие его независимости. Практически за каждым банком в Казахстане стоят очень влиятельные акционеры, которые способны оказывать давление на регулятора. Именно поэтому мы узнаем о действительном положении в банках только после того, когда проблемы у них достигли критического уровня, и им требуется срочная финансовая помощь, а иначе грозят банкротство и потеря денег вкладчиков и кредиторов.

Когда МВФ рекомендовал Казахстану в качестве необходимой меры независимую проверку качества активов банков, то как раз имелось в виду, что сейчас население и бизнес – вкладчики банков – не видят настоящую картину с неработающими кредитами в этих финансовых институтах. А те, кто обязан исправлять эту ситуацию (Нацбанк и внешние аудиторы) почему-то дают информацию, не соответствующую реальному положению вещей.

Когда в Казком пришли новые акционеры, они были заинтересованы в том, чтобы показать реальную картину в БВУ, и сразу же оказалось, что уровень провизий (убытков) по неработающим кредитам должен быть в десятки раз (!) выше, чем было показано в отчётности. Аналогичная ситуация произошла в RBK. В остальных банках, получивших финансовую помощь от государства, никаких серьёзных изменений в провизиях не произошло. Так зачем им оказывали помощь? Также непонятно, какова реальная ситуация в банках, которые не смогли поучаствовать в государственной программе оздоровления банковской системы.

В заключение хотелось бы сказать, что необходимо срочно менять ситуацию с недостоверностью финансовой и регуляторной отчётности. В такой ситуации Нацбанку и акционерам проблемных банков легко «ловить рыбку в мутной воде». Также очень беспокоит то, что внешние аудиторы не «смогли» увидеть проблемы в Казкоме и в RBK. Эти же компании сейчас аудируют другие банки и крупнейшие компании. В такой ситуации нет никакой уверенности в том, что в будущем государство не будет вновь тратить миллиарды долларов налогоплательщиков на спасение частных и государственных бизнес-организаций.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
3385 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
19 апреля родились
Именинников сегодня нет
Хроники бизнесменов. Владимир Ким

На чём зарабатывает своё состояние №1 списка 50 богатейших бизнесменов Казахстана по версии Forbes Kazakhstan

Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить