Реставрация Вознесенского собора в Алматы: от зеркал на крестах до "зонтиков" в куполах

Технические решения, применённые при реставрации храма, достойны репортажа National Geographic

Фото: Владимир Третьяков

Ключарь собора, протоиерей Александр Суворов встречает нас у собора отнюдь не в рясе, а в «стройотрядовской» куртке и «зачотной» каске с рисунком, который сразу же восхищает фотокора Владимира Третьякова.

С июля 2017, когда началась первая за 110 лет масштабная реставрация Свято-Вознесенского кафедрального собора, священник успел не только стать крупным специалистом по истории самой высокой деревянной церкви в мире, но и получить «образование» в области архитектуры, строительства и реставрационных работ. Кстати, сертификаты электрика и монтажника-высотника у него имеются.

- Реставрация была совершенно необходима, - говорит он, показывая на обновлённую штукатурку. – Когда мы вскрыли купола и увидели, в каком состоянии находятся несущие балки, то поняли: если б в течение ближайших пяти лет от дуновения ветра не свалились бы маковки, это было бы хорошо. Поражение было до 40%.

Кто настоящий автор?

Вознесенский собор – визитная карточка Алматы, исключительный образец деревянного зодчества и сейсмостойкого строительства. Возведённый в 1903-1907 годах, он пережил все землетрясения нашего неспокойного города. Творцом храма считается инженер Андрей Павлович Зенков, но в последнее время с проектом собора связывали архитекторов Константина Борисоглебского, Сергея  Тропаревского и Поля Гурдэ (главного архитектора Верного в 1883-1903).

- Гурдэ не имел никакого отношения к проектированию, - объясняет изучивший архивы священник. – Ему предложили, но он поставил свои условия строительному комитету, и комитет отказался. Затем на рубеже веков появляется проект Тропаревского, и через год – проект Борисоглебского. Оба проекта были отправлены в Святейший синод в Петербург. Проект Тропаревского был отвергнут сразу, проект Борисоглебского был первоначально принят, но нуждался в доработках. Например, колокольня по его проекту восьмигранная, а у нас – четырёхгранная, более прочная. В это время Борисоглебский навсегда покидает Верный, и проектом занимается Зенков, он же его и представил в 1903 году. Я сам до конца не верил, что проект зенковский, но теперь я уверен, что и архитектор, и инженер, и прораб – Зенков.

Когда наблюдаешь, как увлечённо рассказывает Александр Суворов о реставрации, становится ясно – это дело его жизни: сделать так, чтобы храм засиял в том виде, в котором он был задуман:

- Я алматинец, с трёх лет  гулял с родителями возле этого собора. Я помню стаи летучих мышей здесь… С 1991 года я сознательно хожу в храм - он был такой пустой, но всё равно вызывал сакральный страх. Первого мая 1994 года, на Пасху, здесь была первая служба – это было просто состояние восторга. Мы, тогда ещё воспитанники воскресной школы при Никольской церкви, говорили: нам здесь служить.

Boeing не помог

Когда было решено реставрировать собор так, чтобы как можно точнее вернуть ему первоначальный облик, никто и предположить не мог, какие трудности встанут  на этом пути. Очень не хватает чертежей, пропавших в десятые годы ХХ века. Тогдашний епископ Иннокентий перенёс кафедру из захолустного Верного в более оживлённый Ташкент, и бумаги потерялись где-то между Ташкентом и Петербургом.

Сейчас уже ясно, что почти каждую часть работ можно назвать уникальной. Например, раскраску куполов с оригинальными крестами на ромбах последний раз можно было увидеть в 1912 году, потом их закрасили. Пластины, покрывающие купола, сделаны из металла и покрыты порошковой краской по специальной технологии – должны прослужить не менее 40 лет. Каждая пластина стоит около 12 тысяч тенге. Чтобы принять решение, как сделать покрытие достаточно прочным, реставраторы обращались даже в компанию Boeing за консультацией – можно ли приклеить на поверхность авиационный оракал. Но после испытаний оказалось, что он недостаточно стойкий.

- Мы приняли беспрецедентное решение заменить металлическую кровлю на медную, - приводит ещё один пример отец Александр. - Металл нужно было красить каждые пять лет, а это большие затраты. Уговорили авторов проекта реставрации использовать медь. Но мы и её будем красить. Казалось бы, зачем медь красить? Но здесь во главу угла ставится соответствие здания историческому виду. Кровля изначально была покрашена зелёной краской.

Каждый шаг в реставрации согласовывается с лицензированными проектировщиками. Генеральный подрядчик стройки – «Компания Кумбез», главный субподрядчик – ТОО «Art Stroy System», который по существу и производит работы. Кроме того, задействовано множество субподрядчиков, которых приходится находить со всего мира.

- Собор строил буквально весь мир, везли немецкую плитку, чешскую пропитку для древесины… Читаешь подрядные договоры: работали люди всех национальностей – и татары, и казахи. Так же сейчас – видите: и казахи, и корейцы, и узбеки, и русские трудятся. Нам главное – профессионализм, - говорит наш гид.

Именно с профессионализмом на стройке главная проблема. В Казахстане нет специалистов по деревянным конструкциям – уехали или умерли, а новых никто не готовил, приходится подключать москвичей. На куполах работают мастера из Узбекистана – они реставрировали Бухару, и здесь им пришлось многое переделывать за местными. Поэтому о сроках не говорят: каждый вскрываемый узел по несколько недель ждёт, пока найдётся решение, как его отреставрировать.

Например, обнаружилось, что самые нижние венцы несущих колонн подгнили. Теперь придётся поднимать их домкратами – действо, заслуживающее быть показанным в программе телеканала National Geographic. И сами колонны уникальные: сделанные не из цельных брёвен, а составленные из деревянных кубов, с перерубами крест-накрест – для устойчивости при землетрясении.

Удивительной оказалась и структура куполов – внутри  они сделаны как зонтик, а «трость» зонтика соединена с люстрой-паникадилом внутри собора, и вся эта конструкция при сейсмоактивности качается как маятник.

«Пизанский» собор

На объекте заняты более 100 рабочих, бюджет реставрации уже превысил 500 млн тенге, но сейчас зарплаты уже выплачиваются с трудом. Церковники не имеют доступа к средствам: деньги поступают напрямую от инвесторов к исполнителям проекта. На вопрос, кто финансирует реставрацию, наш гид не отвечает.

- Пусть они сами себя назовут. Я могу только сказать, что это казахстанцы, - говорит он и со вздохом добавляет: - Когда видишь, с какими вопросами нам приходится сталкиваться, понимаешь, что проще и дешевле было бы построить рядом такой же храм, и даже больший, заново.

На всех фотографиях храм выглядит кривым – пострадал во время землетрясения 1911 года.

- Колокольня немного наклонена на юг, мы насколько возможно имитацией сделали выравнивание, но полностью исправить нельзя, - объясняет Суворов вид нашей местной «Пизанской башни».

Невозможно оказалось и изготовить недостающую напольную плитку, хотя нашёлся заказ на неё столетней давности – в фирму Villeroy & Boch. Но там предложили заплатить 15 млн евро, только чтобы смонтировать линию по стандартам этой плитки – такую уже давно не делают. Естественно, столько денег нет, и принято решение отделать полы индийским и бразильским гранитом в цвет плитки, заменив изначальный цемент. О замене плитки на современную и речи не идёт.

- В начале века цемент считался отделочным материалом, как алюминий при Екатерине Второй был драгоценным металлом, - поясняет наш собеседник, - но реставрировать эти трещины невозможно, да и незачем.

Заменят в храме и настенную роспись – она недавняя, 2009 года, и новое живописное оформление будут делать художники из всемирно известного Палеха.

- Собор расписать не успели, - рассказывает Александр. – Срок усадки деревянных строений – 10 лет, храм построен в 1907-м, в 1917 году не до росписи было. Не было и витражей – но прихожане к ним уже привыкли, и мы их заменим на другие, с открытыми участками для лучшего освещения.

В день нашего визита на стройку специальной коллегией архитекторов был принят первый купол, но госнадзор в этом не участвовал.

- Пока государство никак не участвует в этом деле, - сетует священник. – Но обещают. Главное – не мешали бы. А то вдоль улицы Казыбек би нарисовали жёлтую полосу - запретили парковку, по два эвакуатора присылают. Но как быть тем, кто приехал из другого города или пожилым прихожанам? Где останавливаться экскурсионным автобусам?

Однако и проблемы с парковкой, и другие трудности не пугают реставраторов. Уже ясно, что ремонт будет закончен и собор засверкает, как уже сверкают на солнце золочёные кресты с зеркальными вставками - таких нет ни на одном храме в мире. 

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
26162 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
19 июля родились
Именинников сегодня нет
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить