Метеора - зона вне кризиса

Греция сделала немало для улучшения своего финансового положения. Однако стране необходимо прикладывать еще большие усилий для борьбы с уклонением от налогов, заявили в Международном валютном фонде (МВФ)

Фото: osobennov.ru
Метеора.

«В сообщении МВФ говорится, что с 2010 года Греция достигла выдающихся успехов, сокращая дефицит бюджета, - передала Би-би-си в понедельник. - Уменьшение дефицита бюджета и повышение конкурентоспособности экономики были главными условиями для получения Грецией экстренного кредита на сумму в 240 млрд евро от Евросоюза и МВФ. Однако МВФ считает, что серьезные структурные реформы были проведены в недостаточной мере, из-за чего сокращение дефицита было достигнуто в основном за счет уменьшения количества рабочих мест и зарплат. Это, в свою очередь, привело к неравномерному распределению бремени реформ».

Читая сухие строчки информсообщения, я подумал, как с ходом времени меняются ассоциации. Если еще несколько лет назад у большинства людей слово «Греция» вызывала резонансный ряд: «Парфенон», «Спарта», «Аристотель», «античность», «олимпийские боги» и т.д., - то в последние годы пакет эллинских символов сменился: теперь это «кризис», «дефолт», «Синтагма» (площадь в Афинах перед зданием парламента, где, что ни день, проходят демонстрации).

Но для меня синонимом Греции навсегда останутся Метеоры.

Фото: Вадим Борейко
Колокольня монастыря Агиа Триада.

Парящие в воздухе

Фото: Вадим Борейко
Фессалийская долина.

Монашеская аскеза всегда тянула. Наверное, по принципу разнозаряженных частиц. Сам-то вряд ли когда схиму приму по причине избыточного темперамента, но сторонний взгляд на образ жизни насельников обителей настойчиво заставлял задуматься: зачем я на свет появился и зачем меня мать родила? Бывает же – годами такой вопрос в голову не заходит.

Короче говоря, едва я в Греции увидел буклет о Метеоре – грекоправославных монастырях, построенных на вершинах полукилометровых скал, как немедленно созрело решение: я должен быть там. А уж если я чего решил…

Метеора (в переводе с греческого – парящие в воздухе) высятся на ровной, почти как стол, Фессалийской долине. Буйная фантазия нарисовала картину маслом – будто некий колосс заточен в земле, сил нет как хочет на воздух, но сквозь почву прорвались одни лишь его каменные пальцы – каждый от 400 до 600 метров. Так это примерно и выглядит.

Фото: Вадим Борейко
В расщелине виден городок Каламбака.

Происхождение Метеоры туманно. Ученые вроде бы сходятся во мнении, что 50-60 миллионов лет назад на месте Фессалии было древнее море, отчего скалы и отшлифованы, словно наждачкой. Но вот хоть убейте: мне постоянно чудилось, что каменные столпы сложены из гигантских блоков, только кладка не прямая, а скошенная. Да не чудилось – я даже это и снял. Услужливое воображение, конечно же, предъявило мне инопланетных рафшанов и джумшудов ростом под 2 километра, которые корячатся над сооружением мегалитических артефактов. Эта версия кажется мне более органичной: мы ведь привыкли, что метеоры прилетают к нам с неба.

Ну хорошо, Фессалийская долина – в центре континентальной части Греции, а я-то – на курорте Толо, на полуострове Пелопоннес. И экскурсий от моего стойбища «King Minos» туда нет, и автобусы не ходят. А таксисты заряжают столько, что страшно вымолвить. Пришлось добираться на перекладных, с пятью пересадками: Толо – Напфлеон – Афины – Трикала. А от Трикалы почти рукой подать до городка Калабака (от турецкого «калембака» - «красивая крепость»; может, отсюда кулебяка пошла? хотя какая кулебяка в 2 часа ночи?), пригревшегося у подножия Метеоры. Случайно поймал грека Зорбу с шашечками: «Вези меня к монастырям»: гостиницу-то я не заказывал…

Но когда увидел в кромешной темени нависающих каменных пятисотметровых исполинов, обуял первобытный ужас. Он только усилился от крохотного огонька, который, как показалось, светился прямо в скале. Что я тут буду делать – один – ночью – среди НИХ? «Командир, ну его! Паракало (пожалуйста. – греч.), поехали в город».

Жизнь на скалах

Фото: Вадим Борейко
Вся жизнь - аскеза.

Первые отшельники появились на Метеоре в конце первого тысячелетия от Рождества Христова. Они жили на уступах и в расщелинах скал, пока под водительством анахорета Варнавы не был сооружен первый скит Святого Духа. К середине XII века построили еще два – Преображения и Стаги, и к этому времени уже оформилась отшельничья община. Можно сказать, маленькое монастырское государство. Спокойной жизни ему оставалось примерно столетие.

Перекантовавшись несколько часов в Калабаке под греческий кофе, узо (анисовая водка) и роман Дмитрия Быкова «Пастернак», в полшестого утра, с первыми лучами солнца, пешком выдвинулся по направлению к монастырям, которые так бесславно пытался взять приступом под покровом ночи. Миновав деревеньку с пугающим названием Кастраки, еще до девяти добрался до первой обители – Св. Николая Анапавсаса. Это красивое слово переводится как «успокоитель». По легенде, такую фамилию носил монах Никанор, основавший монастырь, который еще именуется «Радостным». У подножья обители братия развела целое приусадебное хозяйство: кабачки, помидоры, перцы. «Не хлебом единым, но и овощем, - подумалось. – Главное – самому овощем не стать».

Фото: Вадим Борейко
Тихая обитель.

Обозрев с вершины монастыря пространства Фессалийской долины, спускался вниз и заметил первых туристов, прибывших на минивэне. О, вот они меня и подбросят до следующей остановки: концы-то между монастырями - по нескольку километров. К тому времени я уже изрядно притомился: мало того, что не спавши, так еще был «препоясан во вретище». Как требует монастырский режим, оделся в длинные штаны и рубаху с длинными рукавами, а ранним утром уже было +35, и я обливался потом, как слезами.

Водитель минивэна переадресовал меня к гиду, который вдохновенно шпарил туристам про монахов, аскезу и misericordia (милосердие). Вежливо дождавшись окончания спича, я обратился к нему по-английски:

- Сэр, не подбросите до следующего монастыря?

- М-м-м. Боюсь, это проблема. Это автобус туристической компании, и мы здесь с группой.

- Ну и что? Позвоните в компанию и попросите разрешения.

- Я не думаю, что это хорошая идея.

- Благодарю вас, сэр. Сегодня была ваша лучшая лекция о христианском misericordia.

Фото: Вадим Борейко
Посреди Фессалийской долины.

Паломники не ездят автостопом

Фото: Вадим Борейко
Монастырь Мегало Метеора.

…А в XIII веке время умиротворения закончилось. За обладание Фессалийской долиной бились албанцы, сербы, турки и крестоносцы. В 30-х годах XIV столетия сюда бежал со святой горы Афон от корсаров монах Афанасий. Вместе с 15 единоверцами он поднялся на самую высокую скалу и основал на ее вершине первый монастырь – Мегало Метеора (Великий Метеор). А кроме того, определил устав монастырской жизни. По преданию, он-то скалы так поэтично и назвал. И сам, кстати, стал именоваться Афанасием Метеорским.

Ступени в скалах пробили только в двадцатом веке, а до той поры на многосотметровую верхотуру всё поднимали вручную, на веревке, в корзинах и сетках: и еду, и стройматериалы, и людей. Пили дождевую воду, которую собирали в цистерны. И так – несколько столетий, на протяжении которых в Греции властвовала османская империя. Как это назвать – подвиг? Но вы когда-нибудь слышали, чтобы подвиг длился веками?

Я повернулся к гиду спиной и пошел прочь. Потом вспомнил, что такое Анапавсас, и успокоился, бормоча под нос: «Ну и что ты до него докопался? Ты сам кто? Паломник. А какой паломник ездит автостопом? Так что топай пешком».

Взобравшись на гору в обитель Русану и прикупив там монастырского меду, не стал возвращаться на шоссе, а полез еще выше и выбрался, наконец, на смотровую площадку, откуда открылась необыкновенная, галактическая панорама Метеоры. Я стоял, пригвожденный к земле невыразимым восторгом, не в силах двинуться с места.

Фото: Вадим Борейко
Вид на Каламбаку из монастыря Агиа Триада.

Умный в гору не пойдет

Фото: Вадим Борейко
Монастырь Агиа Триада.

Всего монахи построили на скалах 24 монастыря. К сегодняшнему дню их осталось шесть. Четыре мужских – Св. Николая Анапавсаса, уже знакомый нам; Преображения, Варлаама, Агиа Триада (Св. Троицы) и два женских – Русану (или Св. Варвары) и Св. Стефана. Но это всё рукотворные каменные чудеса. А главный памятник, который воздвигли грекоправославные отшельники, был нерукотворным. В течение почти четырех веков турецкого владычества: с середины XV столетия по 1821 год, когда Эллада обрела независимость, - они сумели сохранить от ассимиляции и растворения вплоть до уничтожения греческую культуру, веру и язык.

Это, кстати, на заметку ревнителям чистоты родной речи: если всерьез ставить перед собой непосильную задачу защитить свой язык от чужого лингвистического влияния (а монахи именно так и ставили), ее выполнение потребует полной, абсолютной изоляции энтузиастов от внешнего мира на протяжении многих поколений. Иначе внешний мир достанет. Тем более сегодня. Но у нас же умный в гору не пойдет…

Панорама скал Метеора.
FЕсли вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter

Об авторе


журналист

 

Статистика

4262
просмотр
 
 
Загрузка...