О коллективной ответственности

Сто лет назад в Мюнхене под руководством Гитлера произошел «Пивной путч»

Вечером 8 ноября 1923 года в пивном зале «Бюргербройкелер» проходило нечто вроде митинга с участием руководства Баварии. Гитлер на этом собрании провозгласил начало национальной революции и объявил поход на Берлин. Надо полагать, он не ожидал отпора от баварских руководителей, у которых были сильные сепаратистские настроения. Однако следующий день, когда колонна штурмовиков двинулась в центр Мюнхена, ее встретил во­оруженный отряд полиции, открывший огонь. Путчисты были рассеяны, а их лидеры арестованы.

Но неудачная попытка захвата власти не уничтожила нацистскую партию, а, наоборот, придала ей ореол мученичества среди населения и способствовала росту авторитета. Питательной средой для нацизма было национальное унижение по итогам Первой мировой войны. В основу Версальского договора был положен принцип ответственности всего германского общества за ту войну. В соответствии с этим принципом Германия должна была заплатить огромные репарации, фактически лишиться армии и флота, отдать значительные территории соседним странам, демилитаризовать Рейнскую область. Нацисты вооружились идеями реванша и национального возрождения, изрядно приправив их расизмом и антисемитизмом. Их идеи нашли отклик у определенной части немецкого народа. Но к власти они пришли не благодаря этому. Взрывному росту популярности способствовали экономические проблемы, порожденные Великой депрессией. Нацисты предложили простое объяснение бедам, обрушившимся на немцев: во всем виноваты мировой капитал и евреи, наживающиеся на Германии. Рецепт же благополучия прост – необходимо ограничить их влияние. Тогда речь о физическом уничтожении еще не шла, а простые лозунги всегда находят отклик в люмпенизированной среде.

Но роста популярности нацистов все равно было недостаточно, чтобы получить власть. Помогли политические интриги. Часть германской элиты посчитала, что Гитлером можно манипулировать, и предложила ему сформировать кабинет. А дальше последовали провокация (поджог Рейхстага), чрезвычайные полномочия и, наконец, принятие Нюренбергских законов в 1935-м, после чего Гитлер стал абсолютным диктатором.

Пагубность возложения коллективной ответственности на целый народ поняли только после начала Второй мировой войны. По ее окончании победители вывели формулу: во всем виноваты руководители нацистской партии, а немецкий народ ни в чем не виноват, его просто одурачили.

Довольно неожиданно, но проблемы с возложением коллективной ответственности на целый народ остаются актуальными и сегодня. Например, действительно, подавляющее большинство палестинцев, проживающих в секторе Газа, поддерживает ХАМАС и одобряет его террористические атаки на Израиль, потому что испытывает национальное унижение и жаждет реванша. Но из этого не следует, что все палестинцы несут ответственность за преступления ХАМАС, как все немцы не несли ответственности за преступления нацистов. Более того, принцип коллективной ответственности усиливает влияние ХАМАС среди палестинцев, укрепляет его базу поддержки.

Коллективную ответственность на палестинцев за действия террористов возложили политические элиты Израиля – им так проще. Сложный путь – предлагать альтернативы, которые могли бы снизить влияние ХАМАС, – требует времени и значительных усилий, что для подавляющего большинства современных политиков неприемлемо.

История, как писал Василий Ключевский, ничему не учит, но жестоко наказывает за невыученные уроки. Унижение поверженного врага приносит сиюминутное моральное удовлетворение, но в конечном итоге победитель за это платит непомерно высокую цену.

Популярное
Выбор редактора
Ошибка в тексте