Смерть Рокфеллера как закат эпохи

 

Автор: Тимур Сейтмуратов
бизнесмен (США)
другие посты автора

Дэвид Рокфеллер - не просто известный американский банкир и государственный деятель. Это целая эпоха в истории человечества. Он стал, по сути, одним из главных авторов новой идеологии ХХ века, которая нам известна под названием «глобализм»

Утренние газеты в Америке вышли с сообщением: «20 марта 2017 в своём доме в штате Нью Йорк, на 102 году жизни умер во сне Дэвид Рокфеллер».

Дэвид Рокфеллер - не просто известный американский банкир, государственный деятель, глава дома Рокфеллеров. Это целая эпоха в истории человечества.

Получив прекрасное образование (Гарвард, Лондонская школа экономики, университет Чикаго), работая во времена Второй мировой на разведку союзников в Северной Африке, простояв впоследствии у руля Chase Manhattan bank несколько десятилетий, будучи постоянным членом Бильдерберского клуба с момента его основания, он стал, по сути, одним из главных авторов новой идеологии ХХ века, которая нам известна под названием «глобализм».

Однако всевозможные «теории заговора» тайных масонских лож и прочую конспирологию предлагаю оставить людям впечатлительным и увлекающимся жанром фэнтези. Смею предположить, что в жизни все гораздо проще. Рокфеллер просто мог себе позволить быть увлечённым пропагандистом и популяризатором своих идей, в которые верил. В силу которых, кстати, был неизменным неформальным переговорщиком от имени Белого дома и с Саддамом Хусейном, и с Фиделем Кастро, и с генсеками ЦК КПСС, начиная с Никиты Хрущева.

Дэвид Рокфеллер.
Фото: vesti.ru
Дэвид Рокфеллер.

Вполне возможно, что он действительно (пару косвенных подтверждений нашёл в библиотеке Конгресса США) на заседании Бельдерберского клуба в германском Баден-Бадене в 1991 произнёс приписываемые ему следующие слова: «Мы благодарны The Washington Post, The New York Times и другим выдающимися изданиям, руководители которых почти сорок лет посещали наши встречи и соблюдали их конфиденциальность. Мы были бы не в состоянии разработать наш план мироустройства, если бы все эти годы на нас были обращены огни прожекторов. Но в наше время мир искушённее и готов шагать в сторону мирового правительства. Наднациональный суверенитет интеллектуальной элиты и мировых банкиров, несомненно, предпочтительнее национального самоопределения, практиковавшегося в былые столетия».

В своих мемуарах в 2002 он практически подтвердил это высказывание, написав следующее: «Мою семью и меня характеризуют как «интернационалистов», вступивших в сговор с другими группами по всему миру для построения более интегрированной глобальной политической и экономической структуры - единого мира, если угодно. Если обвинение заключается в этом, то я признаю себя виновным, и я этим горжусь».

У идей Рокфеллера множество как сторонников, так и противников. Но стоит ли судить людей, принимать или отвергать за их убеждения? Вопрос, надо думать, риторический. Свобода слова, вероисповедания, политических взглядов - безусловное достижение человеческой цивилизации, непременное условие свободного и демократического общества. Там, где наступает непримиримость в стиле «кто не с нами, тот против нас» - наступает большевизм, со всеми вытекающими из него последствиями. С идеями желательно бороться с помощью других идей, и только в формате открытой полемики.

Чем сильнее ваши доводы, тем больше сторонников будет с вами. Особенно, конечно, если окружающая действительность служит неопровержимым свидетельством вашей правоты. Так, мы сегодня воочию наблюдаем определённое фиаско идей «глобализма» Рокфеллера.

Вот и соратник Дэвида Рокфеллера и неизменный компаньон по Бильдерберскому клубу Генри Киссинджер в своей недавно изданной книге «Мировой порядок» пишет: «Международная система XXI века будет характеризоваться... фрагментацией ..., на уровне отношений между государствами мировой порядок будет напоминать европейскую систему государств XVIII-XIX веков».

Идеи размывания государственных границ и глобального единения планеты - экономического и идеологического, - на деле оказались слишком сырыми и не очень жизнеспособными в практическом применении. Политические процессы во многих странах, вызванные угрожающими деформациями национальных экономик и социальных систем, служат тому очевидным примером. Победа Трампа в США, Брексит в Великобритании, нюансы выборов во Франции могут расцениваться не иначе как элементы новой мировой тенденции на суверенизацию. Возврат национальных интересов в повестку политического мейнстрима - требование нашего времени.

Глобализм Рокфеллера, судя по всему, уходит в прошлое. И в этом смысле, его спокойная смерть в своей кровати является символичной. Нет ничего печальнее для любого идеолога, как лицезреть закат своей идеологии. Смерть идей - это и есть настоящая смерть для носителей этих идей. Физическая смерть в этом плане ничего уже кардинально не меняет.

Человечество, видимо, на какое-то время сделает передышку, вернётся к традиционным формам взаимодействия между странами, оглядится вокруг и попытается осмыслить в рамках границ суверенных государств полученный опыт глобализации, чтобы в будущем не повторить сделанных ошибок.

А Дэвид Рокфеллер, так и не добившись при жизни окончательного торжества своего мировоззрения, тем не менее, думаю, останется в памяти людей. Не за выдвигаемые идеи, а за совершенные дела. Много хорошего сделано благодаря его благотворительности, на которую он отдал больше миллиарда долларов. Ведь сказано: не по словам, а по делам его судите. Так и следует поступить.

FЕсли вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
 

Статистика

5574
просмотра