Почему отказ суда МФЦА в апелляции «Нафтогаза» к «Газпрому» стал знаковым для РК
В ноябре 2026 года апелляционная инстанция суда МФЦА отказала в апелляционной жалобе «Нафтогаза»
12 ноября 2026 года апелляционная инстанция суда Международного финансового центра «Астана» (МФЦА) отказала «Нафтогазу» в удовлетворении апелляционной жалобы. Это решение важно не только для участников спора, но и для дальнейшего развития МФЦА как площадки для международного бизнеса.
Для понимания ситуации раскроем предысторию. 15 мая 2026 года суд МФЦА (первая инстанция) удовлетворил заявление «Нафтогаза» против «Газпрома» о принудительном исполнении в Казахстане решения Международного арбитражного суда при Международной торговой палате: ранее Международный арбитражный суд вынес в отношении «Газпрома» решение на сумму около $1,5 млрд по делу о недоплате за транзит российского газа через территорию Украины.
Майский приказ суда МФЦА вызвал ажиотаж в СМИ, несмотря на то, что он был в своем роде условным. Приказ был принят без извещения «Газпрома», не вступил в силу, и «Газпром» мог его обжаловать в 14-дневный срок. Что российская компания в итоге и сделала.
7 июля 2026 года, выслушав обе стороны, суд МФЦА отменил приказ первой инстанции. Далее «Нафтогаз» обратился в апелляционную инстанцию суда МФЦА для окончательного разрешения вопроса: «Следует ли исполнять в РК решение международного арбитража против «Газпрома?».
В итоге 12 ноября 2026 года апелляционная инстанция суда МФЦА отказала в апелляционной жалобе «Нафтогаза». Учитывая, что судебные акты суда МФЦА имеют силу прецедента, рассуждения (и решения) этого суда имеют важное значение, как для МФЦА, так и для Казахстана в целом.
В чем заключался спор
Прежде всего важно понимать: суд МФЦА не рассматривал, кто прав в споре между «Нафтогазом» и «Газпромом». Этот вопрос уже решил международный арбитраж. Суду МФЦА предстояло ответить на другой вопрос: можно ли использовать его для принудительного исполнения решений иностранных арбитражей и распространяется ли такое исполнение на всю территорию Казахстана?
Согласно статье 503 Гражданского процессуального кодекса РК, решение иностранного арбитража можно принудительно исполнить в Казахстане, если должник зарегистрирован в стране, то есть является казахстанской компанией. Если у иностранной компании нет регистрации в Казахстане, но есть здесь имущество, например, доля в ТОО, это само по себе не дает возможности исполнить решение иностранного арбитража.
По сути, «Нафтогаз» пытался выяснить, можно ли использовать МФЦА как своего рода «шлюз», чтобы обойти это ограничение.
Предполагаемая схема «Нафтогаза» выглядела следующим образом: сначала получить приказ суда МФЦА о принудительном исполнении решения международного арбитража, а затем исполнить его уже на всей территории Казахстана. Такой подход позволил бы обойти ограничения статьи 503 ГПК. При этом «Нафтогаз» не просил ограничить исполнение решения только территорией МФЦА.
Что доказывали стороны
Главный спор касался толкования пункта 4 статьи 13 Конституционного закона РК «О международном финансовом центре Астана». Эта норма перечисляет категории дел, которые может рассматривать суд МФЦА. Однако в ней прямо не указано, что суд вправе заниматься принудительным исполнением решений иностранных арбитражей.
Стороны по-разному трактовали это положение.
Позиция «Нафтогаза» заключалась в том, что перечень полномочий суда МФЦА в Конституционном законе не является исчерпывающим. Иными словами, суд может рассматривать не только перечисленные в нем дела, но и другие вопросы, если это предусмотрено актами самого МФЦА.
В частности, «Нафтогаз» ссылался на регламент МФЦА об арбитраже, который предусматривает возможность принудительного исполнения решений иностранных арбитражей. Компания также указывала на пункт 5 статьи 13 Конституционного закона. Он позволяет совету МФЦА определять другие вопросы, связанные с работой суда центра.
По мнению «Нафтогаза», этого достаточно, чтобы суд МФЦА мог разрешать вопросы принудительного исполнения иностранных арбитражных решений.
Позиция «Газпрома» была противоположной. Компания настаивала, что Конституционный закон имеет более высокую юридическую силу, чем внутренние акты МФЦА. Поэтому, если между ними есть противоречия, применяться должен именно Конституционный закон.
«Газпром» считал, что перечень полномочий суда МФЦА в пункте 4 статьи 13 является закрытым: суд может рассматривать только те категории дел, которые прямо там указаны. Поскольку принудительное исполнение решений иностранных арбитражей в этом перечне отсутствует, суд МФЦА не вправе заниматься такими вопросами.
Какую позицию занял суд МФЦА
В результате апелляционная инстанция приняла решение, которое может иметь серьезные последствия для дальнейшего развития МФЦА. Суд согласился с тем, что перечень полномочий, приведенный в пункте 4 статьи 13 Конституционного закона, не является исчерпывающим. То есть суд МФЦА вправе рассматривать и другие категории дел, если такая возможность предусмотрена другими положениями закона и актами центра.
Суд объяснил это тем, что в Конституционном законе есть и другие нормы, которые допускают расширение его полномочий. Если трактовать пункт 4 статьи 13 слишком узко, как предлагал «Газпром», это вступило бы в противоречие с другими положениями закона.
В частности, пункт 5 статьи 13 действительно позволяет совету МФЦА определять дополнительные вопросы, связанные с работой суда. Следовательно, полномочия суда могут устанавливаться не только Конституционным законом, но и отдельными актами МФЦА.
Поскольку регламент МФЦА об арбитраже предусматривает принудительное исполнение решений иностранных арбитражей, суд центра вправе рассматривать такие заявления.
Таким образом, апелляционная инстанция фактически подтвердила: решение международного арбитража против «Газпрома» могло быть исполнено через суд МФЦА, если бы «Нафтогаз» просил об исполнении именно на территории центра. Но компания хотела добиться исполнения решения на всей территории Казахстана, используя МФЦА как промежуточное звено. На это суд не согласился.
Здесь важно еще одно обстоятельство: суд МФЦА подчеркнул, что его приказы действуют только в пределах территории центра, которая занимает часть Астаны.
Иными словами, использовать МФЦА для обхода общих правил исполнения иностранных арбитражных решений в Казахстане нельзя. Суд центра может обеспечить исполнение таких решений на своей территории, но не вправе распространять свои полномочия на остальную часть страны. Если взыскание необходимо за пределами МФЦА, обращаться нужно в суды Казахстана.
Почему это решение важно для МФЦА и Казахстана
В постановлении апелляционной инстанции можно выделить несколько важных выводов.
Во-первых, суд МФЦА не намерен искусственно ограничивать собственные полномочия. Он подтвердил, что его компетенция определяется не только перечнем дел из Конституционного закона, но и другими актами центра. Это означает, что в дальнейшем полномочия суда могут расширяться. Такой подход способен повысить привлекательность МФЦА для иностранных инвесторов и международных компаний.
Во-вторых, иностранные арбитражные решения теперь получили дополнительный механизм исполнения на территории МФЦА. Это особенно важно для иностранных компаний, которые не зарегистрированы в Казахстане, но имеют здесь активы. Возможность обратить взыскание на такое имущество в пределах центра может стать дополнительным аргументом в пользу размещения активов и ведения бизнеса через МФЦА.
В-третьих, суд продемонстрировал самостоятельность в принятии решений. Его позиция основана на Конституционном законе и актах МФЦА, а не на политических обстоятельствах или отношениях между странами. Для иностранных инвесторов важно понимать, что споры в суде будут рассматриваться прежде всего с точки зрения закона.
Наконец, суд четко обозначил границы своих полномочий и подтвердил уважение к судебной системе Казахстана. МФЦА не собирается подменять государственные суды или вмешиваться в их практику. При этом в пределах своей территории центр самостоятельно решает вопросы, которые относятся к его компетенции.
Таким образом, решение по спору «Нафтогаза» и «Газпрома» стало важным сигналом для международного бизнеса: МФЦА готов расширять возможности для защиты интересов инвесторов, но будет действовать в рамках установленных законом полномочий. Это может укрепить его позиции как площадки для ведения международного бизнеса.