Почему обществу нужно больше миллиардеров?
Богатые люди стали богаты не потому, что они что-то забрали у других, а потому, что они создали новое богатство
ВАШИНГТОН — «Есть такой уровень богатства и накоплений, которые не зарабатываются. Вы не можете заработать миллиард долларов. Вы просто не можете столько заработать». Так считает член Палаты представителей Александрия Окасио-Кортес, прогрессивная суперзвезда из Нью-Йорка с президентскими амбициями. Дружественный ей прогрессист из Нью-Йорка, мэр города Зоран Мамдани, наверное, с ней согласится. Он тоже явно, считает, что миллиардеры, имеющие второй дом в Нью-Йорке, не «поднимают полагающийся им вес». Тем временем предложенный в Калифорнии налог на богатство мотивируется схожими настроениями.
Как объяснить это ощущение, будто миллиардеры берут у общества вместо того, чтобы вносить в него свой вклад? Отчасти причина в отсутствии воображения. Майкл Джордан (чистое состояние $4,3 млрд), Леброн Джеймс ($1,4 млрд), Тейлор Свифт ($2 млрд), Стивен Спилберг ($7,1 млрд), Джоан Роулинг ($1,2 млрд) и Джерри Сайнфелд ($1,1 млрд) очень богаты, но вы не услышите много жалоб по этому поводу. Возможно, это лишь потому, что стоимость, которую они добавляют обществу, сравнительно легко увидеть?
Возможно. Но нельзя сказать, что стоимость, которую добавляют успешные предприниматели, как-то более скрыта. Билл Гейтс ($102,8 млрд) очень богат, но он также повысил производительность у сотен миллионов работников, создав постоянно совершенствуемое программное обеспечение. А поскольку у них повысилась производительность, их зарплата стала выше, чем она была бы без доступа к программам фирмы Microsoft. Ларри Пейдж ($314,9 млрд) и Сергей Брин ($290,4 млрд) совершили революцию для потребителей в сфере интернет-поиска, технологий картографии и электронной почты, предоставляя услуги, которые сотни миллионов американцев и других народов ценят гораздо выше, чем ноль долларов, которые они на них тратят.
Окасио-Кортес с этим не согласна. «Вы можете получить рыночную силу, вы можете нарушать правила, вы можете злоупотреблять трудовым правом, вы можете платить людям меньше, чем они стоят, но вы все равно не можете заработать» столько богатств, утверждает она. В реальности она лишь проясняет отсутствие воображения. Главная проблема, похоже, не в том, что у некоторых социальный вклад менее явный, чем, скажем, у Джорджа Лукаса ($5,2 млрд). Она, скорее, в том, что, по мнению Окасио-Кортес, экономика представляет собой игру с нулевой суммой, в которой есть только один способ увеличить ваш доход — уменьшить мой.
Это абсолютно ложное предположение. Богатые люди стали богаты не потому, что они что-то забрали у других, а потому, что они создали новое богатство и оставили себе его небольшую часть. Когда лауреат Нобелевской премии по экономике Уильям Нордхаус изучал доходность инноваций, он пришел к выводу, что инноваторы получают «лишь ничтожную долю» (2,2%) от создаваемых ими выгод. Исходя из этой оценки, чистая стоимость богатства Джеффа Безоса в $273 млрд означает, что он создал стоимость для остального общества на сумму $12,7 трлн.
Мы получили отличную сделку. Благодаря инновациям Безоса мне больше не нужно таскать с собой полдюжины книг в дальние поездки; я могу просто взять Kindle. Как и миллионы американцев, мы с женой тратим теперь гораздо меньше времени, чем раньше, на поездки в физические магазины. А поскольку товары, которые мы покупаем на сайте Amazon, дешевле, чем в этих физических магазинах, покупательная способность нашего домохозяйства выросла.
Мамдани, со своей стороны, недавно особо выделил Кена Гриффина, миллиардера и управляющего хедж-фондом, когда радостно объявлял о предлагаемом налоге на второй дом стоимостью выше $5 млн. «Как мэр, я считаю, что каждый должен вносить вклад в развитие нашего города, — сказал Мамдани, — но некоторые чуть больше, чем другие».
Что ж. Гриффин и его фирма Citadel вносят намного больший вклад в Нью-Йорк, чем средний горожанин, хотя, возможно, не столь очевидным образом, как создатели Amazon и Google Maps. По данным операционного директора Citadel, за последние пять лет сотрудники фирмы в Нью-Йорке заплатили в общей сложности $2,3 млрд по налогам города и штата. Планируемое строительство офисного комплекса Citadel на Парк-авеню стоимостью $6 млрд предполагает создание 6 тысяч рабочих мест. (Кроме того, Гриффин пожертвовал $650 млн на благотворительные цели в Нью-Йорке).
Подобно технопредпринимателям, менеджеры хедж-фондов создают стоимость, которая приносит пользу всему обществу. Помимо строительных проектов и налоговых доходов, такие фирмы, как Citadel, помогают гарантировать эффективное распределение капитала во всей экономике, что в итоге увеличивает производительность работников во всех отраслях, повышая их зарплату и уровень жизни.
Идеи Окасио-Кортес и Мамдани могут, наоборот, навредить тем работникам, о которых они якобы заботятся. Гриффин расширяет деятельность во Флориде отчасти потому, что обеспокоен вероятной эскалацией мер в Нью-Йорке против богачей, при этом ряд известных руководителей технокомпаний из Калифорнии недавно тоже решили застолбить территорию во Флориде.
Если Нью-Йорк и Калифорния утратят свои конкурентные преимущества, это, естественно, будет плохо для ньюйоркцев и калифорнийцев, но это может оказаться не так уж плохо для страны в целом. Впрочем, видные общенациональные лидеры в обеих главных партиях начали враждебней относиться к богатым. На стороне правых популистов-националистов Стив Бэннон призывает к «масштабному повышению налогов на миллиардеров», а на стороне левых популистов-прогрессистов сенатор от Массачусетса Элизабет Уоррен предлагает ввести налог на «сверхбогатых».
Такие предложения всегда сопровождаются аргументами, что экономическая игра искажена в ущерб рядовым работникам и домохозяйствам: богатые грабят средний класс и бедняков. Это опасный бред. Игра не искажена. В экономике США люди получают справедливое вознаграждение. И оплата определяется производительностью — прилагаемыми усилиями, готовностью идти на риск, наличием навыков, принимаемыми решениями. Миллиардеры обладают огромным богатством в первую очередь потому, что это оправдано рыночной стоимостью их экономического вклада в общество.
Мы должны радоваться их успехам как примером для молодежи. Нам нужно больше миллиардеров, а не меньше, потому что мы с уверенностью знаем: они дают обществу гораздо больше, чем берут от него.