Как управлять семейным капиталом в нестабильном мире
Основатель Leon Wealth рассказал, как мировые события влияют на крупные капиталы и зачем состоятельным семьям нужен семейный офис
В Астане начала работу компания Arystan Wealth Ltd, получившая лицензию AFSA на инвестиционное консультирование и организацию сделок. Партнером компании выступает международный мультисемейный офис Leon Wealth. Казахстанский Arystan возглавил Андрей Иванов. Получив диплом МГУ по физике, Андрей начал карьеру в PricewaterhouseCoopers, а впоследствии возглавлял бизнес по управлению активами в крупных инвестбанках. В 2013 году он стал одним из основателей Leon Wealth — международной структуры по управлению капиталом состоятельных семей. Центром группы является Кипр. Объем активов под управлением компании превышает $1 млрд.
Компания работает с состоятельными семьями: от инвестирования капитала до планирования наследования и преемственности бизнеса. Здесь приходится иметь дело не только с финансовой, но и с глубоко личной информацией: семейными активами, отношениями между наследниками и планами собственников.
Андрей, почему вы решили выйти на рынок Казахстана именно сейчас?
— На мой взгляд, в Казахстане, как и во многих странах СНГ, начинается важный этап смены поколений собственников. Предприниматели, которые создавали бизнес в начале 2000-х, подошли к этапу, когда надо решать, как наладить надежную систему управления бизнесом и капиталом без их участия. В ближайшие годы таких вопросов станет больше.
В Казахстане во многих семьях широкие родственные связи, и у разных поколений могут быть разные ожидания от семейного бизнеса. Само по себе это не проблема. Сложности начинаются, когда никто заранее не договорился, кому принадлежат активы, кто принимает решения и как распределяются доходы. Пока основатель активно участвует в делах, он часто разрешает такие вопросы лично. Наша задача как семейного офиса — помочь выстроить правила, которые будут работать и без него.
Чем семейный офис отличается от банка или брокерской компании?
— Мы скорее партнеры банков и брокеров, чем конкуренты. Банки предоставляют счета, инвестиционные продукты и инфраструктуру. А семейный офис работает в интересах самой семьи и помогает управлять капиталом в целом. Как говорится, банкир знает о ваших деньгах в своем банке, а семейный офис знает о целях семьи и о том, как использовать капитал для их достижения.
Мы собираем всю информацию вместе, оцениваем риски и помогаем семье принимать стратегические решения. Часть инвестиционных задач могут выполнять банки и брокеры, часть — наша инвестиционная команда. Но семейный капитал нельзя рассматривать только как портфель ценных бумаг и недвижимости. Налоги, юридическая структура, наследование и отношения между членами семьи нередко влияют на его сохранность даже больше, чем доходность инвестиций.
Наследники вообще хотят заниматься бизнесом?
— По нашему опыту, менее 15% наследников, с которыми мы работали, действительно готовы управлять семейной компанией. И я считаю, что это нормально. Основатель часто совмещает несколько ролей: определяет стратегию, занимается операционными вопросами, развивает бизнес и лично поддерживает отношения с ключевыми партнерами. Многие бизнесы в СНГ зачастую были построены благодаря личным связям и харизме основателей. Но это не значит, что дети обладают теми же качествами и интересами. Они получили хорошее образование, им гораздо интереснее новые бизнесы, искусственный интеллект, биотехнологии или цифровые активы.
Чтобы не было конфликта поколений, мы развиваем направление Family Governance — помогаем семьям создать собственный «совет директоров», чтобы дети учились принимать важные для семьи решения, связанные с бизнесом и деньгами, а взрослые могли выслушать и понять своих детей. Начинать стоит с простого разговора: чем интересуется ребенок, хочет ли он заниматься бизнесом, какую роль вообще видит для себя? Используем модерацию, деловые игры, встречи с руководителями компании, стажировки. Но заставить человека стать предпринимателем нельзя. И владеть бизнесом — не то же самое, что им управлять.
У нас был случай: взрослый сын предпринимателя от первого брака долго конфликтовал с отцом. Мы начали с семейных советов, постепенно вовлекали сына в обсуждение бизнеса и ценностей семьи. Отношения изменились, он заинтересовался компанией и со временем возглавил ее зарубежное подразделение. Но бывает и иначе: дети не хотят участвовать в управлении. Тогда компания может работать под руководством профессионального менеджмента, а семья остается акционером, контролирует ключевые решения и получает доход.
С чего начинать предпринимателю, который хочет передать бизнес наследникам и сохранить его?
— Я бы начал с трех вопросов. Первый: есть ли в семье диалог? Важно собраться и честно обсудить, кто хочет участвовать в бизнесе, кто предпочел бы другой путь и как каждый представляет свое будущее. Такой разговор лучше провести до того, как возникнет необходимость делить активы. Семейный совет помогает услышать разные позиции и выявить будущие конфликты.
Второй вопрос: есть ли механизм управления, который сможет работать без основателя? В международной практике для этого используют трасты и частные фонды. Они позволяют заранее закрепить правила владения активами, управления ими и распределения доходов. В МФЦА тоже предусмотрена такая правовая форма Foundation. Но сама по себе структура ничего не решает: важно правильно настроить полномочия управляющих и права членов семьи, учитывая применимое право.
И третий вопрос — корпоративное управление. Кто будет принимать решения, если собственник больше не сможет этого делать? Как будут решаться тупиковые ситуации? Эти полномочия должны быть понятны заранее, а не определяться в момент семейного кризиса.
Если правил нет, наследники получат доли в компании, но могут не договориться, как ею управлять. Известный пример — семья Gucci: отсутствие распределения ролей после смерти основателя привело к конфликтам.
И последний вопрос. Сейчас мировая экономика сталкивается с серьезными потрясениями. Что меняется в подходах к сохранению и управлению капиталом?
— Изменения действительно фундаментальные. Мир переходит к новой модели деглобализации: усиливаются экономические и политические блоки вокруг США, Китая и других крупных центров. На стыке этих систем резко возрастают риски конфликтов. Страны, которые раньше считались надежными и предсказуемыми, попали в зону риска. Сегодня это Ближний Восток, а завтра, возможно, будет Юго-Восточная Азия.
Отсюда первый вывод — нужна диверсификация не только по классам активов, но и по странам, валютам, банкам и правовым системам. Второй тренд — прозрачность происхождения и движения капитала для регуляторов. И создание альтернативы банкам на базе криптовалют. Мы все чаще видим, что семьи выстраивают систему хранения активов в криптовалютах с соблюдением всех правил налогового учета и комплаенса. В итоге задача семейного офиса — не угадать все будущие кризисы, а сделать так, чтобы семья сохраняла контроль над капиталом при любых сценариях.