Гольф по‑казахски: кто зарабатывает на элитном спорте
В Казахстане четыре действующих гольф-клуба
Гольф — некогда игра шотландских пастухов, а теперь игра элит — появился в Казахстане три десятка лет назад. Развитие индустрии с самого начала шло «от первого лица»: в страну хотели привлекать инвестиции, ведь «большой бизнес» зачастую делается не в кабинетах, а на полях с лунками. Большинством действующих гольф-клубов сегодня владеют богатейшие и влиятельнейшие люди Казахстана. Forbes Kazakhstan решил посмотреть на гольф-клубы как на бизнес и поговорил с экспертами о том, как он устроен, приносит ли прибыль и станет ли когда-нибудь эта игра массовым увлечением.
Как гольф стал игрой казахстанцев
Константин Лифанов знает о казахстанском гольфе (и о гольфе вообще) если не все, то многое. Он руководил клубами в Алматы, полтора десятка лет был секретарем Федерации гольфа Казахстана. Сейчас работает в Лондоне. С Алматы его связывает магазин экипировки для гольфа, который он открыл много лет назад.
Играть в гольф Константин начал в 1987 году, когда ему было 15 лет. В Москву, где он жил в то время, приехал знаменитый шведский хоккеист, футболист и гольфист Свен Тумба-Йоханссон и взялся за строительство первого в России гольф-клуба (он, к слову, назывался «Гольф-клуб Тумба Москва», в 2000-х переименован в «Московский городской гольф-клуб»). Лифанов попал в эпицентр событий. «Я видел, как создавался этот гольф-клуб, как зарождалось сообщество адептов игры», — говорит он. Свен лично учил его бить клюшкой по мячу.
Много позже, уже став профессионалом в этом деле, Константин приехал в Алматы и оказался свидетелем еще одного исторического события — появления первого гольф-клуба в Казахстане. Это был Nurtau (тогда назывался «Интерлюкс»), его строили по поручению первого президента Казахстана Нурсултана Назарбаева. «В Японии тогдашнему главе государства рассказали, что на полях для гольфа происходит большой бизнес. Нурсултан Абишевич воодушевился этой идеей, привез ее в Казахстан и поставил перед министрами задачу: для того чтобы развивать страну, нужно уметь играть в гольф. Я слышал это из первых уст», — говорит Лифанов.
По его словам, на логике привлечения бизнеса и инвесторов в Казахстане появился не только первый, но и другие гольф-клубы. Возможно, именно это объясняет, почему в индустрии лунок и клюшек столько громких имен.
Локация решает
Сейчас в Казахстане четыре действующих гольф-клуба: Nurtau и «Жайляу» в Алматы, «Астана» в столице и Burabay в акмолинском Щучинске (клуб находится на территории национального природного парка «Бурабай», открылся в 2021 году и обошелся, судя по отчету, в 19,4 млрд тенге.).
По словам Константина Лифанова, для того чтобы построить поле мирового класса на гольф-курорте, нужно примерно 40 млн евро. «Стоимость зависит от разных факторов: привлекли знаменитого дизайнера — цена будет одна, обошлись «сеном и палками» — другая. Конкретное «наполнение», а значит, и стоимость строительства — это вопрос бизнес-плана и готовности бизнесмена инвестировать», — говорит он.
Другой эксперт, Николай Горбачев, приводит такие расчеты инвестиций: по мировым ценам одна лунка, то есть игровой сектор поля, стоит от $500 тыс. до $1 млн. На строительство стандартного поля из 18 лунок нужно $18 млн. Локация при этом становится одним из ключевых пунктов сметы, а потом — и доходности.
Пример тому — гольф-клуб в Сарыагаше, ныне закрытый: он, по мнению экспертов, потерпел фиаско как раз потому, что находился на «краю географии» — в Туркестанской области. Когда его строили, говорит Лифанов, расчет был такой: люди едут пить минеральную воду на одноименный источник и заодно играют в гольф. Инвесторы нашлись, клуб построили. Даже цены доступные сделали — для всех желающих. Но желающих оказалось недостаточно. Этим клубом, заметим, ранее также владело «КазМунайГаз-Сервис NS», но в ноябре 2017-го, как сообщили в компании, санаторно-курортный комплекс «Сарыагаш» «продан по договору купли-продажи», общая стоимость, как указывается в отчетности за 2017 год, — 2,09 млрд тенге. Покупателем стало TOO «Global Advisory Partners» (принадлежит Айжан Аманкелдіқызы), вместе с Асель Каирскаковой оно сейчас владеет санаторием Altyn Bulak Golf Health Resort. В санатории подтвердили: гольф-клуб закрыт. Лифанов уверен: «Это огромная облагороженная территория, рано или поздно гольф-клуб все же возродится».
Но вернемся к действующим лицам. У Николая Горбачева опыт в создании гольф-клубов, пожалуй, как ни у кого в Казахстане: это он тот человек, который вместе с японцами строил первые девять лунок в Nurtau, затем — «Астану», «Жайляу», поле на горнолыжном курорте Ак-Булак (оно не действует). «Компания «Центр газонных трав», и была у меня еще «Корпорация «Автодорстрой» — вот они работали в этом направлении», — говорит Николай Алексеевич.
Несколько лет назад Горбачев открыл небольшое поле на собственной территории в поселке Кызылту (с 2024 года — Жибек Жолы) в Алматинской области — все 18 лунок «уместил» на 10 га. Позже часть земли продал, часть клуба закрыл и теперь ищет покупателя. Осталось поле на 3 га. Строить гольф-клуб в Кызылту было проще, там земля не такая дорогая. Помог и личный опыт: отказ от сторонних специалистов снизил траты в 2–3 раза. Назвать общую сумму вложений Николай Алексеевич затрудняется. Поясняет: «У меня здесь на 30 га питомник деревьев и газонных трав. Рентабельное дело, 20 лет занимаюсь. Когда в основном бизнесе появлялись свободные люди и деньги, я направлял ресурсы на строительство гольф-поля. Строил его лет 15. Но это не было целенаправленной инвестицией. Скорее — просто хобби».
Гольф-клуб работал до ковида, игроки были, но, поскольку поле находится на расстоянии от Алматы, спросом оно пользовалось больше у тех, кто по финансовым причинам не мог осилить «Жайляу» или Nurtau. «У нас цены были ниже. Но низкие цены — низкая доходность. Клуб большого дохода не приносил, был на грани рентабельности, содержать его оказалось экономически невыгодно. Когда началась пандемия, мы его прикрыли. Сейчас играю в основном сам, когда есть желание». Однако поддерживать поле «в кондиции» все равно приходится.
Теорема с лунками
«Содержание гольф-клуба зависит от его состояния и может стоить от $400 тыс. до $1 млн в год, — продолжает Горбачев. — Хорошее гольф-поле требует 60 га земли. Представляете? Играют на нем или нет, газон все равно необходимо косить каждый день, регулярно поливать (с наступлением жары — чаще), удобрять, листву после ветра убирать. Нужна техника. Оборудование вроде косилок и аэраторов — дорогое и специфическое, и выпускают его в основном в США и немного в Азии. Хорошая косилка может стоить $20–30 тыс., гольф-мобиль (на таких по полю перевозят игроков и оборудование — F) тоже недешевая вещь. Нужны люди — от 20 до 40 человек. В несезон — в Алматы, например, это с ноября по март — работников придется либо увольнять, либо содержать за счет заработанных денег. Зимой поле невозможно использовать как-то иначе: кататься на лыжах и даже просто ходить по нему запрещено, потому что снег уплотняется, и это портит будущий газон».
Горбачев управлял Nurtau, «Астаной» и «Жайляу». По его наблюдениям и опыту, гольф в Казахстане не особо выгодное с точки зрения получения доходов бизнес-вложение.
Ни в Nurtau, ни в «Жайляу», ни в «Астане», ни в Burabay редакции Forbes Kazakhstan не захотели раскрывать «нутрянку» бизнеса. Поэтому сказать, зарабатывают казахстанские гольф-клубы или нет, сложно. Определенное представление можно получить лишь о Burabay, поскольку его управляющая компания отчитывается публично. По отчетам, у «КазМунайГаз-Сервис NS» чистой прибыли нет, только убыток: в 2025-м, например, он составил почти 466 млн тенге, в 2024-м — 444,3 млн тенге, в 2023-м — 565,8 млн тенге.
Также в открытом доступе есть данные об уплаченных налогах.
- Так, управляющая компания «Жайляу» ТОО «Кокмайса» за период с 2021-го по 2025-й, уплатила: 123,7 млн тенге (2021), 230,9 млн тенге (2022), 253,9 млн тенге (2023), 245,6 млн тенге (2024), 272,9 млн тенге (2025).
- ТОО «Nurtau» пополнило бюджет на: 8,2 млн тенге (2021), 3,9 млн тенге (2022), 5,3 млн тенге (2023), 18,3 млн тенге (2024), 14,9 млн тенге (2025).
- Управляющая компания «Астаны» ТОО «Golf Club Astana» — ноль тенге (2021), 31,4 млн тенге (2022), 60,7 млн тенге (2023), 94,3 млн тенге (2024), 80,5 млн тенге (2025).
- По АО «КазМунайГаз-Сервис NS», занимающемуся гольф-клубом Burabay, данные такие: 276,1 млн тенге (2021), 273,9 млн тенге (2022), 249,2 млн тенге (2023), 239,7 млн тенге (2024), 235,9 млн тенге (2025).
Как в принципе может зарабатывать этот бизнес? «Считается, что если гольф-клуб, не имея никаких активов, кроме 18 лунок, работает в ноль, то есть имеет такое количество посетителей, что платы за игру достаточно на годовое содержание, то это крутой, преуспевающий гольф-клуб, — говорит Константин Лифанов. И уточняет: — Но это лишь теорема». По его словам, механизм в идеале должен работать так. Человек приезжает поиграть. Нужен магазин, где он купит клюшки, ботинки, перчатки, мячики. Один специальный человек принесет ему клюшку на поле, другой — найдет улетевший в кусты мяч. В какой-то момент гость захочет поесть — нужен ресторан или кафе. Все это называется сервисом, а за сервис люди готовы платить.
Плюс возможны дополнительные «опции». Например, при Nurtau расположен Swissôtel со всеми услугами гостиницы — гольфисты могут воспользоваться при необходимости. «Когда все это имеется на территории гольф-клуба, то он начинает работать как единый комплекс на генерирование прибыли, cash flow, — поясняет Лифанов. — В целом все гольф-клубы построены по-разному, обслуживаются по-разному. У каждого своя инфраструктура. Например, Swissôtel рядом с Nurtau огромный. В «Жайляу» же небольшая гостиница. Но в Nurtau нет жилых домов, а в «Жайляу» все застроено жильем — он изначально проектировался именно как гольф-курорт, то есть с учетом строительства жилой недвижимости. А это уже другой процесс прибыли: жилые «квадраты» в таких локациях в принципе не могут быть дешевыми. Например, дом на территории гольф-курорта где-нибудь в Майами или под Лондоном сейчас может стоить 30-50 млн евро, и таких домов может быть сотня. В гольф-клубе «Астана» нет ни вилл, ни отеля — там другой уровень прибыли. Каждый гольф-клуб находится в своей ценовой нише, в своей траектории развития».
Горбачев смотрит на это чуть иначе. Он согласен с тем, что недвижимость делает гольф-клуб «более удачным бизнес-проектом». Но, говорит, получить хороший доход от других составляющих будет сложно. Большой магазин при гольф-клубе, например, не откроешь: клиентов в принципе мало, к тому же большинство игроков часто бывают за границей, а там есть огромные специализированные магазины с несопоставимо бόльшим выбором товаров для гольфа от разных производителей. Привезти из Дубая или Турции набор клюшек не составит труда. А для местных магазинов это риски: не продали они клюшки, куда их деть? Большинство игроков уже экипированы. Продавать шарики, перчатки и другие расходники, конечно, нужно, но много на этом не заработаешь, потому что это не особо доходная категория. Ресторан, по мнению собеседника, тоже дает лишь определенную доходность: когда играют гольфисты — своей компанией, со своими разговорами и интересами, обслуживать в ресторане «посторонних» едва ли будет возможно.
Дорого — богато?
Гольф — игра для состоятельных людей. Такое мнение существует. Константин Лифанов опровергает: «Во-первых, с детей, как правило, деньги не берут. Во-вторых, гольф-клубы бывают разные, разного уровня. Например, в Лондоне в гольф играют даже таксисты. Да, в Алматы игра в гольф может стоить определенных денег, но разделение на элитные гольф-клубы и доступные форматы есть везде. И траты на гольф — это вопрос цели: поиграть разок — это одно, получить определенный круг общения, «войти» в гольф-клуб, стать частью сообщества — другое, и уже предполагает и другой уровень трат, и покупку членства в гольф-клубе».
Лифанов уверен: цены в гольф-клубах в Казахстане редко превышают цены в фитнес-клубах. «Оборудование для игры в гольф часто стоит даже дешевле, чем, скажем, для горных лыж или для тенниса. Для того чтобы играть в теннис, вам потребуется несколько ракеток, одежда, обувь и так далее. То же самое — в гольфе: нужны несколько клюшек, ботинки, одежда для игры — траты мало чем различаются», — говорит он. Стереотип, по его мнению, основан на том, что на полях для гольфа действительно можно встретить богатых людей. Константин объясняет это тем, что игра требует достаточно много времени, а им скорее располагают те, кто уже обеспечил себе источники дохода и отошел от управления бизнесом.
Николай Горбачев приводит такую цифру: для того чтобы иметь гольф в качестве хобби, нужно зарабатывать от $50 тыс. в год. «В таком случае вы сможете себе позволить быть на уровне с этими гольфистами, купить хорошие клюшки, нанять машинку, кедди и так далее», — уверен собеседник.
Приведем в пример несколько цен. Поиграть в Nurtau на 18 лунках стоит 80–90 тыс. тенге (в будни и выходные), в «Астане» для посетителей расценки такие же, в Burabay — 50 тыс. тенге, в «Жайляу» — 80 тыс. в будни и 105 тыс. в выходные (по прайсу 2025 года). В Burabay за сезонное членство нужно будет заплатить 500 тыс. тенге (включает часть услуг), за индивидуальное — 5 млн тенге, включающее игру на поле и аренду без ограничений, за него платят разово и затем — ежегодные взносы (250 тыс. тенге по ценам 2026 года). В «Жайляу» пожизненная клубная карта стоила 5 млн тенге в 2025 году, семейное членство — 7 млн тенге, годовой взнос — 2,75 млн тенге и 3,55 млн тенге соответственно.
Будущее гольфа
Четыре гольф-клуба в Казахстане — много это или мало? В Казахстане, по мнению Константина Лифанова, при населении 20 млн человек такое количество вполне обоснованно. «Всему свое время. В любой стране гольф-клуб появляется не просто так, а по определенной причине: или в историческом месте, или потому что появился гольф-энтузиаст, готовый инвестировать в этот бизнес, — говорит спикер. — Гольфу в Казахстане всего 30 лет — немного по мировым меркам. Объем еще не набран. И инвестиции не такие большие, как, например, в России. Процесс медленнее идет. Наверное, от этого и стоит отталкиваться». Лифанов уверен: критическая масса людей, которые будут заниматься гольфом одновременно, рано или поздно появится и в Казахстане. Хотя бы потому, что сейчас, как говорит собеседник, в детский гольф «инвестируются огромные деньги».
В любом случае эксперты видят в казахстанском гольфе большие перспективы. Николай Горбачев даже говорит о гольф-туризме: он заметил, что в Казахстан стали приезжать иностранцы, в частности игроки из Южной Кореи. «У них играть еще дороже. Они играют в Алматы, потом едут в гольф-клуб в Ташкент — там хорошее гольф-поле, потом снова в Алматы. Я недавно летал в Корею по своим делам, заметил много гольфистов в самолете. Как распознал их? Они клюшки в багаж сдавали. Это меня немного удивило и порадовало одновременно: это ведь реальные туристы, которые едут к нам играть в гольф. Это хорошая новость».
Материал подготовлен при участии Лейлы Абишевой.
При подготовке материала использованы данные сервиса adata.kz.