Как коронавирус, дешевая нефть и ослабевший тенге скажутся на рынке сотовой связи

Телеком – одна из немногих отраслей, которой аналитики пророчат если не расцвет, то безоблачное будущее после пандемии коронавируса. Так ли это - в беседе с Арманжаном Байтасовым рассказал СЕО сотового оператора Каспарс Кукелис

Каспарс Кукелис
ФОТО: архив «Кселл»
Каспарс Кукелис

Бизнесмен и издатель Forbes в КазахстанеУзбекистане и Грузии Арманжан Байтасов продолжает серию онлайн-интервью в Instagram со знаковыми бизнесменами и топ-менеджерами. Вечером 5 мая состоялся прямой эфир с председателем правления АО «Кселл» Каспарсом Кукелисом.

СЕО «Кселл» имеет более чем 20-летний опыт в телекоммуникационной сфере, в том числе — управленческий. Долгое время он возглавлял департамент маркетинга в «Кселл», несколько лет занимал пост коммерческого директора компании. Был в совете директоров АО «Алтел». Затем ушел в Казахтелеком на позицию главного директора по розничному сегменту. В 2019 Казахтелеком выкупил у Telia Company и Fintur Holdings BV 75% голосующих акций компании «Кселл». После этой сделки Каспарс Кукелис вернулся в давно знакомый «Кселл», но теперь уже на должность главного исполнительного директора, а затем был избран председателем правления.

Беседа началась с «докоронавирусных» новостей.

Арманжан Байтасов: Какие реформы прошли в компании после покупки контрольного пакета акций «Казахтелекомом»?

Каспарс Кукелис: Впервые за 5 лет мы добились улучшения финансовых показателей. Объем продаж вырос на 4,6% и составил 156 657 тыс. тенге. Уже во втором квартале 2019 мы добились роста выручки и снижения затрат. Но вещи, которые делаются быстро, – только первый слой изменений. Есть более глубокие слои, которые касаются важных технологических изменений. У абонентов высокие ожидания в отношении качества сети, охвата, скорости интернета. В этом должна помочь интеграция сетей «Кселл» и Tele2. 

На мой взгляд, совместная работа с конкурентами говорит о зрелости.

- Раньше на телекоммуникационном рынке была эпоха бескомпромиссной конкуренции, когда затраты не играли большого значения. Это было похоже на освоение Дикого Запада – нужно бежать и втыкать колышки, что это твоя земля. Сейчас эпоха интеграции. Одна высокая башня может стоить десятки миллионов тенге. Представьте - башня стоит 60 млн, а активное оборудование на ней – 6 млн. Это абсурдные вещи, тем не менее они есть. Поэтому сама жизнь вынудила нас искать эффективные экономические модели.

Расскажите, как изменилась работа после введения режима ЧП? Говорят, что мобильные операторы испытывали огромные нагрузки на сети. Как вы справлялись, сбои были?

- То, что пандемия коронавируса обеспечила сумасшедший рост, - неверно. Произошло географическое и временное смещение потребления трафика. Он вырос там, где не было нужных мощностей, – госпитали, санатории, где размещались изолированные на карантин, пригородные посты. Поэтому в отдельных местах возникли перегрузки. Понятно, что даже если мы увеличим мощности - нет коммерческой окупаемости. Карантин отменят, и этот трафик уйдет. Тут еще возникли ограничения на перевозку, растаможку, закрылись некоторые заводы в Китае по производству оборудования.

А деловой центр оказался без трафика. Люди, которые массово «сидели» в смартфонах в офисе и по дороге на работу, перешли на удаленную работу. В городских многоэтажках хорошая фиксированная сеть. Мобильный интернет оказался не нужен там, где есть домашний Wi-Fi.

Расскажите про ситуацию внутри компании. Вы увольняли сотрудников?

- Большая часть сотрудников перевелась на дистанционную работу. На период карантина мы закрыли большинство розничных магазинов по продаже контрактных смартфонов. Конечно, продажи упали. Но всех продавцов мы временно перевели в кол-центр к нашим партнерам - Halyk Bank, который является одним из основных операторов по государственным выплатам. Им требовались люди, звонков было много, и мы временно объединили с банком кол-центры. 530 человек круглосуточно отвечали на звонки по вопросам государственной социальной выплаты 42 500 тенге.

Каким будет выход из кризиса?

- Сложным. Продажа сотовых телефонов оказалась под серьезным давлением, а это важная часть нашего бизнеса. Мы все свои траты сейчас смотрим под лупой. Часть оборудования импортное, и почти одновременно с пандемией коронавируса произошло падение тенге. Цена на нефть тоже в конечном итоге проецируется на платежеспособность потребителей. Мы по мере возможностей поддержали казахстанцев. Предоставили медикам бесплатные пакеты услуг, состоящие из трафика и звонков, дали доступ к сорока образовательным ресурсам, к сайтам банков и мобильным банкингам. Дали дополнительный трафик «застрявшим» за рубежом казахстанцам. У многих сейчас нет доходов, люди жили на накопления и пособие, а наши доходы тесно коррелируются с платежеспособностью людей. Поэтому бенефита нет, есть ущерб экономике. Просто одни пострадали больше, другие меньше.

В завершении беседы Арманжан Байтасов задал несколько вопросов от подписчиков.

Ваш прогноз развития 5G в Казахстане? Когда будет внедрена эта система связи и нужна ли она?

- Технология 5G появится в ближайшие пару лет в крупных городах. Возможно, ее будут применять в пригородах, где живет платежеспособное население, потому что тянуть оптоволокно в частные дома невыгодно. Но коммерчески окупаемую сеть в масштабах страны строить бессмысленно. Оборудование очень дорогое. 5G поддерживают только флагманские устройства, стоимостью от 300 тыс. тенге и выше. Для массовости нужно, чтобы 5G поддерживали доступные смартфоны стоимостью от 50 тыс. тенге.

Думаю, что потенциал 4G в Казахстане еще не полностью освоен. По моим оценкам, в 4G будет инвестировано  еще как минимум $150 млн. Это действительно массовая технология, которая поддерживается на любом устройстве – от смартфона до брелка сигнализации. 5G всем интересно, но 4G – практично.

Может ли бесплатный интернет со спутников Илона Маска или Джеффа Безоса составить конкуренцию вашим услугам?

- Спутниковый интернет хорош в экстремальных условиях. Например, проект Google в Индонезии. На архипелаге, состоящем из 17 000 островов, сложно проложить оптоволоконные линии или установить базовые станции. Там воздушные шары с базовыми станциями заменили вышки связи. Но я не уверен, что Google на этом зарабатывает, просто им это интересно. Человеческой фантазии нет предела, но те, кто знает основы физики, меня поймут. У казахстанского потребителя очень высокие ожидания к качеству услуг. Он хочет смотреть быстрое видео, играть в компьютерные игры. Поэтому в борьбе за потребителя выиграет компания, у которой есть возможность прокладывать оптоволокно и строить базовые станции.

Business FM

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
7910 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
12 июля родились
Тимур Исатаев
член совета директоров АО "ForteBank"
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить