Силуэты посткоронального мира

COVID-19 не ставит на повестку дня вопрос выживания людского рода, а несет в себе глобальные последствия прежде всего экономического и социально-политического порядка

ФОТО: Shutterstock

Продолжающаяся глобальная пандемия, несомненно, станет одним из водоразделов в мировой истории. В течение последних месяцев все мы ощутили на себе происходящие изменения. Сегодня многое говорит о том, что ожидаемое возращение к прежней жизни попросту невозможно. Возникает вопрос - каким же будет посткорональный мир? Если присмотреться, то можно уже сейчас разглядеть силуэты новой реальности.

С начала 2020 года перед нашими глазами одна за другой проходили сюрреалистичные картины. Перенос Олимпиады, чемпионата Европы и ЭКСПО, первые торги за закрытыми дверями в 228-летней истории Нью-йоркской фондовой биржи, Эйфелева башня, отдыхающая от туристов, пустынные проспекты Шанхая и пляж Копакабана, чистые небеса над Гималаями, безлюдная площадь вокруг Каабы, километровые очереди и пустые полки магазинов, ленивые венецианские чайки, вынужденные ловить рыбу…

Согласно данным Университета Джона Хопкинса, на текущий момент число подтвержденных случаев заражения COVID-19 в 188 странах мира уже превысило 4,6 млн, при этом благополучно выздоровело 1,7 млн человек, а жертвами вируса стали более 300 тыс. Несмотря на то что во многих странах динамика пошла на спад, 2,5 млн заразившихся все еще борются с инфекцией, а эксперты предупреждают о второй опасной волне пандемии во втором полугодии. Учитывая заявление директора Национального института аллергии и инфекционных заболеваний США Энтони Фаучи о том, что результаты испытаний вакцин будут известны к концу осени – началу зимы, их массового выпуска не стоит ожидать до конца 2020 года, и мы все еще находимся посреди «крупнейшего глобального кризиса со времен Второй мировой войны» (ООН).

Однако история учит нас тому, что каждый крупный кризис приносит не только разрушения, но и оставляет свое наследие, давая шанс стать сильнее и умнее. Эпидемия чумы в средневековой Европе пошатнула феодальный строй и политическую власть церкви, запустив процессы, приведшие к эпохе Ренессанса. Пандемия «испанского гриппа», в 1918-1919 годах поразившая почти треть населения планеты и погубившая не менее 50 млн жизней, заставила государства серьезно задуматься об общественной гигиене и национальной системе здравоохранения. Великая депрессия, обвалившая мировую торговлю и промышленное производство, породив массовую безработицу и усиление профсоюзов, значительно повлияла на экономический и политический ландшафт накануне Второй мировой.

Нисколько не преуменьшая опасность коронавируса, можно с уверенностью сказать, что нынешний COVID-19 не ставит на повестку дня вопрос выживания людского рода, а несет в себе глобальные последствия прежде всего экономического и социально-политического порядка.

ФОТО: Shutterstock

Триумф онлайна

Наблюдая за онлайн-трансляцией концерта Андреа Бочелли в пустом Миланском соборе, я задался вопросом, насколько пребывание в конкретном месте важно для полноценного ощущения и восприятия происходящего? Быть может, грань между физическим и электронным присутствием - это всего лишь вопрос развития технологий?

В аналогичных ситуациях мы оказываемся ежедневно, проводя онлайн-встречи, участвуя в вебинарах, подключаясь к стримингам. Карантинные меры социальной дистанции, охватившие весь мир, заставили нас уйти в глухой цифровой режим и создали идеальную среду для технологий дистанционной коммуникации, дождавшихся своего звёздного часа.

Так, количество активных пользователей Microsoft Teams подскочило с 32 млн в середине марта до 75 млн к концу апреля. Не меньшей популярностью пользуются Google Meet, Cisco Webex и Zoom.

Текущая динамика у всех этих сервисов впечатляет, но и после пандемии нет никаких сомнений, что постоянные онлайн-встречи, успевшие войти в привычку, станут неотъемлемой частью нашей жизни. Более того, судя по тому, что во время карантина люди стали проводить даже свадьбы посредством видеосвязи, дело не ограничится лишь отдельными сеансами, и нас ждет попытка создания полноценного виртуального энвайронмента.

Вынужденный переход нашей деятельности в цифру в период коронавирусной пандемии стал той самой точкой невозврата, после которой онлайн будет безраздельно царствовать над офлайном. Одними из новобранцев стали такие консервативные сферы, как документооборот и предоставление госуслуг, которые, похоже, окончательно переместились в электронный формат. И вот на наших глазах электронное наступление успешно взяло следующий доселе непреступный бастион – живые встречи. Получится ли его удержать?

ФОТО: Shutterstock

Домашние офисы

Стремительный переход миллионов людей по всему миру на удаленную работу стал знаковым событием, заставившим многих серьезно задуматься о целесообразности дальнейшей деятельности в таком формате. В реальности мы столкнулись с фактом, в котором раньше боялись признаться – большинство встреч и совещаний может с аналогичной или даже с большей эффективностью быть заменено на видеозвонки или электронную переписку. Разумеется, далеко не все рабочие места в ближайшем будущем могут быть переведены в удаленный формат, но там, где это возможно, неизбежно встанет выбор.

Участвуя в вебинарах, я заметил, что подобные каналы донесения информации нередко гораздо эффективнее, нежели выступления на форумах: выше концентрация внимания аудитории, отсутствуют случайные посетители, параллельный обмен файлами, доступ с любой точки планеты. Действительно, в мире, где есть возможность мгновенного переключения с переговоров в Амстердаме на конференцию в Торонто, деловые путешествия заметно сократятся и приобретут качественно новую ценность. Мы научимся, наконец, по достоинству ценить живое общение.

Целесообразность содержания массивных офисных зданий станет все менее очевидна. Культура коворкинга, уже пустившая свои ростки по всему миру, получит дальнейшее развитие. Нетрудно предположить, что рынок коммерческой недвижимости в развитых странах ждут немалые трудности. Вместо этого компании могут давать сотрудникам средства на оснащение мультимедийных домашних офисов с надлежащими мерами кибербезопасности. Офлайн-офис станет не более чем местом периодического сбора сотрудников и даже своего рода символом престижа для компаний.

Таким образом, как только нынешняя пандемия пойдёт на спад, многие из нас вернутся в офисы, но далеко не все и далеко не на полный рабочий день. Какая часть рабочих мест может уже сегодня переместиться в удаленный режим? Согласно исследованию Чикагского университета, в развитых и более автоматизированных экономиках (США – 37%, Великобритания, Швеция – около 40%) процент потенциальных удаленных работников гораздо выше, чем в развивающихся (Мексика, Турция – менее 25%).

Другим важнейшим аспектом является автоматизация, имеющая тенденцию усиливаться с каждым крупным кризисом. Финансовый кризис, усиление конкуренции и развитие технологий в посткорональную эпоху заставит компании сокращать сотрудников. Согласно прогнозу McKinsey Global Institute, автоматизация поставит под угрозу от 400 до 800 млн рабочих мест по всему миру к 2030 году. Разумеется, это не значит, что люди, потерявшие работу, не смогут найти ее в другом месте, но зачастую придется овладевать новыми навыками или даже специальностями.

При этом до боли знакомые офисные пространства и рабочий график не уйдут в прошлое, но видоизменятся. Ответ на данный вопрос мы можем подглядеть у таких инновационных гигантов, как Google, Facebook или Salesforce, давно и успешно применяющих гибкий рабочий график, сочетающий работу из офиса и из любой другой точки. При этом Google и Facebook в нынешних условиях пошли еще дальше, позволив большинству персонала работать удаленно до конца 2020 года. Скорее всего, такой режим работы впредь станет типичным для людей с высоким доходом. Тем, кому все же удастся добраться до офиса, на входе и выходе специальные датчики непременно измерят температуру.

Время женщин

Эпохальный сдвиг в сторону удаленного режима и гибкого графика высвободит колоссальную силу – работающих матерей. У женщин появится гораздо больше возможностей совмещения карьеры и воспитания детей. При этом, если мы говорим о развивающихся странах с патриархальным укладом, которых данные процессы не обойдут стороной, то речь идет о значительных дополнительных возможностях для роста и развития. Уверен, что гендерное равноправие является одним из вернейших атрибутов конкурентоспособного общества.

В социально тяжелые времена удивительным образом проявляют себя женщины-лидеры, обеспечивая стабильность и способность находить общий язык с аудиторией. Они не склонны впадать в самолюбование и популизм, ставя во главу угла зарабатывание политических очков. Поэтому, когда вспышка коронавируса еще носила статус эпидемии, они отнеслись к нему со всей серьезностью - что может быть серьезней жизни и здоровья людей?

Считаные женщины во главе государств не пытались высмеять или проигнорировать инфекцию, как некоторые их коллеги-мужчины, а среагировали оперативно. Цай Инвэнь еще в январе приняла в Тайване ряд важнейших мер по нераспространению, обеспечив низкие показатели смертности вблизи эпицентра. Джасинда Ардерн волевым решением одной из первых ввела жесткий карантин, простым языком объяснив его каждому новозеландцу через Facebook Live Chat. Катрин Якобсдоуттир не замедлила сделать тестирование на коронавирус бесплатным для всех исландцев. Германия встретила пандемию решительно и стойко вместе с Ангелой Меркель, которая коммуницировала с согражданами на языке науки и преуспела в этом.

Джасинда Ардерн
ФОТО: Shutterstock
Джасинда Ардерн

В эпоху уплощения социальных и корпоративных структур женщинам-лидерам заметно легче транслировать и воплощать идеи равенства и единства. Их пример может многому научить всех нас. И дело здесь отнюдь не в гендерной принадлежности. Все дело в том, что кризисные ситуации выводят на первый план именно те качества, незаменимые в посткорональном мире, имеющиеся в избытке у хранительниц очага: способность вызывать доверие и эмпатию, рассудительность, транспарентность, долгосрочная ответственность, осторожность в выводах и решительность в действиях. Поэтому, когда обращение к согражданам в трудный момент идет по-матерински спокойно, как у Ангелы Меркель, или эмоционально-эмпатично, как у Джасинды Ардерн, можно не сомневаться, что на другом конце экрана оно будет услышано.

Социальные завоевания

Безусловным позитивным явлением стало открытие крупными университетами и библиотеками доступа к своим образовательным ресурсам. Флагманами здесь выступили Гарвардский и Стэнфордский университеты, а также такие онлайн-ресурсы, как Coursera, открывшие свободный доступ ко множеству ценнейших курсов, от политологии до нейронауки. Перемещение массового внимания в онлайн и высвобождение времени для обучения посреди пандемии послужили еще одним шагом к повышению доступности образования. Я уверен, что объем и качество бесплатного знания будут стремительно расширяться, что в долгосрочной перспективе позволит в определённой степени уравнять качество жизни между городом и селом и даже между развитыми и развивающимися странами.

Всё это касается и обучения будущих врачей, профессия которых в эти месяцы оказалась под пристальным вниманием мировой общественности. Безусловно, самоотверженное исполнение ими своего долга (которое имело место всегда, но не находилось в фокусе объективов) заслуживает высочайшей благодарности. В связи с этим даже те правительства, которые по собственной инициативе не поднимут жалование медицинских работников, столкнутся с давлением общественности и будут вынуждены направить более существенную часть бюджета на финансирование здравоохранения, включая превентивные меры против сезонных эпидемий.

У прорывов в социальной сфере, конечно же, будет и обратная сторона. Вышеупомянутый Гарвардский университет ожидает снижение дохода на $1,2 млрд по результатам двух академических лет, а сферу частных медицинских услуг ждёт очередное повышение цен. Тем не менее катализированные пандемией значительные изменения (не всегда в положительную сторону) окажут значительное влияние на доступ к образованию и здравоохранению. Одной из задач здесь является снижение нарастающего неравенства.

Сферы общественных услуг станут не только гораздо более сложными и многоуровневыми, но и персонализированными. Например, в медицине на каждом из соответствующих стадий (профилактика, диагностика, лечение) будет создан полноценный международный цифровой рынок. Скачивая медицинское приложение (которые сейчас носят скорее развлекательный характер), пациент, в сотрудничестве с искусственным интеллектом, сможет круглосуточно мониторить свое здоровье и самостоятельно ставить себе первичный диагноз. Только после этого он сможет увидеть врача, причем не обязательно вживую. Поэтому одной из актуальных задач становится развитие дистанционной диагностики и лечения в режиме реального времени. Рынок чувствует тренды, и акции одного из крупнейших поставщиков услуг телемедицины Teladoc Health выросли с $83 в начале января до $191 ко второй декаде мая.

Бесплатные онлайн-ресурсы во время пандемии раскрыли ящик Пандоры, позволяя по-настоящему реализовать право человека на образование, обозначенное ООН еще в 1966 году. Необходимо отметить, что в результате карантинных мер консервативная общеобразовательная школа была вынуждена оцифровать бумажную рутину и экстренно перевести школьников в удаленный режим, который отныне будет дублировать уроки в классе, ввиду наличия постоянной вероятности карантина.

Если помимо школьной программы всем без исключения будут доступны профессиональные курсы, позволяющие получить специализированные навыки, такие как программирование, то это выведет современное общество на новый уровень конкурентоспособности. Обеспечить себя сможет каждый, кто пожелает учиться и работать, и на первый план выйдут совершенно иные параметры. При этом традиционное высшее образование станет более индивидуальным: учащиеся будут выбирать две и более специализации, а также более гибкий набор предметов в зависимости от своих личных и карьерных интересов.

Пандемия заставила миллионы людей по всему миру экстренно осознать свое уязвимое социальное положение. Живущие от зарплаты до зарплаты в период простоя переосмыслили необходимость накоплений. В тех странах, где социальная политика государства оставляет слишком много вопросов, развернутся движения с требованиями обеспечения «подушки безопасности» в виде поднятия минимального оклада и пенсий, обеспечения всеобщего медицинского страхования и оплачиваемого отпуска.

Призрачная приватность

Стремительное распространение пандемии вызвало острую необходимость выявлять и изолировать зараженных. В стремлении снизить индекс репродукции коронавируса объединились даже титаны-конкуренты Apple и Google, анонсировав создание совместного технологического решения по «отслеживанию контактов» операционных систем iOS и Android для нужд органов здравоохранения.

Специальные приложения в режиме реального времени, используя технологии GPS и Bluetooth, информируют пользователей о потенциальных рисках. Страх заразиться заставляет людей добровольно сообщать, с кем они общались или собираются контактировать в ближайшее время, а приложение моментально информирует, насколько эти контакты безопасны. Если же кто-то из тех, с кем человек находился в пределах 2 метров не менее 2 минут, заразился, то программа порекомендует самоизолироваться и заблокировать распространение инфекции.

К примеру, в Южной Корее государство использует комплексный метод в выявлении социальных связей, сводя воедино геолокацию смартфонов, карточные транзакции и информацию с камер видеонаблюдения. Подобные подходы уже применяются и во многих других странах, таких как Италия, Израиль, Индия, Сингапур и, конечно же, Китай.

ФОТО: Shutterstock

Для легализации сбора и обработки «больших данных» такого рода идеальным поводом может стать масштабный кризис, как это было с принятием в США «Патриотического акта» в 2001 году, но подойдет и нынешняя пандемия. Несмотря на заверения в строгом соблюдении приватности пользователей, неудивительно, что у многих волосы встают дыбом от перспектив использования аккумулируемой информации в иных целях. Ведь в каждый конкретный момент времени «большой брат» будет знать, где вы находились, что делали и с кем контактировали. А медицинские приложения, в свою очередь, смогут измерять наш пульс, давление и общее психоэмоциональное состояние не хуже детектора лжи, что позволит практически безошибочно определять личное отношение к тем или иным событиям, в том числе политическим.

Разумеется, у Гитлера и Сталина не было под рукой таких технологичных инструментов для определения настроений каждого жителя, но они есть в наши дни у Компартии Китая, которая возвела Great Firewall и ввела «систему социального рейтинга». Миллионы следящих глаз-камер на улицах городов и миллиарды смартфонов-информаторов выводят процесс контроля народных масс на качественно новый уровень. Поэтому использование новейших технологий слежения недемократическими режимами для контроля и подавления многие исследователи характеризуют как «цифровой тоталитаризм».

Таким образом, пандемия коронавируса, скорее всего, даст ощутимый толчок развитию технологий тотального слежения, которые после ее окончания, конечно же, не будут свернуты. Ни разу не заговорив с нами, правительства постокорональной эпохи будут знать о нас гораздо больше, чем их предшественники. История не всегда развивается линейно, и отдельные победы рыночной экономики, демократии и прав человека не гарантируют их триумфа в будущем. Нас ждут глобальные экономические и политические преобразования, о которых пойдет речь во второй части.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
6343 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
12 июля родились
Тимур Исатаев
член совета директоров АО "ForteBank"
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить