Почему наука не может точно прогнозировать изменения климата

Одно дело - спрогнозировать, что произойдёт с ядром атома, облучаемым потоком тех или иных частиц, и совсем другое – что произойдёт с нашей планетой в ближайшие десятилетия или даже годы

Фото: © Depositphotos.com/GekaSkr

Слишком много факторов, которые надо принять в расчёт, но самое страшное заключается в том, что о существовании гигантской массы факторов воздействия мы пока не имеем никакого понятия.

То и дело в новостях появляются тревожные предостережения. Так, ледовый слой, пишут авторы одной из статей, прежде покрывавший Северный Ледовитый океан круглый год, начал активно таять летом и даже исчезать на огромных площадях.

В другой статье приводятся пугающие цифры: почти 5 млн акров выгорели на Аляске в этом году, и пожары продолжаются. Все шире лесные пожары распространяются по Канаде, Калифорнии, Орегоне и штату Вашингтон, и за последние 30 лет площадь охваченной ими территории неуклонно возрастает. В этом винят изменения климата: увеличивающаяся температура высушивает леса и луга, быстро превращая их в легковоспламеняющееся топливо.

Наши ледники могут растаять уже в 80-х годах текущего столетия, если таяние продолжится в прежнем темпе, предостерегал член-корреспондент НАН РК Игорь Васильевич Северский в ходе дискуссии «Изменение оледенения гор Центральной Азии и их влияние на речной сток и водные ресурсы» в Дискуссионном клубе Ярослава Разумова.

И еще множество других сообщений о грозных предвестниках грядущих перемен. По мнению одних экспертов, это глобальное потепление (вызванное либо человеческой деятельностью, либо природными циклами), по мнению других, это новый ледниковый период. Ни то ни другое не сулит человечеству ничего хорошего.
Если собрать все опубликованные прогнозы и рекомендации, то получилось бы несколько объемных томов. Другое дело – насколько можно на них полагаться при нынешнем уровне теоретизирования? Взять, к примеру, геологию земной коры, чьё реальное строение, по данным измерений, проведенных на Кольской сверхглубокой скважине, значительно отличается от ее теоретических описаний.

Совсем недавно видный специалист, исследователь, австралийский лауреат Университета Джеймса Кука профессор Билл Лоуренс, рассматривая отдельные географические области и климатические явления, по сути, дал оценку достоверности и всех остальных современных прогнозов в целом.

«Журнал Australian Study только что опубликовал прогнозы, что к 2080 число некоторых видов деревьев во влажных тропических лесах сократится на 95%. Как мы должны это воспринимать, если учесть, какое множество прогнозов было сделано по части климата? – начал свои рассуждения профессор Лоуренс. – Вот я и попытался суммировать: что, по нашему мнению, мы знаем, чего не знаем, и те вещи, которые способны изумить нас в плане изменения климата и окружающей среды».

Вещи, которые, как мы считаем, нам известны

Мы знаем, что уровень двуокиси углерода в атмосфере значительно вырос за последние два столетия, особенно за последние десятилетия, и Земля нагревается. Более того, 2014 был самым жарким годом из всех зарегистрированных. Это совпадает с тем, чего мы ожидаем от парникового эффекта. Как можно видеть на снимках NASA, рост температуры был наивысшим в высоких, более холодных, широтах и чуть меньшим в тропиках.

Весьма удивительно, но все большее количество исследователей считают, что именно тропические виды флоры и фауны окажутся наиболее уязвимыми в результате потепления. Дело в том, что северные виды подвергаются в 3 раза большим перепадам температур, чем их тропические собратья.

Мы знаем, к примеру, что даже краткие эпизоды подъема температур выше 42 градусов по Цельсию привели к гибели тысяч летающих лисиц. А в 2005 особенно мощная продлившаяся месяц тепловая волна привела на грань вымирания редкостный тропический вид белого лемуроидного опоссума.

Вещи, которые, как мы считаем, нам неизвестны

Конечно, есть масса вещей, которых мы не знаем, относительно будущего изменения климата. Насколько выше поднимется уровень двуокиси углерода? Насколько теплее от этого станет? Насколько поднимется уровень морей?

Другой важный вопрос: как изменение климата ударит по огромным запасам углерода, содержащимся в лесах нашей планеты?

Этот вопрос вызвал шумные споры. Одни исследователи считают, что повышение уровня двуокиси углерода будет способствовать росту растений (двуокись углерода будет использоваться для фотосинтеза) и таким образом увеличит запасы углерода в лесах, отсасывая часть углекислоты, которую мы сейчас выбрасываем в атмосферу.

Другие, однако, полагают, что повышение температур заставит растения (которые ведут себя, по сути, как холоднокровные животные) увеличить темп метаболизма, тем самым сжигая больше энергии, только для того, чтобы уцелеть, и потому оставит меньше энергии для роста. В результате леса будут постепенно сокращаться и углерод, который они будут терять, скорее усугубит, чем облегчит глобальное потепление.

Кто из них прав? Мы пока не знаем

Дальше – ещё хуже. Вода жизненно важна и для природы, и для человека, но у нас громадные сомнения в вопросе, как дождевые и снеговые осадки будут меняться в будущем. Способ, которым мы пытаемся предсказать это, заключается в образовании группы действительно умных людей, использующих очень большие компьютеры для создания очень сложных компьютерных моделей, называемых моделями общей циркуляции, или МОЦ.

Проблема в том, что даже при прогоне по идентичным сценариям будущего различные МОЦы часто выдают сильно отличающиеся прогнозы. Например, некоторые МОЦы предполагают, что амазонские джунгли засохнут в будущем, тогда как другие утверждают, что они станут еще более влажными.

Вывод таков: если хотите спрогнозировать будущие осадки для любого места на Земле, такого как Сидней, Сан-Пауло или Нью-Йорк, идите в местное казино и бросайте кости на игорный стол. У вас будет столько же шансов на успех, как и у наших умнейших людей, использующих наши самые большие компьютеры.

И затем мы переходим к экстремальным погодным явлениям, таким как убийственные волны жары, опустошающие засухи и интенсивные, вызывающие наводнения дожди. Компьютерная симуляция в масштабе планеты, проведенная по различным сценариям содержания парниковых газов, наводит на мысль, что частота таких явлений заметно возрастет в этом столетии, но, что самое главное, они не говорят нам, где или когда они произойдут. Это можно добавить к нашему списку известного нам неизвестного.

Вещи, о которых мы понятия не имеем

Эта финальная категория касается изменений, которые нежданно сваливаются с неба и бьют нас по затылку.
Например, до 2005 года мы считали, что понимаем, отчего возникают засухи в джунглях Амазонки. Истина виделась так: засухи поражают лишь отдельные области, такие как относительно сухие восточная и южная части бассейна, и возникают только в годы, когда проходит Эль-Ниньо.

Даже при прогоне по идентичным сценариям будущего различные модели выдают сильно отличающиеся прогнозы

Но в 2005 мы стали свидетелями того, чего никто на протяжении всей письменной истории не наблюдал прежде. Очевидно, в результате сочетания глобального потепления и природной вариабельности климата поверхность Атлантического океана в тропиках сделалась необычно теплой.

Эти нагревшиеся моря не только породили ураган «Катрина», опустошивший Новый Орлеан, но также продвинули на север несущую дожди межтропическую зону слияния (также называемую муссонной ложбиной). В результате засуха поразила гиперувлажненные области у Амазонки, в которых засух прежде никогда не бывало. Эффект оказался опустошительным – деревья в джунглях гибли миллионами, выпуская в атмосферу миллиарды тонн углерода.

Эксперты по части Амазонки почесали затылки и заключили, что мы просто стали свидетелями явления, которое случается раз в жизни и больше не повторится.

А затем в 2010 это случилось снова. Вторая засуха охватила даже большие территории и оказалась более губительной, чем первая.

Так что теперь мы в полной растерянности: произошли ли фундаментальные изменения в динамике климата бассейна Амазонки? превращает ли глобальное потепление бассейн Амазонки в совершенно новую климатическую территорию?

Другой потенциальный источник того, о чем мы понятия не имеем, это синергизм в окружающей среде – один-два крепких удара в тот момент, когда две или больше угроз для окружающей среды усиливают друг друга или действуют заодно.

В наших размышлениях о последствиях грядущего изменения климата именно эта финальная категория поистине самая устрашающая, заявил в заключение профессор Лоуренс.

FЕсли вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
 

Статистика

5240
просмотров
 
 
Загрузка...