«Самрук-Энерго» как зеркало глубоких проблем электроэнергетики

У АО «Самрук-Энерго» (СЭ) много серьёзных проблем, прежде всего с рентабельностью и с инвестициями в своё развитие. Такое положение вещей может очень быстро привести к катастрофическим последствиям в компании, но прежде всего во всей стране, поскольку СЭ является лидером базовой инфраструктурной отрасли экономики

ФОТО: tvc.ru

В своей стратегии развития госкомпания «Самрук-Энерго» видит себя в будущем эффективной высокотехнологичной операционной энергетической компанией – лидером энергетики Казахстана. Однако именно с эффективностью у неё серьёзные проблемы.

Слабые результаты в 2018 году

В 2018 СЭ заработала прибыль в сумме 3,4 млрд тенге против убытка 27,2 млрд тенге в 2017. Такой большой убыток в 2017 произошёл из-за полного списания инвестиций компании в строительство Балхашской ТЭС на сумму 27,5 млрд тенге. Как помним, в 2017 из Казахстана ушли корейские инвесторы (Samsung C&T Corporation), которые собирались вкладывать миллиарды долларов в строительство этой современной и очень крупной электростанции, мощности которой однозначно будут крайне необходимы Казахстану в ближайшем будущем.

В 2018 компания имела хоть небольшие, но положительные результаты своей деятельности, тем не менее был большой риск громадных убытков и в этом году.

Так, в 2018 СЭ признала резерв в сумме 69 млрд тенге по своим обязательствам в урегулировании спора по Балхашской ТЭС с корейскими инвесторами. Деньги по этому обязательству должны выплатить до конца 2019. Как говорится в отчётности СЭ, правительство решило взять эти убытки на себя. Без такого решения у компании в 2018 вместо прибыли 3 млрд тенге был бы убыток 66 млрд. В целом из-за низкой рентабельности и высокой долговой нагрузки у СЭ даже близко не было денег, чтобы оплатить такие большие обязательства.

Помимо этого, у правительства есть стандартная практика, когда оно вместо использования средств госбюджета постоянно требует от крупных госкомпаний финансирования различных социальных и прочих государственных расходов. СЭ тоже не избежала этой участи. Так, в 2018 компания по поручению правительства построила детский сад на сумму 1,2 млрд тенге, а также списала свои депозиты в банках RBK и Цесна на сумму более чем 10 млрд тенге.

Госкомпания «Самрук-Энерго» нерентабельна уже долгое время

Интересно отметить, что в своём годовом отчёте СЭ пишет следующее.

«По показателю ROIC (рентабельность долгосрочного вложенного капитала) АО «Самрук-Энерго» (4,3%) немного превосходит европейские компании-аналоги (Великобритания и Чехия – в среднем 3,4%). В то же время по данному показателю АО «Самрук-Энерго» значительно уступает российскому холдингу (РАО ЕЭС – 13%), специфика деятельности которого идентична в силу схожести экономических условий деятельности, что говорит о необходимости увеличения эффективности (рентабельность, возвратность) инвестиций».

Читая такие заявления СЭ, трудно понять, что это: недостатки финансовой грамотности или попытка скрыть глубокие финансовые проблемы госкомпании. Прежде всего необходимо отметить, что некорректно сравнивать ROIC, рассчитанный в разных валютах для разных стран. 3,4% рентабельности капитала для европейских энергетических аналогов вполне приемлемый уровень доходности инвестиций с учётом очень низких процентных ставок и инфляции в Европе.

В свою очередь, ROIC 4,3% в тенге в Казахстане говорит о глубокой нерентабельности компании, поскольку это даже ниже, чем инфляция в стране. Любой инвестор в 2018 мог бы заработать в два раза больше, если бы просто купил безрисковые облигации Минфина Казахстана в тенге. По грубой оценке, с учётом всех рисков, акционеры «Самрук-Энерго» должны были ожидать ROIC от 14% и выше.

У СЭ до 2019 в стратегических КПД был отличный показатель – EVA (показатель экономической добавленной стоимости). Логика этого показателя заключается в том, что предприятию недостаточно иметь просто положительный финансовый результат или доходность на одну акцию. Необходимо обеспечивать такой уровень рентабельности, чтобы предприятию удалось заработать больше, чем составляет доходность аналогичных вложений. То есть если показатель EVA положителен, то это означает выгодную инвестицию для акционера. Если EVA отрицателен и нет перспектив по его быстрому улучшению, то акционеру лучше выйти из этой инвестиции и найти более выгодную альтернативу.

У СЭ до 2018 включительно показатель EVA был глубоко отрицательным, что указывало на очень большую нерентабельность этой госкомпании. В новой стратегии развития СЭ, утверждённой в 2018, этот показатель исчез из стратегических КПД компании, что я считаю большой ошибкой. Я бы включил этот показатель для всей группы «Самрук-Казына», включая сам головной холдинг. С учётом этого показателя положительные финансовые результаты госкомпаний и нацхолдингов будут смотреться совсем по-другому.

По моей грубой оценке, в 2018 показатель EVA был отрицательным для большинства госкомпаний, включая головной холдинг ФНБ «Самрук-Казына». Это означает, что несмотря на их положительные результаты они были нерентабельны и не имеют смысла для своих акционеров в лице всего населения Казахстана.

Убыточное производство электро- и теплоэнергии

Также важно отметить, что СЭ осуществляет деятельность в рамках трёх основных операционных сегментов: производство электро- и теплоэнергии, передача и распределение электроэнергии, реализация электроэнергии. Согласно аудированной финансовой отчётности за 2018, СЭ получает 60% своих доходов от производства электро- и теплоэнергии, при этом данный операционный сегмент имеет «убыток до налогообложения от продолжающейся деятельности» в сумме 38 млрд тенге.

Напомню, что в группу Самрук-Энерго входят такие генерирующие активы, как ТОО «Экибастузская ГРЭС-1», ТОО «Экибастузская ГРЭС-2», АО «Алматинские электрические станции», АО «Мойнакская ГЭС», АО «Шардаринская ГЭС» и другие генерирующие предприятия, в совокупности выработавшие более 29,7% от общего объёма электроэнергии, произведённой в стране в 2018.

То, что производство электроэнергии с СЭ убыточно, говорит об очень большой проблеме. По расчётам Министерства энергетики в ближайшие семь лет Казахстану понадобятся колоссальные инвестиции для строительства новых электрических мощностей для обеспечения растущих внутренних потребностей страны. Спрашивается, кто будет вкладывать в деньги в это, если на данный момент производство электроэнергии убыточно в Казахстане?

В 2019 ситуация с рентабельностью в компании стала ещё хуже

В 2019 вдруг, без всякого адекватного обоснования, власти решили снизить тарифы на электроэнергию. Это чисто популистское решение помогло административным путём снизить темпы роста инфляции, однако оно немедленно сказалось на финансовом здоровье компаний в этом сфере.

Так, валовая прибыль компании (на которую снижение тарифов действует напрямую) за 9 месяцев 2019 по сравнению с аналогичным периодом 2018 упала на 43,4%! 10% падения пришлось на уменьшение физического производства электроэнергии из-за снижения экспорта в Россию. Однако остальные 33% падения валовой прибыли произошли за счёт популистского снижения тарифов на электроэнергию.

И здесь снова возникает вопрос. Кто будет вкладывать масштабные инвестиции в электроэнергетику, если тарифообразование непредсказуемо и подвержено таким политическим и популистским решениям?

Высокая долговая нагрузка и низкий уровень инвестиций

В годовом отчёте СЭ за 2018 отмечается высокая долговая нагрузка компании. При этом говорится о том, что она значительно снизилась по сравнению с 2017 и 2016. Однако здесь компании особо нечем гордиться. Поскольку такое снижение долговой нагрузки происходит на фоне уменьшения инвестиций СЭ в обновление и расширение своих инфраструктурных и производственных активов.

Для экономики Казахстана период с 2009 и до 2015 был «тучным», когда цены на нефть практически всё время были более $100 за баррель. В таких условиях тарифы на электроэнергию с стране достаточно быстро росли и СЭ была более или менее рентабельна. Когда в 2015 цены на нефть упали, то правительство заморозило предельные тарифы на электроэнергию на уровне 2015 и рентабельность энергетических компаний стала постепенно падать. В то «тучное» для экономики время инвестиций СЭ в обновление и расширение своих инфраструктурных и производственных активов было в разы больше, чем сейчас.

Здесь важно подчеркнуть, что во всей электроэнергетической отрасли очень остро стоит вопрос износа основных средств. Например, производство электроэнергии в Казахстане преимущественно осуществляется на тепловых электростанциях, которые занимали 87% от общего объёма производства электроэнергии в 2018. При этом, по официальным данным, 53,3% мощностей тепловых электростанций имеют возраст более 30 лет! Таким образом для обновления и расширения своих инфраструктурных и производственных активов компании срочно требуется наращивать инвестиции, а она не может этого делать из-за низкой рентабельности и высокой долговой нагрузки.

Обратная приватизация и уход стратегических частных инвесторов

Несмотря на все планы приватизации и несмотря на законодательные принципы «жёлтых страниц», правительство не уменьшает, а увеличивает свою долю во владении производственными и сетевыми активами в электроэнергетике. Также важно отметить, что, несмотря на все усилия правительства по повышению инвестиционной привлекательности Казахстана, иностранные инвесторы бегут из электроэнергетики себе в убыток, причём это были реально стратегические инвесторы, имеющий громадный опыт и инвестиции в этой сфере.

Например, известнейшая американская энергетическая корпорация AES Corporation пришла в энергетику Казахстана в 1997 году сразу масштабно — у корпорации оказались четыре ТЭЦ: Усть-Каменогорская, Лениногорская, Семипалатинская и Согринская, а также Экибастузская ГРЭС, ещё в концессии на 20 лет две гидроэлектростанции — Усть-Каменогорская и Шульбинская. Кроме того, AES управляла тепловыми сетями в Усть-Каменогорске, а с июня 1999 года и двумя региональными энергетическими компаниями (РЭК) в Усть-Каменогорске и Семипалатинске.

Однако низкие и непредсказуемые тарифы на электроэнергию, устанавливаемые правительством, быстро сделали инвестиции AES в Казахстане нерентабельными. В результате этого постепенно американская компания начала выходить из своих энергетических активов в Казахстане и окончательно покинула страну в 2017.

Как бы в Казахстане ни пытались дискредитировать этого стратегического иностранного инвестора, на самом деле главной причиной ухода AES были низкие и непредсказуемые тарифы на электроэнергию, приводящие к низкой рентабельности и невозможности инвестировать в своё развитие. Именно поэтому из Казахстана в 2017 году также ушел другой известный стратегический иностранный инвестор - Samsung C&T Corporation (Балхашская ТЭС).

К сожалению, в нашей электроэнергетике могут выжить только те частные инвесторы, которые имеют политическое влияние или административные рычаги, или те, кто умеет «договариваться» с чиновниками. С таким положением вещей невозможно привлечь стратегических иностранных инвесторов.

Помимо этого, в 2014 Казахмыс продал «Самрук-Энерго» свою 50%-ю долю в «Экибастузской ГРЭС-1». В результате чего эта госкомпания теперь владеет 100% долей этого крупнейшего производителя электроэнергии в Казахстане.

Есть другой пример обратной приватизации и ухода иностранных стратегических инвесторов из страны уже в 2019. Так, в июле этого года было объявлено, что СК принял решение о приобретении у российской «Интер РАО» 50% доли в АО «Станция Экибастузская ГРЭС-2». Таким образом, фонд станет владельцем 100% долей участия. Сделку планируется завершить до конца 2019. При этом это стратегический иностранный инвестор («Интер РАО») также уходит из Казахстана с существенным убытком.

Отсутствие адекватной стратегии развития

Суммируя, можно сказать, что у «Самрук-Энерго» много серьёзных проблем. Ключевыми из них являются проблемы с рентабельностью и с инвестициями в своё развитие. Такое положение вещей может очень быстро привести к катастрофическим последствиям как для компании, так и для всего Казахстана, поскольку СЭ является лидером базовой инфраструктурной отрасли экономики страны. К сожалению, на сегодня у правительства нет внятной стратегии развития электроэнергетики Казахстана – о том, как решить все вышеперечисленные проблемы.

В августе 2018 была утверждена стратегия развития самого «Самрук-Энерго» до 2028, которая тоже оказалась «ни о чём». Все описанные проблемы не нашли должного внимания и анализа в этом документе. Поэтому долгосрочный план действий госкомпании получился неконкретным и расплывчатым.

Так что же надо сделать, чтобы решить проблемы «Самрук-Энерго» и всей электроэнергетики в целом? Это тема для отдельного разговора.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
2758 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
9 апреля родились
Болат Акчулаков
генеральный директор ассоциации Kazenergy
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить