Нефтегаз и все-все-все: 5 мифов о казахстанском экспорте

Казахстан входит в группу наиболее экспортоориентированных стран мира. По данным Всемирного банка, отношение объема экспорта товаров и услуг к ВВП Казахстана в лучшие для экономики страны годы находилось на уровне 50-60%

Иллюстрация: niksilogistic.com

Это связано, как с маленьким по мировым меркам внутренним рынком (у таких экспортных гигантов, как Китай и США, это отношение находится в пределах 20-35% и 10-15% соответственно), так и ролью в международном распределении труда. Казахстан — поставщик углеводородов и металлов на мировой рынок. Похожие позиции на постсоветском пространстве занимают еще две страны — Россия и Азербайджан.

Такая модель участия в мировой экономике отличается исключительной хрупкостью. Изменение цен на ресурсы или физического объема постовляемой на мировой рынок продукции автоматически сказывается на размере экспорта, а, следовательно, и на притоке валютной выручки, которой обеспечивается импорт товаров и услуг. Как это происходит на практике и какие неприятные последствия несет, казахстанцы, россияне и азербайджанцы наблюдали в минувшие два года: замедлился экономический рост, произошла девальвация национальной валюты, выросла инфляция, упал потребительский спрос.

Выход из ситуации — развитие как можно большего количества экспортных отраслей, диверсификация экспорта. Причем, любых отраслей — технологический уровень в данном контексте отходит на второй план. Необязательно, чтобы экспортная отрасль производила товары, это могут быть такие экспортные услуги, как въездной туризм или научно-техническая деятельность отечественных компаний за рубежом.

В Казахстане о диверсификации экономики (значит, и экспорта), как кажется, говорят уже целую вечность, а первая госпрограмма индустриализации скоро отметит 15-летие. Государство регулярно реформирует систему поддержки и развития экспорта. Последним мероприятием в этом ряду стало создание в минувшем марте новой нацкомпании Kazakh Export на базе старой — «КазЭкспортГаранта».

Исследовательская группа Expert Zertteu занимается мониторингом казахстанского экспорта вот уже второй год. В исследовании по итогам 2015 мы констатировали, что чувствительных результатов от многолетней диверсификации экономики и создания новых экспортных производств пока не наблюдается. Наши выводы в 2016: зависимость от мировых цен на сырье и концентрация экспорта остаются на высоком уровне, а значит, экономика по-прежнему крайне уязвима. Единственным утешением может быть то, что на фоне сокращение доли сырьевого экспорта, в общей структуре увеличился вес более сложных технологически продуктов, но и среди них превалируют металлы.

До качественных изменений в структуре и объемах экспорта пока далеко, но трезвый взгляд на внешнеэкономический сектор и сейчас не повредит. Ниже представлены пять наиболее часто встречающихся мифов о казахстанском экспорте.

Миф 1. Диверсификация экспорта значительно выросла по сравнению с девяностыми

Авторы этого мифа — чиновники, которым свойственно докладывать о своих успехах и умалчивать о неудачах. Тема «лихих девяностых» уже давно стала общим местом выступлений политиков, в том числе и по экспортной тематике.

«В начале девяностых мы почти ничего не экспортировали. Сегодня экспортируется более 2500 наименований в 119 стран. Наш экспорт составляет $46 млрд. Мы стали глобальной зерновой житницей», — зафиксировано в тексте президентского выступления к юбилею независимости страны в декабре 2016.

Внешнеэкономический сектор Казахстана, безусловно, достиг заметного прогресса по сравнению с тем, что наблюдалось в 1990-х, но успехи в основном связаны с ростом физического объема продукции, а не диверсификацией экспортных позиций. В списке лидеров металлургов сменили нефтяники.

Увеличился вес урановой промышленности, зерновой экспорт вырос с 0,8% до 1,8%, доля машиностроения увеличилась с 0,94% до 1,5%. Экспорт текстиля упал с 10,0% до 0,3%. Роста диверсификации пока не наблюдается: на нефть и металлы в 1995 приходилось 72%, в 2015 — 83%.

Миф 2. Казахстан кроме нефти ничего не экспортирует

Этот миф родился в обывательской среде. В общей картине вес ненефтяного сектора находится на уровне 40% — это несколько тысяч продуктов: от широкого списка металлов и руд до компьютеров и тепловозов.

На самом деле углеводородов в структуре экспорта не более 30 наименований, из них одно перевешивает весь остальной экспорт — нефть сырая, на которую приходится 58,8% (2016).

Миф 3. Индустриализация не оказала влияния на экспорт

Такое мнение автору приходилось неоднократно слышать в экспертной среде. Однако в рамках программы индустриально-инновационного развития, под флагом которой с 2010 было реализовано свыше тысячи проектов, появились и экспортные мощности: Казахстанский электролизный завод, обеспечивший рост экспорта первичного алюминия (+98% в физическом объеме к 2008), Бозшакольский и Актогайский ГОКи, которые позволили увеличить экспорт меди (+13%), расширенная мощность Кентауского трансформаторного завода позволила нарастить экспорт этого оборудования (+33%). Можно привести еще с десяток примеров, однако на общую ситуацию с экспортом это пока влияет слабо.

Отметим, что такой индикатор ГПФИИР 2010-2014, как рост объема обработанного экспорта на 40%, выполнен был лишь наполовину.

Миф 4. ЕАЭС «убивает» наш экспорт

Влияние евразийской интеграции на экономику стран и политики, и эксперты привыкли оценивать по динамике товарооборота. По итогам первого года работы Таможенного союза главы государств тогда еще евразийской тройки отметили рост товарооборота, списав его на эффект от интеграции. Дальнейшие периоды показали, что рост взаимной торговли был обусловлен посткризисным восстановлением торговли. Когда товарооборот начал падать, критики евразинтеграции выступили с похожими аргументами.

Однако такая интерпретация не подтверждается ни логикой, ни данными. Экспорт по еще двум ключевым направлениям — в ЕС и Китай — вел себя также, как и в случае с ЕАЭС, если не хуже.

В реальности влияние интеграции на динамику и структуру казахстанского экспорта (как и экспорта других стран) оказалось минимальным. Во-первых, конкурентоспособная казахстанская продукция уже освоила российский рынок, а во-вторых, в структуре нашего экспорта превалируют полуфабрикаты и энергоносители, спрос на которые формируется на мировом рынке.

Миф 5. Казахстанский экспорт страдает от недостаточной господдержки

«Слишком мало господдержки!» — это жалоба, без которой не обходится ни одна встреча или интервью с представителем казахстанского бизнеса. За десятилетия работы государственных институтов развития к субсидированным кредитам, грантам и льготным услугам приспособились не только отечественные предприниматели, но и чиновники. По негласному правилу, почти в каждой казахстанской программе есть раздел, посвященный мерам господдержки.

Фактически казахстанская система поддержки экспорта располагает полным набором инструментов: экспортерам обеспечивают аналитическое сопровождение, предоставляют экспортное и предэкспортное финансирование, страхование, организуют для них выставки и покрывают часть затрат на их проведение, проводят деловые советы. В этом смысле наша система практически не отличается от немецкой, венгерской и новозеландской.

Почему же тогда с экспортом у нас все не так хорошо, как у немцев и новозеландцев?

Если кратко, проблема в эффективности бюрократии и уровне самих экспортеров. Крупным экспортерам-сырьевикам инструменты господдержки интересны разве что в кризисный период, малый бизнес об этих инструментах пока не задумывается, а прослойка средних компаний-экспортеров все еще довольно тонкая.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
9573 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
13 декабря родились
Именинников сегодня нет
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить