Банкам посоветовали готовиться к «долгой зиме»

Представлен ежегодный обзор состояния мирового банковского сектора 2020

ФОТО: Depositphotos.com/belchonock

По прошествии десяти месяцев кризиса, вызванного COVID-19, появилась реальная надежда на вакцины и новые методы лечения. Однако победы над коронавирусом, вероятно, предстоит ждать еще от девяти месяцев до года. Во многих странах начались вторая и третья волны COVID-19, а поскольку в ближайшие месяцы люди будут больше собираться в закрытых помещениях, коэффициент распространения инфекции может увеличиться. В результате потенциал восстановления экономики в краткосрочной перспективе остается неопределенным. Вопрос дня звучит так: «Когда экономика вернется к уровню 2019 года и прежней траектории роста?»

В свежем выпуске ежегодного обзора состояния мирового банковского сектора, составленного McKinsey (Global Banking Annual Review), говорится, что кризис COVID-19 – не только банковский, но кризис реальной экономики. Несомненно, банки пострадают, поскольку потери по кредитам каскадом проходят по экономике, а спрос на банковские услуги падает. Но причины проблем не в банках. Мировая банковская система вошла в кризис с хорошей капитализацией и намного более устойчивой, чем была 12 лет назад.

Результаты исследований показывают, что в ближайшие месяцы и годы пандемия поставит перед банковским сектором проблему, состоящую из двух этапов. Первый – это очень серьезные потери по кредитам, которые будут происходить, вероятно, до конца 2021, однако ожидается, что почти все банки и банковские системы выживут. Затем, в условиях умеренного восстановления сектора в мировом масштабе, банки столкнутся с серьезными трудностями, связанными с текущими операциями, которые могут сохраниться даже после 2024. По разным сценариям в период с 2020 по 2024 недополученная совокупная выручка может составить от $1,5 до 4,7 трлн. В соответствии с базовым сценарием в течение пяти лет будут потеряны $3,7 трлн выручки, что эквивалентно более чем полугодовой выручке сектора, которую никогда уже не удастся получить.

Кредитные потери: банки гнутся, но не ломаются

Предвидя дефолты, банки мира выделили $1,15 трлн на покрытие возможных убытков по кредитам до третьего квартала 2020 включительно, что намного больше, чем было выделено за весь 2019. Банкам еще не пришлось проводить существенные списания; их программы отсрочки платежей и значительная государственная поддержка позволяют семьям и компаниям держаться на плаву. Но мало кто ожидает, что это состояние анабиоза продлится долго. В McKinsey прогнозируют, что резервы на возможные потери по кредитам (в соответствии с базовым сценарием) в ближайшие годы будут превышать резервы времен мирового финансового кризиса 2007–2009.

Хорошая новость – по крайней мере для банков и финансовых систем, на которые полагается общество, – заключается в том, что банковский сектор достаточно капитализирован, чтобы выдержать предстоящий шок. В среднем в мире при базовом сценарии коэффициенты основного капитала первого уровня (CET1) снизятся с 12,5% в 2019 до 12,1% в 2024, при этом ожидается, что в 2021 этот показатель достигнет минимума в 10,9%. Динамика будет несколько различаться от региона к региону, но в целом система должна быть достаточно устойчивой. Даже при неблагоприятном сценарии, коэффициенты CET1 упадут только на дополнительные 35–85 базисных пунктов, в зависимости от региона.

Недополученная выручка: более $3 трлн

На втором этапе влияние пандемии переместится с балансовых отчетов на счета прибылей и убытков. В некоторых отношениях пандемия лишь усилит и продлит существовавшие ранее тенденции, такие как низкие процентные ставки. Но она также снизит спрос в определенных сегментах и регионах. Что касается предложения, мы ожидаем, что банки станут более избирательными в своей готовности брать на себя риски. Конечно, будут и компенсирующие это положительные для банковского сектора факторы, такие как потребность в рефинансировании существующей задолженности, и некоторые регионы и сегменты банковского бизнеса по-прежнему будут извлекать выгоду из долгосрочных благоприятных факторов. Кроме того, программы государственной поддержки должны в некоторых местах продолжать способствовать активности бизнеса.

В целом, однако, перспективы непростые. В McKinsey ожидают, что при базовом сценарии в мировом банковском секторе к 2024 выручка может упасть примерно на 14% от докризисных прогнозов. В абсолютном выражении, по сравнению с докризисными перспективами роста, кризис COVID-19 может стоить банковскому сектору $3,7 трлн.

Испытание на устойчивость

Банки необычайно хорошо отреагировали на первые фазы кризиса, обеспечив безопасность своим сотрудникам и клиентам и обеспечив хорошее функционирование финансовой системы. Теперь им нужна такая же решимость, чтобы справиться с тем, что будет дальше, сохраняя капитал и восстанавливая прибыль. В McKinsey видят возможности улучшений как в числителе, так и в знаменателе показателя ROE – рентабельности собственного капитала: банки могут использовать новые идеи для значительного увеличения производительности и одновременно повышать точность в обращении с капиталом.

«На наш взгляд, банки могут предпринять шесть шагов, чтобы повысить производительность своих операций. Здесь мы рассмотрим только один из них – ускорение перехода на цифровое банковское обслуживание, которым многие клиенты уже пользуются, и реконфигурация сети отделений там, где потребность в них снижается», - пишут в компании. В прошлом году использование наличных и чеков – с ними связаны основные операции в отделениях – сократилось; на большинстве рынков 20–40% потребителей отмечают, что используют значительно меньше наличных денег. Интерес клиентов к цифровому банкингу на многих рынках резко вырос, однако степень проявления этой тенденции сильно варьируется. В Великобритании и США всего 10–15% потребителей проявляют большую склонность к цифровому банкингу, чем до кризиса (а 5–10% стали предпочитать цифровые услуги меньше, чем раньше). В Греции, Индонезии, Мексике и Сингапуре доля потребителей, ставших более склонными к цифровому банкингу, колеблется от 30 до 40%.

Чтобы закрепить новые модели поведения, предполагающие пользование цифровыми каналами, банки могут начать с информирования потребителей о своих привлекательных конкурентных предложениях в сочетании с подталкиванием клиентов к использованию цифрового обслуживания. Еще до кризиса ведущие банки на развитых рынках добились уменьшения объемов операций в отделениях в расчете на одного клиента на 25% по сравнению с менее успешными банками – за счет перевода платежей, денежных переводов и операций с наличными на самообслуживание и в цифровые каналы. В дополнение к тем клиентам, которые уже раньше пользовались услугами банка только в цифровом формате, еще 10–15% клиентов вряд ли будут приходить в отделения после кризиса, что еще больше повышает для банков необходимость действовать.

Клиенты, конечно, не откажутся полностью от отделений, но снижение потребности в них создает возможность изменить структуру присутствия банка на потребительском рынке. Сети отделений в разные годы расширялись и сокращались, но кризис COVID-19 требует, чтобы банки пошли дальше изменений, основанных на приблизительной оценке, в результате которых в последние годы происходили сдвиги в организации обслуживания клиентов.

Ведущие банки используют машинное обучение для изучения каждого узла своих сетей, уделяя особое внимание демографическим показателям, физической доступности банкоматов и своим конкурентам, предлагающим услуги в том же районе. Один банк разработал алгоритм, учитывающий пути доступа клиентов отделения к семи основным продуктам. Было обнаружено, что 15% отделений можно закрыть, удерживая при этом высокую планку обслуживания всех клиентов, что сохраняло 97% выручки сети, но увеличивало годовую прибыль на $150 млн.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
6736 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Загрузка...
20 октября родились
Ахметжан Шардинов
председатель совета директоров ТОО «Алматинский завод мостовых конструкций»
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить