Как школа Еркина Татишева совмещает финскую педагогику и американское проектное обучение

Об этом рассказал Forbes Kazakhstan директор High Tech Academy Никке Кескинен

Фото: Андрей Лунин

Зимой во время обеденного перерыва ученики младших классов выбегают на улицу в пуховиках и утеплённых комбинезонах – в Алматы с утра идёт снег, и отведённого на обед часа хватает на игру в снежки. Дети постарше остаются общаться в столовой, часть собирается у стола для пинг-понга в одном из холлов, посматривая на нас.

- Кажется, ждут, когда я к ним присоединюсь. Люблю поиграть с ребятами, – улыбается Никке Кескинен, директор школы High Tech Academy, проводящий для нас экскурсию по зданию.

Пока он и вправду отлучается на время, чтобы поперекидывать целлулоидный шарик, эстафету подхватывает Татьяна Магамбетова, лидер проекта HTA. В кабинете казахского языка в одном из углов аккуратно сложены традиционные казахские корпе. В классе науки высокие парты уже составлены буквой «П» – вероятно, для предстоящей демонстрации опытов. В компактном спортзале заготовлены гимнастические маты и футбольные ворота, на стене вывеска «no phone» – смартфоны запрещены здесь и в столовой, но в остальное время они могут использоваться, в том числе на уроке – например, для подготовки видео.

В ходе нашего тура Магамбетова то и дело останавливается побеседовать со школьниками.

- У нас все знают друг друга поимённо, к тому же учащихся всего 100 человек, – комментирует она.

Пока это оптимальное количество, но через год школа планирует переезд в строящееся новое здание, места в котором, судя по эскизам, будет куда больше.

Учёба как проект

High Tech Academy работает с сентября 2017. Ее учредитель – Еркин Татишев (№11 рейтинга богатейших и №33 рейтинга самых влиятельных бизнесменов Forbes Kazakhstan). В майском интервью нашему изданию он говорил, что решил открыть школу, когда на собственном опыте (у предпринимателя четверо детей) столкнулся с несовершенством отечественной системы школьного образования. Примером для проекта послужила американская High Tech High, которая почти за 20 лет существования превратилась из одной школы в Сан-Диего в интегрированную сеть из 14 чартерных школ (с государственным финансированием, но независимых от общеобразовательной системы). Учебный процесс в High Tech High – и в HTA – построен на принципах проектного обучения (Project Based Learning, PBL), когда школьники не только получают теоретические знания, но и учатся путём решения реальных проблем.

- При этом с первого дня мы совмещаем PBL с финскими педагогикой и методами, признанными одними из лучших в мире, особенно среди начальных классов, – говорит Магамбетова.

Так, по результатам международного теста PISA показатель академической успеваемости школьников Финляндии стабильно выше среднего по ОЭСР во всех ключевых отраслях – математике, науке и чтению.

В начальную школу HTA, как и в Финляндии, входят 1–6-е классы. Так как пяти- и шестиклассники зачастую ещё не обладают необходимым для внедрения проектного обучения уровнем самодисциплины и саморегулирования, в полном масштабе PBL реализуется начиная со среднего звена.

- В Финляндии тоже постепенно вводится в практику PBL. Но так как школы там полностью финансируются государством, любые изменения вводятся не точечно, а сразу во всех и, соответственно, требуют больше времени. Здесь же, в рамках стартапа HTA, «этос» (термин, введённый Аристотелем в своей классификации способов убеждения и в переводе с древнегреческого означающий «характер». – Прим. ред.) которого изначально основан на PBL, мы быстрее внедряем будущее образования, – рассказывает Кескинен, за плечами которого 25-летний опыт работы в системе финского образования.

Однако, как становится ясно из нашей беседы, PBL – это не обязательно только проектное обучение. Расшифровать аббревиатуру в рамках начальных классов можно и как Play Based Learning (игровое обучение) или Phenomenon Based Learning (обучение через феномены). Например, школьники могут изучать Европейский союз одновременно с точки зрения истории, географии и политики. Познавать таким методом можно что угодно – растения, животных, времена года и т.д.

- Поэтому у нас не отдельные уроки по предметам – например, математике, физике и биологии, а блок «Наука», где через проекты дети изучают эти дисциплины во взаимодействии. В мире ведь ничего не существует отдельно друг от друга, все проблемы возникают на стыке разных отраслей, – объясняет Магамбетова.

В качестве примера она также приводит проект «Фильтр для воды», который недавно проводился в 7–8-х классах. Задачей школьников было создать очистительный прибор, эффективно избавляющий воду от примесей. Причём своё решение они должны были предложить одному из поселков близ Алматы, где стоит проблема чистоты воды, заранее познакомившись с его жителями.

- Да, дети могли бы на уроке дизайна обучиться проектированию, на уроке химии – процессу очищения воды. Но вместо этого они научились решать реальную проблему, которая имела для них смысл, – говорит Магамбетова. – Так повышается мотивация, а знания, полученные на практике, гораздо глубже.

Предоставляя шансы

Стандарты Министерства образования в HTA соблюдаются, но служат скорее целевым ориентиром. Рассматривая учебные программы Казахстана и других стран, в том числе США, Финляндии, Великобритании, администрация определяет, какими навыками должны обладать ученики в том или ином возрасте. При этом семиклассники, возможно, заранее пройдут программу химии за 9-й класс, а по математике, наоборот, наверстают весь контент за 7-й класс в 8-м.

- Но, конечно, в пятом классе дети, как и в других школах, обязательно изучают дроби и линейные уравнения. Мы соответствуем нормативам и к тому же хотим быть уверены, что ребенок, переведясь из нашей школы, спокойно адаптируется к другим системам, – утверждает Магамбетова.

Фото: Андрей Лунин

Уравнения изучали в одном из классов во время нашего визита. Чтобы наглядно продемонстрировать применение математической задачи, учитель собрал на столе весы из конструктора. Наблюдая за ними, дети должны были понять, что смысл уравнения заключается в балансе сторон.

Система оценки успеваемости в HTA основана на критериях. Среди них могут быть умение работать в команде, презентационные навыки, освоение базового материала. Соответствие критериям рассчитывается в процентах и далее переносится на традиционную пятибалльную шкалу: выше 85% – пятёрка, 64–85% – четвёрка и т. д. При такой структуре лучше отслеживается индивидуальный рост каждого ученика.

На вопрос, возможно ли при такой системе иметь «отстающих» учеников, Кескинен заявляет, что в школе нет единых для всех стандартов успеваемости, нет среднего, лучшего или худшего ученика.

- В этом и заключается суть финской педагогики – предоставить каждому школьнику поддержку, необходимую для его благополучия. Для всех это выглядит по-разному: кому-то нужно больше помощи в математике, кому-то – в коммуникациях, – поясняет он. – Естественно, невозможно быть уверенным, что весь учебный год ребенок испытывает одинаковый интерес ко всем урокам, но наша задача – предоставить шансы для роста.

Забыть, чтобы учить

Если дети, особенно пришедшие в HTA в первом классе, довольно быстро привыкают к нестандартной методике, то профессиональное развитие учителей остаётся одной из сложнейших задач.

- Сегодня учителя больше не являются носителями информации, знания доступны всем. Их задачей становится не передать детям информацию, а научить тому, что с ней делать. Развить так называемые навыки ХХI века – коллаборацию, коммуникацию, критическое мышление и креативность, на которых основаны ценности нашей школы, – говорит Кескинен. – В каком-то смысле нам нужны преподаватели, способные забыть прежние привычки. Молодым это обычно сделать проще, чем опытным. Но у нас довольно разнообразный состав.

- Всего учителей 25. Среди них три финна и два американца, – добавляет Магамбетова. – Местные преподаватели для работы у нас должны иметь диплом учителя или предметный диплом. Найти тех, у кого есть и то и другое, крайне сложно, поэтому мы стараемся нанимать тех, кто знает предмет и имеет хотя бы несколько лет опыта преподавания.

Помимо открытости к принятию философии школы, учителя должны быть готовы работать в команде, так как для выполнения проектов всегда необходима экспертиза в нескольких областях. В одном классе зачастую одновременно могут находиться два-три учителя. Вместе они также являются дизайнерами процесса – идеи для проектов при составлении учебного плана принимаются от всех. Как объясняет Магамбетова, в PBL важна вовлечённость и личная заинтересованность не только детей, но и взрослых.

- У всего, что делают наши учителя, должны быть четкие цель и смысл. Когда они дают домашние задания, мы спрашиваем: для чего? Я сам был учителем и думаю теперь, что некоторые мои задания были лишними. Но в целом в Финляндии объём работы на дом для школьников гораздо меньше. Мы в HTA тоже стараемся не перегружать детей. Зачем? Своими заданиями школы иногда просто вгоняют родителей и детей в стресс. Я не критикую, но считаю, что показатель хорошей системы – это когда ребенок радуется, что завтра идти в школу, – рассуждает Кескинен.

Ещё одно заметное отличие HTA – отсутствие классных руководителей. Вместо этого есть наставники advisory-групп из нескольких учащихся одного звена, собирающихся каждый день на полчаса для общения. По задумке эти ребята должны постепенно становиться друг для друга товарищами и поддержкой в школе, а учитель выстраивает более осмысленные отношения со своими подопечными. На собраниях advisory-групп могут обсуждать что угодно, от последних новостей до проблем в выполнении проектов. Дети придумывают названия своим группам, часто вдохновившись любимыми фильмами, например «Суперсемейкой».

Создатели будущего

Сегодня HTA проходит процесс контроля качества и проверки соответствия стандартам со стороны Финского института исследования образования (FIER), который профинансирован Министерством образования и культуры Финляндии. Прохождение аудита подтвердит право HTA называться школой с финской методикой, даст ей звание международной и предоставит больше академической свободы в сравнении с другими местными учебными заведениями. Оценка производится по 11 разным критериям, охватывающим профессионализм лидерского персонала и учителей, качество обучения, создание благоприятной и инклюзивной среды для учеников.

- При этом наше главное отличие от других международных школ в Казахстане в том, что мы не рассчитываем на иностранных преподавателей в поддержании стандартов качества. Обучение у нас не только на английском, а на трёх языках. Так что часть нашего видения – подготовить хорошие кадры, которые в дальнейшем смогут работать и в других школах. Мы не хотим быть единственной PBL-школой в стране, – уточняет Магамбетова.

Большие надежды возлагаются и на будущее расширение. Проект новой школы создан финскими дизайнерами и представляет собой масштабный кампус из пяти блоков (детский сад, начальная, средняя и старшая школы, центр спорта и искусств), объединенных просторным холлом.

- Конечно, новое пространство значительно расширит наши возможности. Но сейчас мы задумываемся над тем, как сохранить систему и, подняв планку, не забыть, с чего начинали, – говорит Кескинен.

Он в курсе, что у школы и системы PBL в целом есть критики. Одни заявляют, что здесь вводятся не известные никому и никем не проверенные методы. Другие не согласны с подходом «навыки вместо теории». Но многие родители готовы встать на инновационный путь.

- Важно понимать, что пока мы – стартап с опытом в два года. Не всё будет получаться, но мы готовы экспериментировать. Думаю, наше будущее – в нашей начальной школе. Наше видение – сделать общество лучше, делая лучше школу, – резюмирует Кескинен.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
13673 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
17 октября родились
Михаил Ломтадзе
председатель правления АО «Kaspi Bank»
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить