«Аралтуз»: Как съесть пуд соли

Почему нынешние владельцы АО «Аралтуз» купили предприятие с убытками и как они намерены увеличить добычу соли в 5 раз

Фото: Андрей Лунин

Председатель совета директоров АО «Аралтуз» Аблай Габжалилов и член совета директоров АО «Аралтуз» Даурен Мукашев пуд соли съели еще до совместной покупки соляной компании: они познакомились в 1995, когда учились в Казахском государственном юридическом университете. После вуза Даурен 18 лет проработал в Евразийской группе (Eurasian Natural Resources Corporation, ныне Eurasian Resources Group), где дорос до должности директора по маркетингу и продажам по Республике Казахстан. Аблай занимался в это время собственным бизнесом – продавал уголь, металлы. В 2012 друзья решили вместе купить АО «Аралтуз».

Соляные прииски

Сумму сделки партнеры не разглашают, утверждая, что цифра была достойной. Саму сделку называют непростой, ведь нужно было закрывать долги по предприятию. В то же время друзья с удовольствием говорят о причинах, которые побудили их приобрести компанию.

«У соли есть гарантированный сбыт, несмотря ни на какие кризисы, – начинает перечислять плюсы соляного производства Даурен Мукашев. – Это товар, который потребитель в обязательном порядке потребляет каждый день от 5 до 10 г, ведь без этого минерала ни у одного живого организма не происходит должным образом пищеварение».

Во-вторых, соль, которая добывается в озерах в селе Жаксыкылыш Аральского района Кызылординской области, можно назвать возобновляемым ресурсом. Первые разработки здесь начались еще в 1913. В 1925 была создана «Соль-артель», с которой началась добыча соли в промышленных масштабах (в сентябре 2015 предприятие отмечает свое 90-летие). Со временем артель преобразовалась в комбинат «Аралсоль», который поставлял 600 тыс. тонн соли в год в советские республики. Комбинат был приватизирован после распада СССР, в 1994 образовалось АО «Аралтуз». И все это время озера беспрестанно «залечивали раны» – на месте добытой соли кристаллизовалась новая.

Фото: Андрей Лунин
«Мы строим вертикально интегрированную компанию: сами добываем, перерабатываем, упаковываем, доставляем. Например, для упаковки пищевой соли мы потребляем 40–50 тонн полимерной продукции. Раньше эту продукцию – мешочки – покупали в России. Сейчас поставили у себя цех, где производим мешки из гранул, завезённых из России, Кореи. То же самое с тубусами: поставили линию по производству картонных тубусов с пластиковым дном и крышкой. Благодаря этому упаковка стала дешевле на 20–30%».

«Давайте представим, что соляное озеро – это пирог, – предлагает Аблай Габжалилов. – Его делят на восемь частей, огромные комбайны врезаются в пласт глубиной 1,5 метра и буквально выгрызают кусок пирога – 300–400 тыс. тонн соли в год. Соль по нашей железнодорожной ветке везут 20 км на бугор – соляную гору высотой с 10-этажный дом. Уже оттуда она идет в цеха на переработку (промывается, сушится, перемалывается, а пищевая соль в обязательном порядке йодируется). Через два года добывается второй кусок, и так по кругу. Через 25–30 лет первый кусок восстанавливается полностью, и там опять можно добывать».

В-третьих, бизнес-партнеры увидели, что предприятие можно развивать. «Прежние акционеры тоже видели перспективы, но у них были сложности в реализации этих вопросов, – говорит Мукашев. – Однако они сделали главное – сохранили предприятие на плаву, хотя в кризис 2008–2009 оно было на грани остановки».

«Арултуз» «посолили» на $20 млн

Предприниматели знают: при прежних собственниках в производство вкладывали деньги, но недостаточно, поэтому на момент покупки «Аралтуз» остро нуждался в инвестициях. Нужно было вложить $20 млн, чтобы предприятие начало расти. Новые владельцы нашли эти деньги (были привлечены собственные и заемные средства) и в 2012 запустили инвестиционную программу из четырёх этапов.

«Когда мы пришли на предприятие, здесь стоял только украинский завод, построенный ещё в советские времена. Все узлы и агрегаты, которые можно было починить и заменить, мы починили и заменили, осуществили капитальный ремонт железнодорожных путей и складских помещений. Только в результате модернизации старой украинской линии мощность была увеличена в 2 раза – с 60 тыс. до 120 тыс. тонн», – говорит член совета директоров АО «Аралтуз».

Одновременно с этим были введены в эксплуатацию линия по производству высококачественной соли и газовое оборудование, приобретены упаковочные автоматы, инсталлирован новый испанский завод мощностью 80 тыс. тонн в год, который использует современную технологию переработки соли лучшего качества с наименьшей себестоимостью.

Помимо этого, как заявил Bank RBK, у которого кредитуются соледобытчики, успешное прохождение первого и второго этапов инвестпрограммы позволило «Аралтузу» увеличить объем производства продукции: в 2014 рост составил 25% по сравнению с предыдущим годом.

С марта 2015 компания приступила к воплощению в жизнь третьей и четвертой частей инвестиционного плана. В этот период будет автоматизирован погрузочный комплекс, увеличены забойные пути, проведен капремонт солекомбайна и тепловозов, будет запущен испанский цех №2. На эти цели, как сообщают в АО «Аралтуз», Bank RBK предоставил кредит в размере 1,37 млрд тенге в рамках госпрограммы льготного кредитования крупных предприятий.

«Кроме того, по линии Банка развития Казахстана мы смогли перекредитоваться под 6% на 10 лет. Это мощная поддержка со стороны государства, – отмечает Мукашев и добавляет: – Когда мы пришли, здесь добывали 200 тыс. тонн соли раз в два года, этого было достаточно. Но с 2013 мы начали вести добычу ежегодно, чтобы выполнять план. В 2015 у нас план по производству и реализации – 240 тыс. тонн, то есть будет рост в 2,5 раза за три года по всей товарной линейке. План производства на 2017, когда инвестпрограмма уже будет полностью завершена, – 450 тыс. тонн, то есть рост в 5 раз, если исходной точкой брать 2012».

Зачем наращивать мускулы

Специфика внутреннего рынка пищевой соли такова, что он растёт только пропорционально росту населения. За последние 10 лет население Казахстана увеличилось всего на 2 млн 300 тыс. человек – с 15 млн 200 тыс. в 2005 до 17 млн 500 тыс. в этом году. При условии, что человек потребляет 2 кг соли в год, емкость «разрослась» всего на 4,6 тыс. тонн. Это капля в море. Так зачем наращивать объёмы?

Представители АО «Аралтуз» соглашаются с тем, что казахстанский рынок пищевой соли небольшой – страна съедает в год примерно 80 тыс. тонн «пищёвки». И, тем не менее, они как крупнейшие соледобытчики активно поставляют в местные магазины свой товар.

По мнению опрошенных экспертов, на долю «Аралтуза» приходится примерно 70% этого рынка, около 30% занимает «Павлодарсоль», оставшуюся мизерную часть покрывают соляные артели в разных регионах Казахстана.

Сами предприниматели предполагают, что до девальвации российского рубля закрывали почти 90% рынка «пищевки».

«Сейчас 45% нашей продукции мы самостоятельно или через дистрибьюторов распространяем по всему Казахстану, 45% уходит в Россию, оставшиеся 10% продаем в Азербайджан, Грузию, Узбекистан, а также в Киргизию, где являемся основными поставщиками соли», – рассказывают о структурах продаж бизнес-партнеры.

Кроме того, бизнесмены считают, что не стоит ждать милости от рынка – нужно предлагать ему новые продукты и за счет этого увеличивать объемы производства. «Раньше мы производили фасованную пищевую соль крупного помола и совсем немного – около 10–20 тыс. тонн в год – технической соли, которую для своих нужд покупают нефтяные компании, ГРЭС, жилищно-коммунальные предприятия, – указывает на исходные условия Даурен Мукашев. – Установка испанской линии помогла нам расширить линейку продуктов: появилась соль мелкого, или нулевого, помола».

Аблай Габжалилов добавляет: «Мы поставили цех по брикетированию, где делаются так называемые лизунцы – соль для животных. Это не простой производственный цикл: надо спрессовать брикет так, чтобы он не развалился при транспортировке. Мы смогли это сделать. Кроме того, мы обогащаем лизунцы добавками, которые нам рекомендовал научно-исследовательский институт животноводства. Теперь у нас нет отбоя от заказов на лизунцы – мы продаем их и местным животноводам, и российским».

Еще один новый продукт – это запечатанные тубусы-солонки. Предназначены они для покупателей, которые не готовят дома, которым некогда или попросту неохота пересыпать соль из пакетов в солонки. Это небольшая ниша – 3–4% от всех продаж, но многообещающая: на элитном товаре можно заработать больше, чем на килограммовых мешках с солью.

«В розницу килограммовый пакет соли в среднем стоит 50 тенге, а тубус объемом 250 г – 150 тенге, в Германии это будет стоить €1,5–2. То есть перспектива хорошая, его можно экспортировать хоть куда. Хотим его выставлять сейчас в магазинах Дубая, – рассказывают о планах собеседники. – Там проживает свыше 3 млн человек, поэтому если твой товар появляется на полках, то неизбежно распродаётся».

К тому же сам логистический бог велел казахстанскому предприятию прокладывать дорогу в Эмираты. «Мы находимся возле станции Саксаульская, – указывает на выгодное местоположение Мукашев. – Оттуда, используя недавно построенный железнодорожный коридор, через Туркменистан и Иран можно довезти соль до Персидского залива, а там уже и в Дубай».

Фото: Александр Кочерещенко
Оборот АО «Аралтуз» в 2012 составил 1,7 млрд тенге. К 2015 он вырос в 3 раза – до 5,5 млрд тенге. В структуре производства компании пакетированная пищевая соль занимает 60%, техническая – 25%, прочая продукция (соль в тубусах, соль для нужд животноводческих хозяйств) – 15%. Сейчас В АО «Аралтуз» работает 950 человек (в 2012 – 600 человек), а средняя заработная плата составляет 70–75 тыс. тенге. Уже к 2016 штат будет увеличен до 1200–1300 человек. Фактически компания обеспечивает работой все село Жаксыкылыш с населением 15 тыс. человек, а для Аральского района является районообразующим предприятием.

Экспортные амбиции

Как отмечает председатель совета директоров АО, при составлении стратегии развития они сделали ставку на Россию, где рынок «пищёвки» достигает 1,2–1,3 млн тонн в год и куда сейчас в рамках ЕАЭС можно беспрепятственно доставлять товар.

Амбиции соледобытчиков имеют право на жизнь: специалисты оценивают его экспортный потенциал в 60% от объема производства. Цифра серьёзная, если сравнивать с другими казахстанскими экспортерами, у которых этот показатель в среднем не превышает 15%.

«Мы понимаем, что сейчас экономику России и Казахстана лихорадит. Поэтому для нас важно занять нишу в России, продавать пусть с убытками, пусть с маленьким доходом. Но когда всё стабилизируется, мы уже там будем присутствовать, сможем наверстать упущенное и даже продавать другие товары по этим каналам», – говорит о перспективах Габжалилов.

Если в 2012 «Аралтуз» не отгружал в Россию ни грамма соли, то в 2013 экспортировал уже 40 тыс. тонн, в 2014 – 80 тыс. тонн, в 2015 эту цифру партнеры хотят довести до 100–120 тыс. тонн. «Аралтуз» с брендом «Славяна» представлен в крупнейших региональных и федеральных сетях России, начиная от «Магнита», «Мария-Ра», «Ашана», Х5 Retail Group, «Дикси» и т. д. «География наших продаж – от Краснодарского края до Урала и Сибири. Когда заходишь в московский супермаркет и видишь нашу упаковку, то испытываешь невероятные ощущения», – делится Даурен.

950 человек работает В АО «Аралтуз» сегодня

Остроты ощущениям добавляет тот факт, что бизнесменам пришлось буквально зубами вгрызаться в российский рынок. «Мы участвовали во всех международных выставках, нам серьезно помогали сотрудники Kaznex Invest. Мы настойчиво стучали во все двери, где-то нам помогала рыночная ситуация, где-то усталость от постоянного поставщика, который стал ретейлерам диктовать условия. Была проведена огромнейшая работа. Только терпение и труд дали такой эффект», – уверен член совета директоров АО «Аралтуз» Мукашев.

Российские солевары тоже времени даром не теряют и заходят на казахстанский рынок. «У нас внутри страны падают продажи, но не критично, как у других производителей пищевой промышленности, – отмечает Даурен. - Возьмем, к примеру, палку казахстанской колбасы. До августовской девальвации она, условно, стоила 2 тыс. тенге. Российский или белорусский производитель такую же колбасу мог поставлять за 1 тыс. тенге. Очевидно, что покупатель переключался на российское. У нас другая ситуация, так как цены другие. В розницу килограмм нашей соли стоит в среднем 50 тенге, россияне предлагают такой же товар за 40 тенге. Разница несущественная, к тому же казахстанский покупатель очень лоялен к нашему бренду».

Бизнесмены говорят, что ослабление тенге поможет им удержать покупателей. Однако, если рубль вновь будет стремительно дешеветь, а тенге – нет, то даже в солевом сегменте потребитель будет плавно уходить к российским конкурентам.

«Но мы с оптимизмом смотрим в будущее, – заверяют руководители АО «Аралатуз». – Мы написали программу развития до 450 тыс. тонн. С учётом того, что запасы наших озер (они занимают площадь в 7500 га) составляют 30 млн тонн соли, мы можем производить 1 млн тонн в год, не нарушая естественный процесс образования минерала. Вот сегодня снимают санкции с Ирана, а там 80 млн человек живёт. Может, Иран нашу килограммовую соль будет потреблять или элитную в тубусах. Кто знает!»

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
21264 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Загрузка...
29 ноября родились
Бахыт Султанов
министр торговли и интеграции
Нуржан Субханбердин
бизнесмен
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить