Чем занимается человек, стоявший за созданием «Иглы» и рекламы МММ

Бахыт Килибаев пришел в кино почти случайно: в студенческие годы решил по совету сестры записаться на сценарные курсы «Казахфильма», чтобы скоротать вечера

Бахыт Килибаев
Фото: Андрей Лунин
Бахыт Килибаев

За долгие годы он успел поработать в разных жанрах: был сценаристом и режиссером нескольких полнометражных картин, снял знаменитые рекламные ролики для Казкоммерцбанка и АО «МММ».

С начала 1990-х Бахыт Килибаев живет на три города: часто бывая в Москве и Санкт-Петербурге, не забывает о родном Алматы, где мы с ним и встречаемся.

Наследие войны

- Если бы не война, меня бы точно не было, – рассказывает Килибаев. – Мои родители встретились в 1943-м на фронте. Папа – казах из Джамбульской области, мама – еврейка из Калуги. Нереально им было бы пересечься в других обстоятельствах. После войны они переехали в Алма-Ату, где я и родился.

Детство Бахыта прошло в доме на пересечении улиц Гоголя и Панфилова.

- Это был ведомственный дом КГБ Казахской ССР, он и сейчас там стоит. Заселили его в 58-м, – рассказывает он. – Тогда вокруг были одни бараки – дом напротив с гастрономом «Юбилейный» еще не построили. Детей было очень много, помню подростковые «движения». Меня, правда, они не сильно коснулись. Я не был в это погружен.

В памяти Бахыта запечатлелся один яркий эпизод из того времени.

- Мы во дворе запускали бумажные самолетики, – вспоминает он. – В какой-то момент я начал понимать, как их складывать, чтобы они взлетали повыше. Применил все свои навыки, запустил самолетик, а он попал в какую-то волну и стал круг за кругом подниматься. Взлетел над крышей и полетел в сторону старого Дома правительства. Мы все побежали за ним. Пока он был в небе, я испытывал с ним какую-то связь: ведь я его запустил, и у всех это вызвало восторг.

Идеализировать советскую эпоху собеседник не хочет: он видит в ней зачатки многих сегодняшних проблем. Границ между хорошим и плохим, «праведным и неправедным», по его мнению, тогда не было. Килибаев родился всего через 13 лет после окончания войны. И хоть она и казалась ему в детстве «чем-то далеким», теперь, задним числом, он понимает: люди были войной искалечены.

- Что было не так в то время? Наш двор был ведомственный. Когда пацаны попадали в истории, отцы их отмазывали одним звонком, – рассказывает Бахыт. – Так продолжалось до тех пор, пока отмазать было уже невозможно. Среди моих ровесников из той среды в живых осталось процентов семь. Первые ушли в подростковые годы: самоубийства, драки. Очень много было талантливых людей, не приспособленных к социальной жизни. Им не было места, они ярко жили и рано уходили.

Случайный выбор

После окончания школы Бахыт уехал в Ленинград, где поступил на восточный факультет ЛГУ. В скором времени, однако, он осознал, что учиться там не хочет. Дело было не в самом университете (обстановка там была приятная), а в возлагавшихся на студентов надеждах.

- Мне не то чтобы лень учиться было, – говорит собеседник, – просто как-то раз на военной кафедре познакомился с 18-летним парнем – членом партии. Вижу, он ведет себя как-то не так, и вдруг начинаю понимать, что это и есть мое будущее: все условно, искусственно. Реально не мое. И я вернулся в Алма-Ату.

Здесь бывшего студента ЛГУ ждало новое приключение, о котором он вспоминает с улыбкой:

- Приехал – надо что-то делать. Устроился в гостиницу «Казахстан» напротив ЦУМа (впоследствии – гостиница «Жетысу». – F) радиотехником. Работал, получал на руки 72 рубля, и мне не хватало: женатый человек. Решил таскать чемоданы. За каждый к зарплате добавляли по 15 копеек. Как-то раз один знакомый мне говорит: «Ты же в гостинице работаешь? Купи джинсы у иностранцев». Дал рублей 300. К вечеру следующего дня у меня в кармане было уже 700. В общем, я все понял и стал фарцовщиком. Эта история продолжалась некоторое время, а потом мне мама сказала: «Папу сослуживцы в КГБ предупредили, что тебе за такое светит тюрьма». Я решил не искушать судьбу.

Некоторые эпизоды из тогдашней жизни Килибаева впоследствии легли в основу сценария фильма «Игла», над которым наш герой работал совместно с Александром Барановым.

С прообразом Спартака (герой Александра Баширова. – F) я познакомился как раз в то время, когда работал в гостинице, – поясняет собеседник. – История Дины (Марина Смирнова. – F) чем-то похожа на историю моей первой жены, с которой мы жили в той самой квартире с камином, задействованной в фильме.

«Игла» случилась через несколько лет после того, как Бахыт узнал от сестры о сценарных курсах «Казахфильма». Они были бесплатны и открыты для всех желающих. Из любопытства он решил пойти и неожиданно увлекся: встретил интересных людей, стал с удовольствием выполнять задания.

- Я много читал с детства, и писатели в моем воображении стояли на пьедестале, – говорит Килибаев. – В какой-то далекой перспективе я видел себя одним из них, но пробовать перо мне и в голову не приходило. На курсах я начал писать в рамках заданий. И вдруг что-то начало получаться.

Весной 1980 он отправил одну из своих работ во Всесоюзный государственный институт кинематографии (ВГИК). Оттуда пришла телеграмма, в которой начинающего сценариста приглашали в Москву на сдачу экзаменов. А ему нужно… идти в армию.

- Деваться некуда, прохожу призывную комиссию, – смеется Бахыт. – Тут выясняется, что у меня зрение за полгода село настолько, что выписывают «белый билет». Служба теперь мне не светит, и я поступаю во ВГИК.

Бахыт Килибаев
Фото: Андрей Лунин
Бахыт Килибаев

Встреча в большом доме

В конце 1980-х на «Казахфильме» начались съемки знаменитого впоследствии фильма «Игла», где сыграл Виктор Цой. Режиссером картины, сценарий к которой написали Килибаев и Баранов, стал другой начинающий кинематографист – Рашид Нугманов.

Когда Нугманов закончил работу над фильмом, сразу стало ясно: сняли что-то необычное. По Алма-Ате пошел резонанс, и сценаристов фильма пригласили в цитадель власти – ЦК Компартии Казахстана. На встречу пришли функционеры от кинематографа: председатель Госкино Канат Саудабаев и директор «Казахфильма» Сламбек Таукелов. Им предстояло отправить «Иглу» в союзный Комитет по кинематографии. Для этого надо было посмотреть, что же получилось.

- После показа Саудабаев беседовал с каждым из нас по отдельности, – вспоминает Килибаев. – Вызывает меня и спрашивает, что я думаю о фильме. Я отвечаю: «Честное слово, Канат Бекмурзаевич, если есть какие-то памятные доски, то сейчас там появилась надпись: «Игла», «Казахфильм», 1988 год». Вам не будет стыдно за это». Фильм выпустили, и он вошел в число лидеров советского проката по итогам года.

Сергей Мавроди и Леня Голубков

1990-е годы Килибаев встретил в Москве. Это время – самое авантюрное, пожалуй, в его жизни. Оно ознаменовалось знакомством с Сергеем Мавроди, основателем крупнейшей в истории России финансовой пирамиды АО «МММ». Для Мавроди наш герой снял серию рекламных роликов о Лене Голубкове, ставших частью народного фольклора.

Познакомился Бахыт с Мавроди, когда искал деньги на съемки нового фильма.

- У моего знакомого по имени Гиви на «Мосфильме» были связи, – вспоминает Килибаев. – Когда он узнал, что я хочу снять очередной фильм, то посоветовал обратиться к братьям Сергею и Вячеславу Мавроди. В какой-то день я оказался в их квартире на Комсомольском проспекте. Говорю, есть вот такая история, кино можно снять. Если такие деньги истратить, столько можно в прокате вытащить. Оставляю им полторы страницы текста. Сергей Пантелеевич меня выслушал и попросил прийти послезавтра.

В назначенный день режиссер вновь приехал на Комсомольский проспект.

- Заходим в квартиру, – продолжает вспоминать собеседник. – Мавроди мне с ходу говорит: «Я подумал: нормально. Буду это финансировать». Я стою и понимаю, что если уйду, то все может сорваться. А на дворе 1991, бешеная инфляция. Предлагаю ему дать мне денег на пленку, пока та не подорожала. Он выходит из комнаты и через минуту возвращается с полиэтиленовым пакетом, в котором лежат два перевязанных бруска денег со свинцовыми печатями. Говорю ему: «Наверное, расписаться надо». Он мне в ответ: «Вы что, сбегать собрались? Нет? Тогда ничего не надо. Истратишь – скажешь». Так и повелось: я у него никогда ничего не брал просто так. Это потом уже выяснилось, что в хранилищах видеонаблюдение велось.

В ноябре 1993 Мавроди впервые рассказал Бахыту о намерении запустить «МММ». Килибаев не поверил в осуществимость этих планов, но Мавроди никого не слушал.

- Он мне объяснял, что собственность, которая тогда приватизировалась, была недооценена в тысячи раз, – говорит собеседник. – Мол, если набрать денег и вложить их в акции, можно будет и с людьми расплатиться, и заработать. Я не все понял, но с Мавроди особая история.

Мавроди запустил «МММ», и ему понадобилась реклама.

- Он мне говорит: «Бахыт, в мире живет до 5% людей, считающих себя самостоятельно мыслящими, и они меня не интересуют, – вспоминает Килибаев. – Сказал, что снимать послезавтра. Я ничего не планировал. Попросил ассистента найти разных актеров, в назначенный день утром приехал в офис, толком не выспавшись. Что делать? Начали работать. Сняли несколько сцен, потом прошу одного из актеров, Володю Пермякова, сказать: «Куплю жене сапоги». Он произносит эти слова с нужной интонацией со второй попытки, и тут я понимаю: что-то получилось. Потом уже придумали все остальное.

Фраза про сапоги почти сразу же ушла в народ. К середине 1994 пирамида Мавроди стала рушиться, а вскоре его объявили в розыск.

- Тогда мысль о том, что меня хлопнут, маячила, – признается Килибаев. – Я отдалил семью, детей, разделил оставшиеся деньги между членами команды. До этого Сергей мне сказал: «Захотят убить – убьют. Помешать этому нельзя, но и помогать не нужно. Ты сними несколько квартир и живи в них по алгоритму». Так я и сделал.

Вместе сильнее

Килибаев убежден: мир стоит на пороге кардинальных преобразований. Считает, что реальность скоро изменится так, что мы ее не узнаем.

- Новое поколение, нынешние 25-летние, сформировалось во взаимодействии IT-среды. Они понимают, что любая форма сотрудничества эффективнее любой формы борьбы. У молодых сознание шире, и они никогда не смогут воспринимать мир глазами родителей, – говорит он.

Килибаеву очень интересно наблюдать за переменами: он увлечен новыми технологиями и старается использовать их в работе.

- Четверть века назад наша команда сняла серию роликов для «Астаны Моторс», – напоминает он еще об одном из известных проектов. – Один из роликов назывался «У любви нет преград». Он оказался резонансным, люди его запомнили. Прошло 25 лет, и Нурлан Смагулов предложил мне снять продолжение той серии. Я в свою очередь высказал идею устроить конкурс на лучшую историю среди клиентов компании. Выберем 10 самых интересных рассказов, снимем на их основе ролики, выложим в интернет и устроим голосование. Мне очень нравится! 

FЕсли вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter

Об авторе

 

Статистика

1990
просмотров
 
 
Загрузка...