Сатпаев: Реанимируют ли Назарбаев и Путин полумертвый ЕАЭС?

Кто-то подсчитал, что еще в прошлом году Казахстан занял первое место по количеству зарубежных визитов президента России Владимира Путина. На этот раз визит оказался скоростным

Вадимир Путин и Нурсултан Назарбаев.
Фото: Акорда
Вадимир Путин и Нурсултан Назарбаев.

Возможно, самой болезненной темой переговоров Владимира Путина и Нурсултана Назарбаева являются очередные проблемы, возникшие внутри Евразийского экономического союза.

Вся пикантность ситуации заключается в том, что значительная часть этих проблем создавалось самой же Россией в отношениях со своими партнерами, которые часто ставились перед фактом очередных геополитических авантюр Москвы. В результате, прямо или косвенно, эти решения наносили удар по экономическим интересам других участников ЕАЭС. Но, как дипломатично заявил по этому поводу президент России на нынешней встрече с главой Казахстана, «…наши интеграционные вопросы решаются в текущем режиме. Разумеется, как и везде в большой работе, есть и сложности, и проблемы, требующие внимательного отношения со стороны первых лиц».

Кстати, в глаза бросается то, что незадолго до приезда Путина в Алматы Назарбаев провел телефонные переговоры с главой Белоруссии Александром Лукашенко, во время которого они обменялись мнениями по вопросам текущей деятельности и дальнейшего развития Евразийского экономического союза.

Не секрет, что сейчас отношения Москвы и Минска снова в состоянии «информационной войны» по поводу очередных трений в рамках ЕАЭС, что не может не беспокоить Астану, у которой на этом фоне свои проблемы с Кыргызстаном, который не перестает обвинять Казахстан в создании искусственных препятствий для киргизских товаропроизводителей. Еще в марте прошлого года вице-премьер Кыргызстана Олег Панкратов заявил, что Казахстан пытается не допустить выход КР на рынок России, создавая различные препятствия.

Одним словом, ЕАЭС, как изначально «полумертвый проект», в последние годы если и демонстрирует признаки жизни, то только подёргиваясь от таких внутренних конфликтов и взаимных обвинений. Вполне возможно, что на этом неблагоприятном фоне Астана попытается выступить посредником в урегулировании очередных трений между Москвой и Минском, дискредитирующих идею тесного экономического партнерства в рамках ЕАЭС, который президент Казахстана рассматривает как свое детище. Тем более, что весной 2017 должно пройти заседание Высшего евразийского совета в Бишкеке. Но к этому событию ЕАЭС опять подвезут на больничной коляске.

Снижение товарооборота между государствами-участниками Евразийского экономического союза продолжается уже не первый год. Как отмечают эксперты, товарооборот Казахстана со странами ЕАЭС упал почти на 26%. При этом объем нашего экспорта (в основном, сырье) падает быстрее, чем импорт в Казахстан из других стран союза.

Руководитель Центра интеграционных исследований Евразийского банка развития Евгений Винокуров связывает это с тем, что Казахстан был и остался «сырьевым придатком»,  хотя, по его мнению, реально нарастить можно только несырьевой экспорт, который у нас ограничен. Но даже тот экспорт что есть, до сих пор встречает кучу препятствий на своем пути в виде нетарифных методов регулирования со стороны той же России.

Даже лидер пропрезидентской партии «Ак Жол» Азат Перуашев не так давно заявил о нарушении справедливой конкуренции в рамках ЕАЭС, так как внешними «партнерами» регулярно создаются барьеры для казахстанского бизнеса на едином рынке. Особенно этим злоупотребляет Россия, где в прошлом году было принято постановление правительства «О приоритете товаров российского производства».

И до сих пор слабым местом ЕАЭС является то, что политической конъюнктуры здесь все еще больше, чем экономического реализма. Вокруг этого объединения постоянно идут разные политические игры. Например, в 2016 один из «новичков» ЕАЭС – Армения – даже обвинила Казахстан в том, что, отказавшись от участия в саммите премьер-министров стран-членов ЕАЭС в Ереване во время очередного разгара конфликта в Нагорном Карабахе, Астана тем самым поддержала Азербайджан и, следовательно, «подорвала репутацию организации».

Таможенный кодекс ЕАЭС, который должен вступить в силу с 1 июля 2017, подписали в конце 2016 все участники саммита в Санкт-Петербурге, кроме президента Белоруссии: он выразил свое недовольство действиями России по созданию пограничного контроля на российско-белорусской границе. Более того, в начале декабря прошлого года в Минске на совещании по проекту договора о Таможенном кодексе ЕАЭС Александр Лукашенко в очередной раз поднял вопрос о смысле существования Евразийского экономического союза, в котором постоянно возникают взаимные претензии. При этом самая главная проблема – взаимное недоверие участников этого интеграционного объединения по отношению друг к другу.

Интересно, что все те обвинения, которые сейчас сыплют евроскептики в адрес того же Европейского Союза, начиная от чрезмерной бюрократизации и заканчивая ущемлением национального суверенитета, напоминают те же «камни», которые кидают «евразэскептики» в огород ЕАЭС. И это притом, что Евразийский экономический союз еще далек до более тесной интеграции в стиле ЕС.

Но к этим обвинениям также добавляется и свой «суповой набор» характерный для большинства членов союза. Высокий уровень коррупции, чрезмерное вмешательство государства в экономику, раздутый бюрократический аппарат, отсутствие полноценной рыночной экономики и т.д. Эти проблемы характерны для всех участников ЕАЭС, и они уже заразили этими «болезнями» само региональное объединение.

FЕсли вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter

Об авторе


политолог

 

Статистика

9587
просмотров