Национальная платёжная система: банки Казахстана ждут правил игры

Национальный банк до 1 октября этого года совместно с правительством и Агентством по регулированию и развитию финансового рынка разработает программу развития национальной платежной системы (НПС)

ФОТО: © Depositphotos.com/Maximkostenko

По словам главы Нацбанка Ерболата Досаева, этот шаг обусловлен необходимостью борьбы с теневой экономикой и повышения доли безналичных расчетов. Статистика регулятора показывает, что с 2016 по 2020 количество платежных карт в обращении, а также число их держателей удвоилось. Число карт увеличилось с 15,7 млн до 32 млн, а держателей – с 14,2 до 29,8 млн. При этом рост населения за этот период был скромнее – с 17,9 млн до 18,6 млн человек.

Прирост количества карт привел к увеличению числа и объема безналичных платежей, в том числе по номеру мобильного телефона, привязанного к карте. Финансовый блок правительства забеспокоился, что переводы по номеру телефона не фискализируются, хотя используются в том числе для оплаты товаров и услуг. Первый вице-министр финансов Берик Шолпанкулов заявил, что нужно заставить платить налоги мелких предпринимателей, использующих такие платежи в своей деятельности. Его поддержал Досаев: «Увеличение объема безналичных платежей должно сопровождаться увеличением дохода в бюджет. Это нормально».

В целом игроки рынка считают естественным отслеживать серые транзакции с учетом высокой доли теневой экономики.

- Однако нужно не забывать, что налоги не платят не от хорошей жизни. Компания с нормальной маржинальностью и стабильной бизнес-моделью считает риски и не хочет потерять бизнес за неуплату налогов. Не платят те, для кого оплата будет сравнима с закрытием бизнеса. Когда ты конкурируешь с компанией, которая работает «всерую», то не можешь себе позволить налоги, потому что теряешь конкурентоспособность. Задачей фискальных органов должно стать создание единых условий для всех сегментов бизнеса, без каких-либо исключений. Статистика безналичных транзакций показывает, что сейчас это явно не так. В Туркестанской области с населением 3 млн человек, транзакций в 10 раз меньше, чем в Нур-Султане с населением 1 млн. Это явно говорит о проблеме с контролем и мониторингом, а не с безналичными платежами, – комментирует директор центра по развитию финансовых технологий и инноваций АФК Константин Пак.

В Евразийском банке сообщили, что наблюдают массовый отказ участников рынка от традиционной модели C2B-платежей (потребитель – бизнесу) при реализации товаров и услуг. Все большее значение приобретают инструменты электронных платежей и переводов. За последний год доля оплаченных товаров и услуг в интернете повысилась в 1,5 раза. Значительную часть прироста обеспечили дистанционные платежи через мобильные приложения либо переводы.

«Мы согласны, что существует прямая связь развития быстрых переводов и платежей со снижением теневых оборотов. Особенно если система мгновенных платежей станет по стоимости и удобству для клиента более привлекательной, чем переводы на неидентифицированные электронные кошельки с дальнейшим обналичиванием денег. Подключение предприятий торговли и сервиса к системе мгновенных платежей поможет увеличить долю безналичного декларируемого оборота», – полагают в банке.

Между тем в Казахстане с февраля 2019 работает Sunqar – созданная под эгидой Нацбанка система мгновенных платежей по номеру мобильного телефона. Она задумывалась как альтернатива международным платежным системам, чтобы исключить риск контроля над процессами со стороны внешних систем, а также уменьшить стоимость переводов и платежей. На первом этапе система должна была переводить деньги между физическими лицами. По мере развития сервиса к нему должны подключиться юридические лица и индивидуальные предприниматели и с помощью сканирования QR-кодов расплачиваться мобильным телефоном в розничной торговле.

В Sunqar пригласили все казахстанские банки, но присоединились на старте лишь три. Весь прошлый год ожидалось подключение десятка других. Однако чуда не произошло: БВУ проигнорировали государственный проект. Банки-участники, опрошенные Forbes Kazakhstan, отказались от комментариев.

Источник, знакомый с ситуаций, на условиях анонимности рассказал, почему система не оправдала ожиданий: «Трафик переводов по этой системе у банков минимальный, как исходящий, так и входящий. Ожидаемого промоушена от Нацбанка не произошло. Уже год говорят о тестировании системы в Сбере, АТФ и других банках. Но, по моим источникам, никто там интеграцией де-факто не занимается. Возможно, это было просто продекларировано на уровне руководства банков». По словам собеседника, клиенты опасаются переводить деньги по номеру телефона в другой банк, так как не уверены, что они попадут на счет получателя: «Даже в нашем банке были кейсы, когда клиент другого банка переводил деньги нашему клиенту, а у нас этот номер оказывался прикреплен к другому лицу».

Эксперт отмечает, что сама идея Sunqar здравая и является прежде всего попыткой сопротивления тотальному наступлению Kaspi на рынке. «Если бы переводы были бесплатными хотя бы в небольшом лимите, а монетизировалась эта система уже при более крупных суммах или на чем-то смежном, можно было нарастить трафик, а затем на хорошей клиентской базе развивать различные партнерские сервисы. В Нац­банке работают квалифицированные технари и систему написали хорошую, а вот сервиса или продукта не получилось», – резюмирует спикер.

- Большой минус Sunqar состоит в том, что это не платежная система в полном смысле определения, а техническое решение. Любая платежная система – это в первую очередь набор отношений и договоров между участниками, которые четко регулируют, кто где зарабатывает, кто кому возвращает деньги, как происходит арбитраж в случае проблем. В случае Sunqar этой части просто нет. Нацбанк создал техническую базу, а договоренности и развитие системы отдал рынку. В итоге ничего не пошло, – объяс­няет Пак.

Важно отметить, что в Казахстане уже создана полноценная архитектура платежного рынка. В стране работают свыше 20 платежных систем, в том числе мировых игроков и местных банков. Рынок ждет от стратегии развития НПС уточнения правил игры. В частности, в Евразийском банке считают, что создание такой системы имеет смысл при заинтересованности всех крупных финансовых институтов. Сегодня на рынке есть несколько закрытых систем переводов и платежей, которые не охватывают всех участников. Нет общепринятых правил функционирования, единой идентификации платежей, стандартов операций и инструментов. Ввод удаленной идентификации клиентов на законодательном уровне, в том числе с использованием биометрических данных и единых государственных баз плательщиков, помог бы рынку продвинуться в части отказа от наличного оборота денег. Это также сократило бы расходы на содержание инфраструктуры обналичивания (банкоматов, киосков, отделений и пр.). Также важны понятные и прозрачные механизмы безопасности таких платежей: тарификация, регламенты взаиморасчетов и диспутных ситуаций.

«Основная цель проекта в нашем видении – платежи в течение нескольких секунд по одному идентификационному параметру, например телефонному номеру, для всех физических и юридических лиц. А для банков и других участников – получение от регулятора единого программного обеспечения (API) для быстрого подключения. При этом идентификацию клиентов следует осуществлять регулятору либо организации, нанятой для этой цели», – комментируют в Евразийском.

По мнению Пака, рынок устроят два варианта развития НПС. Во-первых, запуск платежной системы, которую рынок использовал бы на коммерческих условиях, без применения административных рычагов. Иными словами, участие в НПС не должно быть обязательным, но теоретически будет предполагаться, что банки с удовольствием в ней поучаствуют из-за удобства и низких тарифов.

Здесь я никаких рисков не вижу, конкуренция – это всегда хорошо. Единственное, хотелось бы видеть именно конкуренцию, а не субсидирование комиссии, – уточняет Пак. Второй вариант – создание стандартов для взаимодействия успешно работающих платежных систем.

- С моей точки зрения, это более здравый подход, так как систем у нас достаточно. Если мы выделим значимые платежные системы и скажем, что игроки должны обеспечить некую интеграцию между собой на понятных коммерческих условиях, это будет выгодно и интересно. Например, можно разработать единую систему клиринга по платежным инструментам на базе QR-кода. И поднять конкуренцию для игроков, которые чувствуют себя монопольно и у которых большие доли рынка. Однако здесь нужен хороший анализ регуляторного воздействия, которое становится ключевым, – отмечает собеседник.

Он обращает внимание, что любое регулирование прежде всего затрагивает местные компании. Есть участники рынка, не попадающие под регулирование, хотя и работающие в стране, – это нормально с точки зрения того, как устроен интернет. Но ужесточение регулирования казахстанских компаний приведет к регуляторному арбитражу и к тому, что они начнут уходить в соседние юрисдикции и действовать оттуда. Для пользователя ничего не меняется, свои услуги он получает, а вот страна теряет рычаги воздействия и налоговые отчисления.

Пак замечает, что следует различать декларируемые и реальные цели развития НПС. Если цель повысить конкуренцию на рынке и снизить комиссии, это одно решение. Если цель получить данные по всем транзакциям, это другое решение, которое как раз предполагает обязательную платежную систему, через которую будут проходить транзакции.

- Желание государственных органов получать как можно больше данных с финансового сектора, в том числе содержащих по текущей трактовке банковскую тайну, мы видим в разных инициативах чуть ли не каждый месяц. Создание некой централизованной системы позволит государству получать данные напрямую, без запроса у участников рынка. И уже далее, внутри государственных структур, обмениваться данными. У нас за последние годы сильно поистерлось понятие банковской тайны, что не идет на пользу рынку, – указывает собеседник.

В случае реализации такого сценария Нацбанк получит серьезный риск на международном уровне, считает он. Существует GDPR – закон, защищающий персональные данные граждан Евросоюза. Эти граждане совершают транзакции в сетях казахстанских банков. Если их данные перейдут третьей стороне (государству) или, еще хуже, потеряются на этапах передачи, хранения или анализа и они потом всплывут в открытом доступе, то отечественным БВУ грозят серьезные штрафы.

- Сейчас идет этап ранних консультаций с рынком, и я надеюсь, что мы сможем выработать здоровый подход к данному вопросу, – резюмирует Пак.

Эксперты полагают, что к реформированию НПС следует подходить с осторожностью. Если что и надо сделать, то сбалансировать риски и обеспечить условия для равной конкурентной борьбы. Когда появляется крупный игрок, есть риск того, что в случае его ухода рынок может понести ощутимые потери. Поэтому НПС должна быть не централизованной, а кластерной: если «падает» какой-то игрок, на его место приходит другой. Создание государственных систем, которые обычно централизованы, создает риск того, что в случае неэффективной работы значимого игрока рынок останавливается в развитии. Ведь конкурировать с игроком, который использует административные рычаги, всегда сложно, и такие условия лишают рынок инвестиций и развития. Пока Казахстан представляет собой вполне дружелюбное поле для глобальных мировых игроков, готовых конкурировать за этот рынок и вкладывать в него деньги, а также крупных локальных участников. Хочется надеяться, что существующий статус-кво не будет нарушен.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
9670 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
20 сентября родились
Айдын Рахимбаев
основатель и председатель совета директоров BI Group, №4 рейтинга рантье - 2019
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить