МКО и владельцев криптовалют ждёт ужесточение

В 2022 году Казахстан посетят эксперты Евразийской группы по противодействию легализации преступных доходов и финансированию терроризма. Итогом станет оценка национальной системы AML/CFT республики

Эльдар Мухаметов
ФОТО: архив пресс-службы
Эльдар Мухаметов

Аббревиатура AML расшифровывается как Anti-Money Laundering – борьба с отмыванием доходов, полученных преступным путем. Обычно речь идет и о CFT - Combating the Financing of Terrorism, то есть о противодействии финансированию терроризма.

Несоответствие международным стандартам в этой области может нанести большой ущерб национальной экономике, в первую очередь пострадает инвестиционный климат. Государство должно контролировать финансовые транзакции, и вряд ли кто-то станет спорить с этим утверждением. Это вопрос государственной безопасности, потому власти и уделяют ему столь пристальное внимание. Эльдар Мухаметов, менеджер продукта для AML казахстанской софтверной компании Prime Source, уверен, что казахстанский бизнес, так или иначе связанный с движением денег, в частности ломбарды, кредитные товарищества, платежные организации, лизинговые и страховые компании, а также МКО, – ждет ужесточение контроля. Также государство более пристально будет относиться к операциям с криптовалютами.

Эльдар, если сравнивать с ситуацией в среднем по миру, насколько продвинут в смысле AML/CFT Казахстан?

- В Центрально-Азиатском регионе, безусловно, Казахстан - самый зрелый. Объясняется это, по всей видимости, тем, что мы сильнее интегрированы в глобальную экономику. Торговля с цивилизованным миром обязывает страну создать периметр AML/CFT в соответствии с международными требованиями. Были случаи в соседних странах, когда корсчета банка-корреспондента закрывались только потому, что, по мнению другой стороны, комплаенс-офицеры или страна в целом прикладывали недостаточные усилия для контроля. С точки зрения глобальных игроков доходы от работы с нашими странами не так велики, а репутационные риски могут нанести такой ущерб, что проще пожертвовать регионом, чем подставляться под удар. В Европе, Америке штрафы за невнимание к вопросу исчисляются миллионами, иногда сотнями миллионов долларов или евро.

Требования соблюдения санкционного режима, установленного США и странами ЕС, являющихся значительными торговыми партнерами Казахстана, заставляют нас усиливать контроль в этой области. Мы чаще слышим про то, что наступила эра комплаенса, и это не пустые слова. Требования к AML, санкционный комплаенс, а далее - требования к ESG будут усиливаться - это мировой тренд.

Судя по всему, у казахстанских банков процесс ПОД/ФТ организован на должном уровне. Что с небольшими игроками?

- Если говорить про БВУ, то большинство из них реализовали базовые требования для AML и для них настало время развития. В основном это связано с тем, что бизнес активно смещается в онлайн и происходит консолидация бизнеса. Банки объединяются и становятся экосистемами, их клиентская база увеличивается, скорости операций растут - необходимо соответствовать в части AML, и делать это надо уже сегодня.

В части рынка МСБ - ломбарды, МКО, платежные организации и другие СФМ – тут все не так радужно. Но, на мой взгляд, ресурсы регулятора будут направлены на то, чтобы привести этот рынок в то же состояние, что и банковский сектор. Контроль ужесточат, дисциплина исполнения требований будет расти. Этому поспособствует, в том числе, предстоящая оценка ЕАГ, в рамках которой смотрят не только дизайн национальных требований по ПОД/ФТ, но и понимание и фактическое исполнение этих требований субъектами финансового мониторинга.

А что с криптовалютой?

- В части цифровых активов будут возникать новые требования. Уже сейчас видно, как в развитых странах ужесточается контроль. Банк – это почти всегда точка вывода денег, связанных с криптовалютой, поэтому повсеместно вводится регулирование таких операций. Мы не исключение, недавние изменения казахстанских законов говорят как раз об этом. Очень интересно наблюдать за тем, что будет происходить с МФЦА. Там, как известно, действует отдельное законодательство. Но субъекты на территории МФЦА, тем не менее, точно также подпадают под финансовый мониторинг. Системы AML Prime Source, где я работаю, кстати, стоят в банках в МФЦА. И мы видим запросы на наш IT-продукт от финтех-компаний, оперирующих в МФЦА. Основные процедуры KYC (know your customer), CDD (customer due diligence) едины для всего мира, весь финтех обязан их соблюдать, вне зависимости от дислокации и резидентства.

Как вы лично стали специализироваться на AML?

- Я работал аудитором в ForteBank, в какой-то момент мне предложили перейти в комплаенс. Это довольно типичная история. Я согласился, мне и самому хотелось изучить новое направление. Стал заниматься финансовым мониторингом, какое-то время возглавлял в банке направление. Мы с коллегами строили периметр ПОД/ФТ - разрабатывали документы, процессы, обновляли ИТ-систему. Тогда же я заинтересовался Data Science. Мне стало ясно, что решение любых задач, связанных с большими данными, так или иначе, потребует подобного рода компетенций, вне зависимости от того, как называется ваша должность. Я нашел в МФТИ подходящий курс «Машинное обучение и анализ данных», закончил его.  В это же время к нам пришли ребята из Prime Source, они пытались решить вопрос выявления подозрительных операций на основе анализа больших данных, и это стало общей задачей.  В 2011 году Марк Андриссен написал известное пророческое заявление о том «software is eating the world». Было понятно, что постепенно любой бизнес станет по сути IT, и банки тут не исключение, а скорее, наиболее вероятные кандидаты для подобной трансформации.

Через какое-то время я оказался в Prime Source - мне захотелось поработать именно в IT-компании, разрабатывающей софт. Здесь, думаю, случился win-win - у меня были компетенции в области AML, я знал сторону клиента, а Prime Source искала методолога, который бы усилил команду, развивала продукт AML. Направление AML больше походило у Prime Source тогда на набор сильных, но всё же отличающихся проектов. В Prime же хотели развивать единый конкурентный продукт, который где-то опережает требования рынка, использует современные технологии, но при этом подходит всем клиентам - и за пределами локального рынка. К слову, наш продукт покупают не только казахстанские банки, но и банки из ближнего и дальнего зарубежья. Вот на решении этой задачи команда и сконцентрировалась.

Какая часть казахстанских банков использует AML-систему именно Prime Source?

- Если говорить только про БВУ, в семнадцати банках из двадцати одного установлена наша система. И в девяти из топ-10.

Но есть же, наверное, глобальные игроки с громкими именами? Как местная команда смогла взять такой кусок рынка?

- Я думаю, что основная причина успеха - это скорость разработки и стоимость владения. Мировой рынок решений AML достаточно устоявшийся, есть несколько крупных игроков, которые оперируют на рынках Западной Европы и Северной Америки. Иностранные вендоры, как правило, продают «коробку», которая почти всегда не позволяет реализовывать все необходимые требования комплаенса.

Prime уже был безусловным лидером на этом рынке, когда я присоединился к команде. И в целом мне понятно почему. С самого начала команда сделала упор на клиентов, дислокация команды разработки и практически всех БВУ в Алматы только способствовали этому. Система разрабатывалась со всеми клиентскими требованиями, команда быстро реагировала на все изменения законодательства. Стоимость работы локальных разработчиков отличается от стоимости за рубежом, и это также было критерием успеха.

При этом нужно понимать, что собой представляет внедрение в банке AML-системы. Это уровень критически важной инфраструктуры. Вы не можете провести ни одну операцию, не можете оказывать услуги клиенту, не проверив его на отмывание преступных доходов и финансирование терроризма. Если перестает функционировать AML, это означает, что банк у вас не работает. Вообще.

Поэтому новое внедрение означает, что команды Prime Source и банка очень плотно взаимодействуют друг с другом. И если представить, что это не Prime Source, а международный игрок, сразу видны проблемы. Вы с вендором в разных временных зонах, что уже неудобно. В 99% случаев общаться нужно на английском по специфическим темам. При этом на той стороне нет такой скорости и готовности вносить изменения, что имеются у местного игрока. Ну и немаловажно, что когда все участники находятся в одном месте, можно в конце концов собраться и сходить при необходимости к регулятору. Плюс, конечно, вопрос поддержки.

Бывает, что вносятся изменения в законодательство или подзаконные акты, а то, как IT-система работает, не позволяет новые нормы соблюдать. Местная компания гораздо быстрее все это, что называется, «фиксит». Вместе с тем надо, конечно, смотреть на грандов, видеть, куда все движется, чувствовать, в какую сторону будет идти развитие - и работать на опережение. Поэтому продукт для банков у Prime самый передовой. А для небольших компаний есть отдельные облачные инструменты.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
9782 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить