Банк технологий

Как Сбербанк собирается потеснить финтех-компании на финансовых рынках

Светлана Сагайдак — Председатель совета директоров ДБ АО
Фото: Любезно предоставлено пресс-службой Сбербанка
Светлана Сагайдак — Председатель совета директоров ДБ АО "Сбербанк" в Казахстане.

Группа Сбербанка является крупнейшей в мире – ее услугами пользуются порядка 150 млн физлиц и около 4 млн предприятий. Банк присутствует в 21 стране мира, в том числе в Казахстане, где является четвертым по активам. В настоящее время группа трансформируется в так называемую «бирюзовую организацию».

О том, как происходит эта трансформация и в чем она заключается для клиента, рассказывает член правления, заместитель председателя правления Сбербанка России (руководитель блока «Международные операции»), председатель совета директоров казахстанского ДБ АО «Сбербанк» Светлана Сагайдак.

– Светлана Алексеевна, с недавнего времени вы курируете в Сбербанке международный блок. Расскажите, как себя чувствуют дочерние банки в целом.

– Если говорить о Казахстане, то мы здесь крупнейший инвестор и лидер инвестиционных программ по финансированию малого и среднего предпринимательства. Лидер в сфере usability technology, а также в области клиентского сервиса.

Что касается в целом развития банка, то в первую очередь наша задача создавать такие продукты и сервисы, которые превосходили бы ожидания клиентов. Мы создаем среду обслуживания, максимально интегрированную в повседневную жизнь потребителей. Главным направлением в этой бизнес-линии становится создание новых «цифровых» каналов продаж и продуктов.

Относительно дочерних банков – по отдельности. Например, наш турецкий DenizBank особо выделяется инновационным подходом при выпуске на рынок новых продуктов. Он разработал и внедрил приложение мобильный кошелек fastPay, в котором используются голосовые команды пользователя. Могу отметить интересные наработки и большой прогресс в белорусской «дочке», которая первой внедрила международный процессинг, отказавшись от услуг европейских банков в пользу собственного решения, в результате чего экономится около 500 млн рублей (более 2,5 млрд тенге) в год. Серверы процессингового центра находятся в Москве, что гарантирует нам безусловную безопасность. В дальнейшем Сбербанк подключит к собственному процессингу дочерние банки в Германии, Чехии, Хорватии и других странах, а также будет обслуживать остальные банки, поскольку имеет большой запас мощности и конкурентоспособное предложение по цене.

– Многие представители Сбербанка говорят о тенденции возрастания конкуренции банков и финтеха. Расскажите, как в связи с этим будет меняться ваша международная сеть.

– Банковская сфера претерпевает серьезные изменения, и сегодня наш банк – это уже не просто финансовый институт, а технологическая компания, и наш приоритет – расширение в сфере технологии и сервисов, которые будут нацелены на предвосхищение ожиданий клиентов. Сегодня нет конкуренции за продукт, за товар, как бы странно это ни звучало. То, о чем мы подумали с утра, вечером уже произведено кем-то в Китае, с этим невозможно бороться, это нужно принять, поэтому конкуренция идет за бизнес-модели.

Светлана Сагайдак
Фото: Любезно предоставлено пресс-службой Сбербанка
Светлана Сагайдак

Тем не менее мы ощущаем угрозу со стороны финтех-компаний, особенно в платежах. Так как финтех – это часть бизнес-моделей. Примерно треть транзакций уже проходит не через банковскую систему, и эта тенденция усиливается. Поэтому для нас самое важное – это скорость, сервис и доступность. Все направления деятельности связаны с клиентским подходом в работе. Мы хотим стать лучшей транзакционной группой, предоставлять наиболее выгодные комплексные предложения, максимально удобный дистанционный сервис, доступный в формате 24/7, по таким процедурам, например, как открытие счета, в том числе в разных юрисдикциях, где присутствует группа.

Для клиента теперь главный вопрос при выборе одинаковых продуктов – в скорости, качестве, удобстве и, главное, в безопасности. Мы должны научиться быстро внедрять все самое полезное, что рождает финтех. Именно в финтехе появляется много инноваций, которые нам надо переносить в свои сервисы и продукты. Поэтому Сбербанк сейчас в процессе капитальной трансформации; мы видим, что ключевым на финансовых рынках становится такое понятие, как скорость.

Наша задача – соответствовать лучшей практике time to market (время для рынка – англ.), для этого мы применяем в своей работе такое понятие, как agile-методы. Мы совершенно по-другому перестраиваем продуктовые технологические команды. Персонал не только вовлечен – он является драйвером инноваций и постоянного совершенствования качества предоставляемого сервиса.

Важно вовремя уловить изменения в поведении клиентов, рыночные трансформации – наша быстрая адаптивность под новые условия позволит увеличить скорость внедрения инноваций. Управленческие решения будут разрабатываться и приниматься с более высокой скоростью, система управления банком станет дешевле, а инновационная деятельность – интенсивнее. Это поможет поддержать нашу текущую бизнес-модель и совершенствовать имеющиеся процессы.

– Технологии вытесняют человека – многие процессы уже не нуждаются в его присутствии. Как вы на это реагируете?

– Когда переходишь в формат работы Agile, самая главная работа происходит в голове, в сознании. Готов ли ты выйти из своего кабинета, не действовать по инструкции? Готов ли делегировать полномочия своим сотрудникам и отвечать за это? Готов работать быстро? Это далеко не весь список важных вопросов, на которые нужно ответить каждому в Сбербанке. К сожалению, на всех уровнях есть люди, не способные к таким переменам. Это не значит, что они плохие или необразованные, а говорит о том, что не каждый может принять такой вызов и быстро измениться. Но и здесь мы проводим огромную работу по обучению наших сотрудников новым принципам управления.

Мы запустили International desk в банке, который работает на английском и турецком языках круглосуточно

Повторю, переход к совершенно новой модели организации бизнеса требует глубочайшей перестройки в наших головах, это для каждого из нас огромный вызов. Разумеется, данный процесс не будет простым, потому что следующий шаг – это переход к так называемой «бирюзовой организации». («Бирюзовая организация» основана на принципе: работа каждого зависит и влияет на работу других. Это живой организм, элементы которого должны поддерживать друг друга. – Прим. ред.) В ней работа строится по совершенно другим принципам, направленным только на одно – чтобы клиенту было хорошо. Мы должны предоставлять своим потребителям суперсервис, чтобы они были счастливы. А подобный сервис начинается с отношения к клиенту, симпатии к нему, сопереживания и понимания его потребностей.

– Какие временные рамки вы поставили для этой трансформации?

– В нынешнем году мы начинаем «пилот» в российской рознице. Это сложный процесс, многому придется учиться. Впереди путь побед и ошибок, но со временем вся группа станет «бирюзовой организацией».

Разумеется, мы наметим планы по готовности дочерних банков для подключения к этой трансформации, в том числе казахстанского. Инновации уже идут в Казахстан. Например, на нашем стенде на выставке Астанинского экономического форума мы показали кассовый аппарат, который сделан на базе планшета. Эта новинка помогает существенно экономить деньги бизнесу. Ведь это высокотехнологическое решение, с применением облачных технологий и проведением онлайн-транзакций сразу в связке с налоговой службой. Увидела большой интерес местного бизнеса к такому решению, которое означает транспарентность, ответственность, скорость, удобство. Это те технологии, которые мы сейчас применяем.

Светлана Сагайдак
Фото: Любезно предоставлено пресс-службой Сбербанка
Светлана Сагайдак

– Ваш председатель Герман Греф анонсировал скорый переход Сбербанка на идентификацию клиентов по голосу и лицу. Похоже на научную фантастику…

– Почему фантастика? В нашем астанинском офисе уже сейчас можно получить доступ к банковской ячейке без присутствия сотрудника банка. Достаточно приложить ладонь к сканеру. То есть идентификация уже происходит не по паролю или карте.

Эти технологии прекрасно работают и в других сферах. В России у нас есть позитивный опыт в этом направлении, например, в школах. Ведь карту можно потерять, и этот риск существенно вырастает, когда мы говорим о детях. Помимо этого, всегда есть вероятность того, что ребенок, к примеру, не купит полноценный обед, а ограничится шоколадкой и газировкой.

Для этого мы придумали хороший сервис, когда на карте родителя определяется лимит, который предоставляется в распоряжение ребенка, условно – «обед в школе – 100 рублей». Мы поставили в учебных заведениях экраны, где школьник может выбрать для себя понравившиеся блюда и оплатить их картой. Если он забыл или потерял карту, то идентифицирует себя ладонью, после чего происходит транзакция и родители видят, что купил ребенок и на какую сумму. В Москве к такому сервису подключены уже более 100 школ.

– Наверняка эту технологию можно применить и в других процессах?

– Конечно, где угодно. В тех же школах, например, устанавливается доступ на вход: ребенок приложил ладонь к сканеру, зашел внутрь, и родителям приходит СМС, что их чадо на учебе. У нас сейчас идет много пилотных проектов с подобными технологиями.

– Вы сказали, что Казахстан интересен Сбербанку. Чем именно?

– Между Казахстаном и Россией большой товарооборот. Мы, к сожалению, видим, что как банк используем возможный потенциал здесь только на 5–25 % в разных сегментах. Это поддержка экспортно-импортных операций, наших кроссграничных клиентов и другие области.

Вижу в этом направлении перспективу роста минимум на 5 % в год, поскольку у нас есть огромная экспертиза по оценке рисков в России, и мы могли бы выступать консультантом для клиентов из Казахстана, которые хотят развивать бизнес в нашей стране. Причем экспертиза не только в отношении России, но и, допустим, Турции и европейских стран. Более того, мы запустили international desk в банке, который работает на английском и турецком языках круглосуточно.

Мы работаем в Казахстане практически по всем направлениям, встраиваемся в госпрограммы, которые сейчас есть. Как минимум Сбербанк должен сохранять присутствие во всех них. Главное – мы хотим сделать сервис в рамках этих госпрограмм онлайн, чтобы он был быстрым. Сейчас выдача тендерной гарантии в России занимает два часа, все документы оформляются онлайн. Именно на эти сервисы хотим бросить все наши усилия. Клиент не может ждать неделю, особенно когда у него горит контракт. Мы это понимаем и сделаем все, чтобы он был доволен.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
3482 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Загрузка...
14 июля родились
Кенес Ракишев
председатель совета директоров АО «Fincraft Resources»
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить