Почему деньги снова идут в США?
США сохраняют статус основного направления для инвестиций даже в условиях геополитической турбулентности
Партнер рубрики — Teniz Capital Investment Banking. Компания работает на рынке инвестиционного банкинга Казахстана и предоставляет брокерские, андеррайтинговые, консультационные и валютные услуги. Teniz Capital — заметный участник казахстанского рынка капитала с сильной аналитической экспертизой.
Пульс рынков: капитал возвращается в США на фоне дорогого риска
Глобальные рынки демонстрируют сдержанную реакцию на геополитические сигналы: формальные поводы для оптимизма появляются, однако устойчивого восстановления аппетита к риску не происходит. После того как Дональд Трамп объявил о бессрочном продлении перемирия с Ираном, фьючерсы на S&P 500 и Nasdaq Composite выросли на 0,4% и 0,5% соответственно. Доллар частично утратил «военную премию», а азиатские рынки незначительно скорректировались от недавних максимумов.
При этом нефть удерживается вблизи $100 за баррель, поскольку ситуация вокруг Ормузского пролива остается неопределенной. Фактическое ограничение судоходства продолжает оказывать давление на ожидания рынка и не позволяет инвесторам вернуться к привычной модели оценки рисков.
На этом фоне усиливается ключевая тенденция последних месяцев — перераспределение капитала в пользу наиболее устойчивых рынков. США сохраняют статус основного направления для инвестиций даже в условиях геополитической турбулентности.
В J.P. Morgan повысили целевой уровень индекса S&P 500 до 7600 пунктов к концу года, увязав прогноз с ростом прибыли технологических компаний и развитием AI-сектора. Таким образом, спрос на риск не исчезает, но становится более избирательным.
Сырьевой рынок усиливает осторожность инвесторов. По данным Reuters, Россия в апреле сократила добычу нефти на 300–400 тыс. баррелей в сутки на фоне ударов по инфраструктуре. В то же время The Economist оценивает совокупные потери поставок из Персидского залива примерно в 550 млн баррелей — около 2% мирового годового объема.
Дополнительным фактором остается резкое сокращение трафика через Ормузский пролив:
- до конфликта — 100–140 танкеров в сутки;
- в текущих условиях — 2–3 судна в день.
Если ограничения сохранятся, рынок может перейти от сценария «дорогой нефти» к полноценному энергетическому стрессу.
Текущая ситуация отражает более глубокий структурный сдвиг. В отличие от предыдущих кризисов, рост цен на энергоносители и военные риски не приводят к массовому выходу из акций. Глобальные инвесторы не покидают рынок, а пересматривают критерии отбора активов.
Капитал концентрируется в ограниченном числе историй, которые сочетают три ключевых параметра: устойчивую прибыль, инфраструктурную поддержку и способность адаптироваться к высокой стоимости энергии. В этой конфигурации американский рынок остается бенефициаром — за счет масштаба, технологического лидерства и глубины финансовой системы.
Дорогая нефть ослабляет мир и усиливает позиции США
Мировая экономика входит в фазу замедления на фоне устойчиво высокой стоимости энергии и геополитических рисков. Международный валютный фонд снизил прогноз глобального роста на 2026 год до 3,1% с ожидавшихся в январе 3,3%. В стрессовом сценарии показатель может опуститься до 2,5% — уровня, близкого к глобальной рецессии.
Региональная динамика усиливает разрыв. Для стран Ближнего Востока и Северной Африки прогноз снижен до 1,1% с 3,9%, для развивающихся экономик — до 3,9% с 4,2%. В Европе сохраняется высокая неопределенность: представители Европейского центрального банка, включая Кристин Лагард, указывают на риски для инфляции и роста. В Германии индекс ожиданий ZEW ушел в отрицательную зону (–17,2), Франция объявила о заморозке €6 млрд бюджетных расходов.
На этом фоне США укрепляют статус ключевого центра притяжения капитала. Несмотря на пересмотр глобальных прогнозов, американский рынок остается бенефициаром — за счет масштаба, ликвидности и устойчивой корпоративной прибыли. По оценке The Economist, внутренняя политическая турбулентность — включая высокую вероятность смены контроля над Палатой представителей — не снижает доверие инвесторов, а лишь подчеркивает устойчивость системы.
Риск смещается в сферу доверия
Финансовые риски также трансформируются. Европейский центральный банк все более явно указывает на сегмент private credit как потенциальный источник нестабильности. Речь идет о быстро растущем рынке внебанковского кредитования, где низкая прозрачность может усилить системные риски в случае стресса.
Параллельно усиливается внимание к независимости Федеральной резервной системы. Кандидат на пост главы регулятора Кевин Уорш уже публично акцентирует этот вопрос. Для рынков это сигнал о состоянии доверия к ключевому институту глобальной финансовой системы.
В результате смещение акцентов становится очевидным: при росте геополитической и сырьевой неопределенности инвесторы сокращают круг активов, которым готовы доверять. И именно США в этой конфигурации остаются главным получателем глобального капитала.
AI-цикл уходит в «тяжелую» инфраструктуру: сигнал от Oracle и ASML
Корпоративная повестка все четче показывает: искусственный интеллект перестает быть историей про разработки и становится капиталоемкой индустрией. Речь идет о строительстве дата-центров, доступе к электроэнергии и масштабных инвестициях в инфраструктуру.
По данным Reuters, связанный с Oracle проект дата-центра в Мичигане приближается к привлечению финансирования на $16 млрд. Дополнительно PIMCO рассматривает долговую структуру еще примерно на $14 млрд. Эти объемы указывают на смену фазы: AI становится драйвером промышленного цикла, требующего вложений на десятки миллиардов долларов.
Если Oracle отражает спрос на вычислительные мощности, то ASML — фундамент этого спроса. По оценке Teniz Capital Investment Banking, в первом квартале 2026 года выручка компании выросла до €8,8 млрд с €7,7 млрд годом ранее, чистая прибыль — до €2,8 млрд с €2,4 млрд, валовая маржа составила 53%. Компания повысила прогноз выручки на 2026 год до €36–40 млрд, а портфель заказов превысил €38 млрд.
Ключевой драйвер — EUV-литография, технология, необходимая для производства передовых полупроводников. ASML остается единственным поставщиком таких систем и параллельно развивает новое поколение High-NA EUV. Это делает компанию критическим элементом всей цепочки AI — от производства чипов до масштабирования дата-центров.
Спрос на ее продукцию поддерживают крупнейшие производители полупроводников, включая TSMC, Samsung и Intel, а также расширение использования EUV в сегменте памяти.
В результате корпоративная картина становится более структурированной: Oracle отражает рост спроса на мощности, ASML — ограничения и базовую инфраструктуру этого роста. Вместе они указывают на то, что следующий этап AI-бума будет формироваться не только разработчиками и облачными платформами, но и поставщиками оборудования, энергии и капиталоемкой вычислительной инфраструктуры.
Казахстан и тенге: локальный рынок держит доверие к валюте
Тенге на этом фоне держится лучше, чем можно было бы ожидать при нервном внешнем фоне. По официальным курсам Нацбанка на 22 апреля доллар стоит 464,73 тенге, евро — 546,57 тенге, базовая ставка остается на уровне 18%, а годовая инфляция — 11%. При этом KASE Index на 21 апреля закрылся на историческом максимуме 7 972,88 пункта, а инвестиции в основной капитал за январь–март 2026 года выросли до 3,4 трлн тенге. То есть рынок пока видит в Казахстане не идеальную, но собранную конструкцию: дорогая нефть, жесткая ставка, сильный локальный рынок и инвестиционный цикл работают на удержание доверия к тенге.
Вывод
Если собрать все вместе, картина становится жестче, чем обычный рыночный обзор. Мир не просто нервничает. Он входит в фазу, где капитал снова начинает уважать силу конструкции. Нефть больше не просто влияет на инфляцию — она делит экономики на устойчивые и уязвимые. Финансовая система больше не просто живет на ликвидности — она начинает жить на доверии. А корпоративный сектор больше не просто обещает технологическую революцию — он вынужден оплачивать ее индустриальную цену. Поэтому главная мысль этой статьи должна звучать не как констатация, а как приговор: рынок перестал платить за слова, истории и абстрактные надежды. Он снова платит только за масштаб, дисциплину, инфраструктуру и способность выдерживать реальность. И в этой новой иерархии США сегодня выглядят не просто сильнее остальных — они выглядят как главный бенефициар глобального недоверия ко всем остальным.