Нам нужно не Минрегионразвития, а правительство развития регионов

Экономист Петр Своик: «Наше правительство обслуживает интересы Нефтестана, дающего через сырьевой экспорт половину казахстанского ВВП, но обеспечивающего всего 2,6% от общего числа рабочих мест в экономике»
Пётр Своик.
Пётр Своик.

«Никакой» министр возглавил «никакое» министерство

Перевод исполнительного, но безынициативного руководителя Минфина в Минрегионразвития – логичный кадровый ход. Теперь «никакой» министр возглавит «никакое» министерство. А то, что затея с МРР изначально провальна, было ясно сразу: это министерство элементарно не вписывается в саму схему управления регионами.

Основу нынешней власти, как известно, составляет президентская вертикаль, а ее опору – региональные акимы высшего уровня, областные и столичные. В Конституции сказано, что они есть представители президента и правительства на местах, и так оно и есть, юридически и фактически. Все симметрично: акимы, они же областные «премьер-министры», имеют своих заместителей – «вице-премьеров» по всем ключевым направлениям, которые через областные «министерства» - департаменты и управления акиматов - взаимодействуют с республиканскими министерствами и ведомствами и их местными подразделениями. Таким образом, вся региональная проблематика, включая и развитие, конечно, расписана по отраслевым и функциональным правительственным ведомствам: там - финансы, тут - экономика, здесь - индустрия и энергетика, связь и транспорт, тарифы, ЖКХ и строительство,  вопросы правопорядка и дела религии.

А вот такой сводной функции, как «развитие регионов», – ее ни в одном правительственном министерстве, комитете, агентстве – нет: она вся разделена между ними по составляющим. Поэтому, следуя логике нынешнего устройства президентской вертикали, за развитие каждого региона должен отвечать аким, а всех вместе – премьер. И по этой же причине Министерство регионального развития создано «против шерсти». Чтобы стать функциональным, МРР должно подмять под себя все министерства (кроме МИДа, пожалуй), но для этого даже статуса вице-премьера его руководителю совершенно недостаточно.

Выходит, прогнозы, что министра регионального развития – вице-премьера Бакытжана Сагинтаева освободили от министерства ввиду его скорого повышения до премьера, имеют свою логику. Впрочем, как раз региональное развитие от этого проиграет еще больше. По той очевидной причине, что за девять месяцев существования МРР не только не родилось никого развития - не зачата и сама идея.

Периферийная страна с пустующей сердцевиной

Попробуем же сформулировать идеологию регионального развития – не для отдельного министерства, а для всего правительства.

Прежде всего необходимо избавиться от той тяжелой идеи, что зашла в руководящие головы вместе с рыночным временем и до сих пор укоренена в мышлении правительственных «либералов» и «макроэкономистов», - о неизбежности и полезности для Казахстана урбанизации.

Наоборот, для Казахстана главной стратегической ценностью - в геополитическом, экономическом, да и ментальном смыслах тоже - являются поселения, большие и малые.

В инженерии, например, при всем прогрессе сварочных, склеивающих и прочих скрепляющих технологий, наиболее надежной остается старая добрая клепка. Так и для нас большие, средние и малые города, поселки, села и аулы есть те самые абсолютно необходимые «заклепки», которыми человеческая жизнедеятельность только и может быть надежно скреплена с нашим громадным пространством, вмещающим пять Франций.

Еще покойный Нурбулат Масанов подчеркивал, что Казахстан – периферийная страна с пустующей сердцевиной. Действительно, почти все наши областные города расположены по периферии российской, киргизской и узбекской границ, и от любого из них до сопредельных крупных центров на «той стороне» гораздо ближе, чем друг до друга. Внутри же приграничной цепочки «Актау - Атырау – Актобе – Уральск – Петропавловск – Костанай – Павлодар – Семей – Усть-Каменогорск – Талдыкорган – Алматы – Тараз – Шымкент – Кызылорда» почти и нет серьезного человеческого обитания. Караганда с Жезказганом – этого совершенно недостаточно. Административная же Астана, напротив, даже «продавила» окружающее ее пространство, вытянув, как пылесосом, и без того небогатый человеческий материал вокруг себя.

Людям надо давать земли столько, сколько они способны обиходить

Казахстанцы должны «расползаться» по своей земле – вот правильная социально-экономическая и идеологическая политика. Людям надо давать земли для проживания и возделывания столько, сколько они способны обиходить. А половину государственного финансового и организационного ресурса тратить на создание такой инфраструктуры в больших и малых поселениях, а также и вокруг крупных городов, которая обеспечивала бы жизнь на земле, а не в скученных многоэтажках.

Спросите, куда девать вторую половину ресурса? Правильно - на обустройство такой дорожной, электрической, водопроводной и интернет-сети, которая покрыла бы всю территорию, связывая человеческие поселения.

Правильно обустроенный Казахстан – это шахматная дорожная сеть, даже не между городами, а прямо по параллелям и меридианам - кратчайшим расстояниям между географическими точками. Вдоль таких опорных дорог – ветровые и солнечные насосные станции на подземных источниках (под степями и пустынями Казахстана – моря воды), наполняющие поверхностную оросительную сеть. Соответственно, лесополосы, точки полива и водопоя, создающие повсеместную опору жизни.

И о менталитете забывать тоже не стоит. Как раньше казах привычно садился на коня, чтобы преодолевать безбрежную Степь, добираясь до друзей или врагов, так и казахстанцы должны легко мчаться по хорошим дорогам по своей хорошо обустроенной земле.

Начинать нужно с самоуправления

Но это, так сказать, мечтания, с чего же начать конкретно?

Ответ очевиден: если хотим сделать самоценностью поселения, надо дать им самоуправление. От самых больших столичных городов и до совсем небольших сел и аулов. Причем дело вовсе не в выборности акимов! Ни в радикальном разрушительном оппозиционном варианте выборности всех акимов, начиная с областных, ни в пустопорожней показухе с выборами нижних «акимчиков». Суть - в создании бюджетного самоуправления, то есть появлении той сети самостоятельных бюджетов городов, поселков, сел и аулов, которая, подобно периферийной кровеносной системе, вдохнула бы жизнь в самые отдаленные населенные пункты Казахстана.

Сравнение с кровеносной системой правомерно: как самые мелкие сосуды питаются от общего сердца, так и бюджеты городов, поселков и сельских населенных пунктов должны наполняться установленными законом налогами или их частями от общегосударственной фискальной системы. Но эти части должны поступать к ним не «сверху» - через бюджеты областей-районов, как сейчас, а непосредственно напрямую. И, главное, расходоваться ими самими по воле городских, поселковых, сельских органов самоуправления, и под ответственность этих органов.

А уж как выбирать или назначать глав исполнительной части этих самоуправлений - это вопрос уже скорее технический. Лучше всего, пожалуй, городских, поселковых и сельских акимов выбирать депутатам соответствующих маслихатов, в том числе из их собственного числа.

Как нам обустроить Казахстан

Теперь о самом важном и самом сложном - собственно региональном устройстве.

Исторически государственность в Степи строилась на военном принципе. Соответственно, освоение территорий и их заселение повторяли боевое построение войска: Центральная ставка (Орда), правый (Старший) и левый (Младший) фланги.

Казахи - молодой народ, сформировавшийся из нескольких других исторических народов, а также отдельных родов и племен только в XV веке, в эпоху упадка чингизидских и тимуридских династий, смут и междоусобиц. Разделение же казахов на Средний (правильнее – Центральный), Старший и Младший жузы произошло в еще более драматичные времена начала XVIII века - как следствие распада общеказахского ханства, теснимого господствующими в Степи калмаками (джунгарами).

Сохранившееся до наших дней и испытавшее ренессанс при приватизации и строительстве «президентской вертикали», родоплеменное деление есть не единственный, но тоже важный ментальный и политический фактор устройства власти, экономики и общественных отношений в современном Казахстане. Включая электоральные ориентации. Его значение не стоит преувеличивать, однако попытки замалчивания или неучета в государственном строительстве чреваты тем более.

Так, ни для кого не секрет наличие в президентском окружении «южных» и «западных» кланов, остро соперничающих между собой. Как не секрет и целенаправленная политика по занятию ключевых должностей в правоохранительных, силовых и фискальных структурах западных, центральных и северных областей преимущественно выходцами с юга страны.

Между тем, опытный мастер, проектирующий долговечную постройку, всегда найдет такое применение разным материалам, чтобы их связывающие свойства, как и различия, работали на упрочение всей конструкции.

Так и деление на жузы: установленные в Астане фигуры трех биев (Казыбек-би полагалось бы сидеть в центре) символизируют драматическое разделение казахского народа на боевые крылья - ради общего дела и общего будущего. В конечном счете, именно разделение на жузы помогло казахам вновь охватить гигантское пространство Степи после уничтожения Джунгарского царства. И этот исторический опыт обязательно должен быть учтен при оптимальном обустройстве территории устремленного в будущее Казахстана.

Что касается нынешнего областного и районного устройства – оно есть прямое наследие имперско-административного деления территории на части, удобные для управления сверху. В этом смысле СССР стал прямым продолжателем Российской империи, увеличивая число административных единиц лишь количественно: по мере строительства новых городов-заводов и колхозов-совхозов образовывались новые обкомы и райкомы КПСС.

Президентское правление опирается на ту же схему. С той только разницей, что, если в годы СССР, по мере освоения степного пространства, число единиц административного управления росло, то «оптимизация» была проведена адекватно процессу деградации хозяйственной и жилой деятельности на территориях укрупняемых областей и районов.

Суммируя положительный исторический опыт и отказываясь от отжившего, стоило бы исходить из объективного наличия на территории Республики Казахстан всего от трех до пяти сложившихся регионов, каждый из которых приближен к критериям экономической и демографической самодостаточности, и содержит присущие им особенности. Например, это:

Центрально-Казахстанская область со столицей в Караганде или Павлодаре;

Южно-Казахстанская область со столицей в Шымкенте или Таразе;

Западно-Казахстанская область со столицей в Атырау или Актобе;

Восточно-Казахстанская область со столицей в Семее или Усть-Каменогорске;

Северо-Казахстанская область со столицей в Кокшетау или Костанае.

Плюс города Астана и Алматы. Итого - семь субъектов.

Не хочу сказать, что такая территориальная реформа должна входитб в число первоочередных: слишком ответственное это дело, требующее серьезного осмысления и подготовки. Но то, что нынешняя схема административно-территориального деления относительно работоспособна только в нынешней «вертикальной» политической системе и с ее неизбежной трансформацией будет превращаться во все большую проблему, – это факт.

Собственно, уже и сейчас областной аким – это всего лишь правитель областного центра. На районы, малые города, тем более села-аулы у него объективно не хватает ни ресурсов, ни внимания. Все – по остаточному принципу. А надо наоборот: вывести из-под прямой власти и ответственности областных и районных территориальных администраторов все поселения - пусть они занимаются развитием именно территорий. Взаимодействуя - разумеется, но уже не по вертикали, а по горизонтали - с властями и бюджетами самоуправления расположенных на территориях областей и районов городов, поселков, сел и аулов.

Наше правительство обслуживает Нефтестан

И в заключение. Тезис, вынесенный в заголовок: о том, что Казахстану нужно не Министерство регионального развития, а правительство развития регионов, -он фундаментален, если его расширить до понятия развития всего Казахстана.

Ныне же мы имеем правительство, обслуживающее интересы Нефтестана - государства, экспортирующего за границу сырье и получающего оттуда готовые товары, кредиты и инвестиции. А Нефтестан, дающий через сырьевой экспорт половину всего казахстанского ВВП, обеспечивает, между прочим, всего 2,6% от общего числа рабочих мест в экономике. Поэтому добытчикам сырья никакого территориального развития не требуется – им лишь бы обеспечивалось спокойствие вокруг нефтепромыслов, шахт, горно-обогатительных и металлургических комбинатов.

Если же когда-нибудь появится правительство, имеющее перед собой задачу именно внутреннего развития страны, ему необходимо будет начать со всего того, о чем сказано выше. 

Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
Популярное
Выбор редактора
Ошибка в тексте