Аида Балаева о павильоне Казахстана на 61-й Венецианской биеннале
Как национальный павильон становится инструментом международного позиционирования Казахстана
9 мая откроется павильон Казахстана на 61-й Венецианской биеннале. Впервые его концепция была выбрана через открытый конкурс, где победила концепция «Qoñyr: архив тишины» художника Сырлыбека Бекбота. О том, как участие в Биеннале отражает стратегию культурной политики, рассказала заместитель премьер-министра — министр культуры и информации Аида Балаева.
Аида Галымовна, почему для государства важно поддерживать участие Казахстана в биеннале?
— Участие Казахстана в Венецианской биеннале нельзя воспринимать только как художественную инициативу. На таких площадках складываются представления о странах, уровне их открытости, интеллектуальной активности и культурной зрелости. Поэтому национальный павильон является не только культурным проектом, но и инструментом международного позиционирования.
Сегодня государства конкурируют не только показателями экономического роста или объемом инвестиций. Все большее значение приобретает символический капитал страны. Поэтому для нас принципиально важно, чтобы Казахстан был представлен в Венеции. Мы показываем себя как страну, которая не замыкается в собственных границах, а умеет вести полноценный диалог с миром языком искусства.
Я бы сказала, что это полностью соответствует общей логике развития государства, которую сегодня последовательно задает президент Касым-Жомарт Токаев. Его курс на открытый, современный и интеллектуально сильный Казахстан находит отражение и в культурной политике. Когда глава государства говорит о необходимости укреплять национальную идентичность и одновременно делать ее понятной и интересной миру, культура перестает быть второстепенной сферой и становится стратегическим пространством для представительства интересов страны.
Есть ли у министерства стратегия по продвижению казахстанской культуры на международной сцене? Как в нее вписываются такие проекты, как национальный павильон?
— Да, у министерства есть четкое стратегическое видение продвижения казахстанской культуры за рубежом. Мы исходим из того, что международное культурное присутствие не должно складываться из случайных событий или единичных инициатив. Оно должно выстраиваться системно. Это означает работу по развитию институции, поддержку художников и кураторов, развитие международных партнерств, участие в крупнейших культурных форумах и создание устойчивых каналов культурной дипломатии.
Национальный павильон в этой логике является одним из ключевых инструментов. Он позволяет в концентрированной форме представить Казахстан на одной из самых влиятельных мировых площадок. Но сам по себе павильон не является самоцелью. Для нас важно, чтобы такие проекты давали более широкий результат: формировали интерес к казахстанской культуре, открывали новые профессиональные связи, создавали дальнейшие проекты и расширяли международное присутствие наших авторов и институций.
Сегодня эта стратегия получает более прочную ценностную основу. В проекте новой Конституции культура, образование, наука и инновации обозначены как ключевые ценности развития страны, а в документе об основных принципах внутренней политики отдельно зафиксирована поддержка креативных индустрий. Продвижение современной культуры это часть государственной политики Казахстана, ориентированной на долгосрочный результат.
Какую роль, на ваш взгляд, государство должно играть в таких инициативах? Достаточно создавать условия или необходимо быть полноценным партнером?
— Я убеждена, что в таких проектах государство не должно действовать по упрощенной модели. Недостаточно только создать базовые условия и отойти в сторону. Но столь же неверно превращать подобные инициативы в административно управляемые конструкции. Здесь необходим зрелый баланс.
Государство должно обеспечивать инфраструктуру, прозрачные правила, институциональную поддержку, международную координацию и гарантии устойчивости. Но при этом оно должно быть именно партнером, а не единственным носителем решения.
В сфере культуры результат появляется только там, где есть доверие между институтами и профессиональным сообществом. Если государство отвечает за прозрачность процесса, организационную и политическую устойчивость, а профессиональная среда за содержательное качество и художественную силу проекта, возникает действительно сильная модель. Она дает не разовый эффект, а долгосрочный результат.
Именно к такой модели сегодня, на мой взгляд, и идет Казахстан. Наша культурная политика становится более партнерской и зрелой. Она строится не на доминировании, а на создании пространства, в котором талант, профессионализм и институциональная ответственность работают в единой логике.
В 2026 году павильон впервые был выбран через конкурс. Почему было важно пойти по этому пути?
— Когда речь идет о представлении Казахстана на одной из самых авторитетных культурных площадок, государство должно обеспечить безупречную институциональную процедуру. Поэтому мы выбрали модель, основанную на прозрачности, профессиональной конкуренции и доверии со стороны художественного сообщества.
Конкурс был объявлен в ноябре 2025 года, всего поступило 17 заявок. Отбор проходил в два этапа — экспертная оценка и онлайн-интервью с финалистами. Особое значение имела и работа комиссии. Мы исходили из того, что это не должна быть узковедомственная процедура. Поэтому в состав вошли 11 локальных и международных экспертов в сфере современного искусства, театра, музыки, академической среды и музейного дела. Проекты оценивались по трем блокам: концептуальная целостность, менеджмент и реализация, а также опыт, этика и устойчивость.
Можно ли сказать, что Казахстан переходит от разовых культурных проектов к более системной модели международного присутствия?
— Да, сегодня уже можно говорить именно о таком переходе. Для нас участие в Венецианской биеннале не является изолированным эпизодом и тем более не должно восприниматься как разовая имиджевая акция. Мы осознанно движемся к системной модели международного культурного присутствия, в которой каждый крупный проект становится частью более широкой экосистемы и работает на долгий горизонт.
Речь идет о развитии резиденций, выставочных обменов, партнерств с институциями, расширении профессиональных международных связей и создании устойчивых маршрутов продвижения казахстанской культуры. Только в такой логике можно говорить о настоящем присутствии страны, а не о редких ярких выходах на внешнюю сцену. Нам нужен не эффект единичного события, а последовательное формирование узнаваемого культурного профиля Казахстана в мире.
Важно и то, что этот подход совпадает с общей логикой институциональных реформ, которые последовательно проводит Касым-Жомарт Токаев. Президент не раз подчеркивал значение устойчивых механизмов, а не ситуативных решений. Эта философия в полной мере применима и к культуре. Поэтому я считаю, что Казахстан действительно переходит к более зрелой модели культурной политики, где есть стратегия, горизонт планирования и понимание того, что международный авторитет страны складывается в том числе через последовательное культурное присутствие на международной арене.
Что для вас как для комиссара павильона является главным критерием успеха такой инициативы?
— Для меня главный критерий успеха нельзя сводить только к количеству посетителей или медийному эффекту. Безусловно, видимость важна. Международный резонанс и общественное внимание имеют значение, потому что усиливают узнаваемость проекта и расширяют его аудиторию. Но если оценивать павильон только через цифры посещаемости или количество публикаций, мы неизбежно будем смотреть на него слишком поверхностно.
Гораздо важнее, создает ли он содержательный диалог. Способен ли вызвать профессиональный интерес к казахстанским художникам. Возникают ли после него новые контакты, приглашения, предложения о сотрудничестве, новые выставочные и исследовательские проекты. Для меня успех начинается там, где у павильона появляется продолжение, где он становится не завершенным событием, а точкой входа в дальнейшее международное движение.
Такие проекты редко реализуются только за счет государства. Как вы считаете, что бизнес получает от поддержки подобных инициатив?
— Я уверена, что для бизнеса поддержка давно перестала быть только вопросом благотворительности или формальной социальной ответственности. Это инвестиция в репутацию и в участие в создании современной культурной среды. Бизнес, который поддерживает проекты такого уровня, показывает, что мыслит стратегически и понимает: сильная страна формируется не только экономикой, но и качеством гуманитарного пространства.
Такое партнерство между государством и бизнесом представляется мне наиболее перспективным. Когда частный сектор осмысленно включается в культурную повестку, выигрывают все: бизнес, экспертное сообщество, и страна.
Может ли опыт павильона 2026 года стать основой для более долгой стратегии продвижения казахстанской культуры за рубежом?
— Безусловно. Для нас крайне важно не просто провести один удачный павильон, а выстроить модель, которая способна повторяться, укрепляться и масштабироваться. Речь идет не о разовом успехе, а о формировании устойчивой практики.
Особую ценность нынешнему опыту придает конкурсная модель. Когда у страны появляется прозрачный механизм отбора, понятные профессиональные критерии и высокая легитимность решения, это создает институциональную базу для будущих циклов. То есть мы получаем не только сильный текущий проект, но и механизм, который можно развивать дальше.
Я бы сказала, что опыт 2026 года способен стать важной точкой сборки новой архитектуры международного продвижения казахстанской культуры. Архитектуры, в которой соединяются качество, профессионализм, прозрачность, международная перспектива и современная повестка.
Какие следующие шаги вы считаете важными, чтобы международное культурное присутствие Казахстана не зависело только от одного крупного арт-события?
— Следующий ключевой шаг — диверсификация. Нам важно присутствовать не только на Венецианской биеннале, каким бы значимым ни было это событие, но и в других международных институциях, музеях, ярмарках, образовательных платформах, профессиональных сетях. Только так можно создать устойчивую модель, которая не зависит от одной площадки или одного формата.
Для нас принципиально важно расширять и географию, и формы присутствия. Казахстан должен быть заметен не эпизодически, а постоянно, через разные каналы, жанры и профессиональные среды. Именно в этом и заключается зрелая культурная дипломатия. Она не строится вокруг одного символического события, даже очень престижного. Она формирует устойчивую карту присутствия страны в международной культурной жизни.
Когда президент страны говорит о необходимости укрепления национальной идентичности и одновременно о способности Казахстана уверенно быть в глобальном мире, это очень точная формула и для культурной политики. Нам важно не только сохранять свое, но и уметь профессионально, современно и достойно предъявлять это миру.
Что должен оставить после себя павильон?
— Я бы хотела, чтобы павильон оставил после себя несколько результатов. Для государства это должно быть еще более глубокое понимание того, что долгосрочная культурная политика — это стратегический ресурс развития. Международное присутствие требует последовательности, качества институтов и серьезного горизонта планирования. И если этот проект поможет еще сильнее закрепить такое понимание, это уже будет важным итогом.
Для арт-среды — новые возможности и уверенность в том, что наше профессиональное сообщество может быть услышано на крупных мировых площадках при поддержке государства.
Также важно и то, что такие проекты работают шире художественной среды. Через них растет интерес к Казахстану как к современной стране с богатой культурой и большим туристическим потенциалом.
Для будущих участников важно оставить прозрачный и профессиональный механизм работы. В более широком контексте это связано с тем, что культура, образование, наука и инновации все отчетливее рассматриваются как ключевые ценности развития страны, а поддержка креативных индустрий получает политическое оформление на уровне базовых принципов внутренней политики. Отдельно хочу выразить признательность генеральному партнеру проекта — Фонду национального благосостояния «Самрук-Қазына», а также всем партнерам. Именно такое сотрудничество помогает реализовывать культурные проекты международного уровня и расширять присутствие Казахстана на глобальной культурной карте.