Кинобизнес по-казахстански

В Лос-Анджелесе любой лифтер может предложить сценарий фильма, а у каждой горничной есть портфолио

Фото: Андрей Лунин

 Сегодня аналогичная ситуация складывается и в Казахстане. Участники рынка констатируют, что казахстанское кино стало модным трендом, но пока не прибыльным бизнесом. Может ли в Казахстане существовать кино как индустрия или это только искусство, нам рассказал Ермек Аманшаев, президент киностудии АО «Казахфильм» им. Ш. Айманова».

– На рынке наблюдается тренд инвес­тирования денег в казахстанское кино. Насколько эти инвестиции рентабельны и обоснованны?

– Кино становится модным трендом в Казахстане, потому что индустрия активно заработала и сейчас уже видны некоторые результаты. Появляется все больше новых фильмов отечественного производства, снятых в различных жанрах, и у зрителя появилась возможность выбора. Ежегодно на экраны страны выходят более 10 фильмов, и сейчас то время, когда благодаря системной работе киностудии количество переходит в состояние качества. Зрительский и кассовый успех фильма «Жаужүрек Мың Бала» за первые уикенды – тому подтверждение. Сама по себе картина породила ряд новых трендов и возродила старые. Например, прокатчики, отдающие предпочтение русскоязычному дуб­ляжу, в результате показали больше копий в оригинале.

Мы специально выпустили семь дополнительных копий фильма на государственном языке только в первый уикенд – по многочисленным просьбам зрителей. Второе – впервые за последние 40 лет расширилась киноаудитория, смотрели этот фильм в буквальном смысле стар и млад, бабушки и дедушки, отцы и матери с детьми, с внуками и т.д. Раньше возраст основной киноаудитории не превышал 25 лет. В этом смысле этот фильм стал поистине народным кино. Впервые со времен «Кыз Жибек» приятно было видеть спешащих в кинозалы бабушек и дедушек, торопливо ведущих своих внуков и внучек к началу киносеанса. Третье – везде, по всей стране, где бы ни демонстрировался фильм, народ стоя аплодировал. Это дорогого стоит. В каком-то смысле нам удалось вернуть доверие народа к собственной национальной киностудии, бренду «Казахфильм», отечественному кинематографу, которое было когда-то потеряно, особенно после «Кочевника». Причем очень благосклонно и восторженно восприняла этот фильм и подавляющая часть отечественной интеллигенции, которая отнесла его в ряд национальных киношедевров, таких как «Кыз Жибек» и др. Уже больше месяца этот фильм в прокате, но до сих пор он предмет всенародного обсуждения и восторга. Я уже говорил, что в национальном кинематографе каждой страны появляются ключевые фильмы, которые окончательно и бесповоротно утверждают интерес и доверие зрителей к собственному кино. Для нас это «Мың Бала».

– Расскажите о проекте «Жаужүрек Мың Бала». Как появилась идея?

– Идея фильма появилась три года назад, когда сценаристы Жайык Сыздыков и Мухаммед Мамырбеков показали мне синопсис проекта. Партизанское движение юношей-сирот, противостоящее регулярной джунгарской армии, –интересная тема, которая в мировом кинематографе еще не поднималась в таком формате. Так началась коллегиальная работа над сценарием, обсуждали сюжетные линии и характеры персонажей. Выждав момент, когда уже был окончен наш совместный проект «Ликвидатор», я сделал предложение Ахану Сатаеву заняться теперь «Мың Бала», который с благодарностью его принял, и работа над фильмом вступила в новую фазу. Включился в работу и постоянный партнер Ахана талантливый сценарист Тимур Жаксылыков. Было переработано более 10 вариантов. Уже на производственном этапе мы занялись активным продвижением его на мировых кинофестивалях и кинорынках, и уже на стадии производства картиной активно интересовались международные дистрибьюторы. О нас говорили авторитетные мировые издания: BBC World News, Reuters, Time, Screen International, The Los Angeles Times, The Independent, Sight & Sound, London Evening Standard, Hollywood Reporter, Variety. Так что проект был известен за рубежом еще до официальной премьеры.

В мае на Каннском кинофестивале прошел рыночный показ «Жаужүрек Мың Бала», после которого права на международную дистрибуцию приобрела канадская компания 108 Media.

– Как проходило продвижение картины? Можно ли назвать проект коммерчески успешным? 

– Картина вышла в один день с нашумевшими «Мстителями» Джосса Уидона, и, конечно, были опасения по этому поводу. На ум приходил прецедент выхода в мировой прокат фильма «Аватар», который в какой-то мере «подавил» (сократил сборы) в Китае национальный релиз фильма «Конфуций» Мэй Ху, в соседней России – «Черную молнию» Тимура Бекмамбетова.

Невозможно все просчитать, а поведение и реакцию зрителей нельзя предсказать. Однако, учитывая некоторые наши маркетинговые исследования, о которых можно будет сказать отдельно, мы предполагали, что «Жаужүрек Мың Бала» не останется незамеченным. Наши ожидания оправдались. Первый уикенд собрал даже больше зрителей, чем вмещают залы, а количество сеансов возросло до пяти-шести в день. Такого в Казахстане не было. Бокс-офис фильма в первые выходные составил около $1 млн. В условиях ограниченного рынка проката в Казахстане «Жаужүрек Мың Бала» держится уже восемь недель.

– В советское время такие фильмы, как «Кыз Жибек», «Ангел в тюбетейке», «Меня зовут Кожа», расходились миллионными копиями по всему Советскому Союзу.

– Современные кинотеатры – это жесткий сегмент рынка. В Казахстане все кинотеатры частные, существуют в основном в торговых центрах. Ежегодный прирост сос­тавляет около 10 кинозалов, два-три кинотеатра. По итогам 2011 года в стране работают 90 кинотеатров, 202 кинозала, а это более 36 тыс. посадочных мест. Вместе с тем увеличилось количество зрителей. В этом плане ключевым стал 2010 год. До него ежегодное количество посещений кинотеатров росло примерно на 0,5 млн, в 2010 году эта цифра составила 2,5 млн, то есть в 5 раз больше, и эта тенденция сохраняется. По итогам 2011 года количество посещений составило 11 млн.

Но, несмотря на такой бурный рост, казахстанский кинопрокатный рынок очень маленький. 65–80 копий – довольно для нашей страны, чтобы удовлетворить зрительский спрос. И хотя количество кинотеатров растет, этого все равно недостаточно.

– Но при этом казахстанское кино не становится прибыльным, почему?

– Я бы так не сказал. Ежегодно растет количество продаваемых билетов, и это говорит о том, что определенная часть доходов растет. По данным проекта киностудии «Киноаудитория Казахстана», в 2009 году кинотеатрами было продано
9 млн билетов, в среднем по $5. Таким образом, годовой доход кинотеатров составил $37 млн, в 2010 году эта сумма увеличилась до $50 млн. За год прокат увеличился на $13 млн.

В год в Казахстане прокатывают около 250 картин. Доля отечественного контента в кинопрокате Казахстана в 2010 году составила 9%. Это на 6% больше по сравнению с 2008 годом. В 2011 году в прокат вышло 15 казахстанских картин, из которых восемь – киностудии «Казахфильм».

Если говорить о казахстанских зрителях, то в 2008 году 73–74% кинолюбителей предпочитали смотреть зарубежные фильмы, 16–18% – российское и около 4% смотрели отечес­твенное кино. В прошлом году доля зрителей отечественного кинорынка составила 10%. То есть количество зрителей за три года увеличилось с 361 тыс. до 1 млн.

– Так может ли кино стать прибыльным в Казахстане при существующем населении и без участия государства? Каким вы видите путь казахстанского кинематографа?

– Государство участвует в развитии кинематографа не только в Казахстане, но и во многих странах. Например, в России правительство выделяет в 30 раз больше средств для поддержки кинематографа. Понятно, российский рынок крупнее. И если в Казахстане мы говорим только об 11 млн посещений, то в России как минимум в 20 раз больше. Кинопрокатный рынок России сейчас – больше $1 млрд, хотя российское кино собирает из них только 10%.

В Казахстане механизмы индустрии кино только начали складываться. Для существования и развития кинематографа необходимо, чтобы все механизмы работали слаженно. Немаловажный фактор – вовлеченность и заинтересованность телеканалов в киноиндустрии. В других странах телеканалы – одни из основных участников этой индустрии. Они не только снимают сериалы, но инвестируют в кинопроекты и активно занимаются их продвижением, рекламной кампанией. У нас это только складывается. Для того чтобы киноиндустрия работала в нашей стране в полном формате, помимо других факторов нужно, чтобы заработали все традиционные механизмы кино – законодательная, кинотеатральная и техническая база, продюсирование, копродукция и прочее.

В Казахстане только начали складываться механизмы киноиндустрии

Перед нами стоят задачи развить законодательную базу киноиндус­трии в сторону привлекательности создания международной копродукции, освоить и укрепиться на международном кинорынке; внедрить мировые передовые технологии в кинопроизводство, усилить конкурентоспособность отечественной кинопродукции на международном рынке.

– Почему бы не снимать малобюджетное кино и зарабатывать на нем, продвигая на соседних рынках? На казахстанском рынке уже были успешные прецеденты – студийный «Сказ о розовом зайце» и другие.

– Мы и занимаемся этим. Что касается соседних рынков, то, например, российский рынок для нас очень интересен. Объем рынка составляет $1,2 млрд. Для продвижения на соседних рынках нам необходима копродукция, как было с фильмом «Ирония любви», который на сегодняшний день является самым коммерчески успешным фильмом, созданным кинематографистами двух стран. Фильмы жанровые, многоплановые, рассчитанные на разные целевые аудитории, – «Сказ о розовом зайце», «Нереальная любовь», «Таинственный лес», «Путь боксера», надеюсь, станут популярными среди казахстанской киноаудитории. Хотя «Сказ о розовом зайце» уже стал в каком-то смысле культовым в молодежной среде.  В 2008 году, в канун первой волны мирового экономического кризиса, мы прогнозировали определенные возможности роста казахстанского кинематографа, за счет того что производство картин как в России, так и в Голливуде резко сократилось. Большинство проектов были заморожены, финансирование новых было остановлено. Из-за чего сократилось количество зарубежных фильмов в прокате. И это дало нам определенные возможности для «зах­вата» собственной ниши. Мы сделали ставку на увеличение количества отечественных фильмов в формате многожанрового кино и вследствие правильной тактики захватили определенную часть киноаудитории в стране. И то, что происходит сегодня вокруг фильма «Мың Бала», – результат этой правильной стратегии.

– То есть, по сути, нам можно активировать механизмы защиты отечественного кинематографа и ограничить прокат зарубежных фильмов?

– Я не сторонник запретов, но нам действительно нужна работа по развитию законодательной базы киноиндустрии в стране. Когда в 2009 году мы инициировали поправки в Закон «О культуре», 20 с лишним поправок относились только к киноиндустрии. Впервые законодательно были введены такие понятия, как «копродукция», «продюсирование», «национальный фильм», «прокатное удостоверение». Нужно продолжать развивать законодательную базу. Необходим отдельный закон о кинематографе. Нужны положения о кинокомиссиях, об освобождении киноиндустрии от некоторых видов налогов, хотя бы на определенное время и т.д.

Нужна и поддержка прокатного рынка. У нас есть проект национального киноабонемента, где государство могло бы поддержать кинотеатральную инфраструктуру, определенное количество посещений отечественных фильмов в год среди социально уязвимой части населения. Это стало бы поддержкой и отечественного кино, с и кинотеатральной инфраструктуры. В некоторых странах очень успешно работают кинокомиссии. В США, например, есть федеральное законодательство, и законодательство на уровне штатов о налоговых преференциях, то есть при определенных расходах, которые несут киностудии при создании фильмов на территории того или иного штата, какая-то часть возмещается в виде преференций и т.д. Такие механизмы можно было бы адаптировать и в Казахстане.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
16698 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Загрузка...
19 января родились
Именинников сегодня нет
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить