Как работают суверенные фонды Казахстана: тайна за семью печатями

Казахстанские государственные фонды находятся в ряду наименее прозрачных суверенных фондов мира. Когда к дефициту открытых данных прибавляются коррупционные скандалы, доверие к управляющим падает до нуля, а ошибки воспринимаются как преступления, даже если таковыми не являются

Фото: @Depositphotos_everett225

Неудачная инвестиция ЕНПФ в бонды Международного банка Азербайджана вернула казахстанское экспертное сообщество к обсуждению довольно болезненной для властей темы прозрачности механизмов работы инвестиционных фондов, создаваемых государством за счет поступлений от продажи сырья или других поступлений. Эти фонды, которые обобщенно называют суверенными (СФ), призваны сберечь «нефтедоллары» для будущих поколений. В случае с ЕНПФ — сохранить и приумножить пенсионные взносы. Роднит СФ одно — это государственные структуры, управляющиеся центральными или региональными (в федеративных странах) властями.

Суверенные фонды мало отличаются от стандартных инвестиционных: в обоих случаях речь идет о приобретении пакетов ценных бумаг или драгметаллов в соответствии с определенной инвестиционной стратегией. Принципиальное отличие СФ — для них выбираются консервативные стратегии, поскольку приоритетной является сберегательная функция. Есть у суверенных фондов и стабилизационная функция: за счет накопленных средств в кризисные периоды правительство поддерживает экономику, реализуя инфраструктурные программы, развивая приоритетные направления и т.п. В Казахстане и Азербайджане трансферты из СФ в последние годы - неотъемлемая составляющая доходной части бюджета.

Еще одна важная особенность: деятельность СФ должна происходить в режиме тотальной прозрачности, поскольку в числе вкладчиков — все граждане страны.

Под прозрачностью в данном случае понимается в первую очередь регулярная публикация финансовой и статистической отчетности фондов, отображение детализированной структуры инвестиционного портфеля, инвестиционной стратегии и процедур принятия решений, структуры и механизмов корпоративного управления и риск-менеджмента.

Ведущая структура, изучающая СФ, Sovereign Wealth Fund Institute (примечательно, что их центральный офис располагается в американском Лас-Вегасе), оценивает текущий совокупный портфель всех СФ в мире в $7,3 трлн, в том числе $4,3 трлн активов фондов, основанных на распределении доходов от углеводородов. В действующий рейтинг SWFI входят не только «нефтяные» инвестфонды вроде норвежского Government Pension Fund-Global (GPFG), Национального фонда Казахстана или российских Резервного и Фонда национального благосостояния, но и т.н. non-commodity фонды вроде «Самрук-Казыны», Khazanah и Temasek.

Для анализа уровня прозрачности СФ в SWFI разработали и с 2008 применяют индекс Линабурга-Мадуэлла, определяющим значение которого является качество годовых и прочих отчетов фондов, наличие в публичном доступе стратегии, данных об управляющих и выплатах им, интернет-портала, контактов головной и дочерней организаций, если такие имеются. В индексе 10 баллов получают максимально прозрачные суверенные фонды, а 1 — с минимально прозрачной. Есть и неиндексированные участники: мы знаем только название фонда, есть отрывочная информация о его капитализации — вот и все.

От Казахстана в рейтинг SWFI вошли три участника: Нацфонд получил 2 балла, «Самрук-Казына» — 10, Национальная инвесткорпорация, управляющая частью золотовалютных резервов Нацбанка РК и другими активами, оценки не получила.

Из СФ постсоветских стран в рейтинге также участвуют российские фонды (Резервный и Фонд национального благосостояния — оба по 5 баллов), азербайджанский SOFAZ — 10 баллов, а также туркменский Стабфонд, информацией о размерах активов и транспарентности которого лас-вегасские исследователи не располагают.

Анализ уровня прозрачности 20 крупнейших сувфондов по версии SFWI показывает, что казахстанский Нацфонд находится в этом пуле на аутсайдерских позициях. Замыкая десятку крупнейших по размеру портфеля финансовых институтов, мы лишь на 18 месте по уровню прозрачности.

Ресурсные суверенные фонды мира

В отличие от норвежского, азербайджанского и еще десятков других суверенных фондов, у нашего Нацфонда, действующего уже 17 лет, нет собственного сайта, нет и годового отчета. Информация о деятельности Нацфонда разбросана по ресурсам Нацбанка (объем активов фонда, а также краткие сведения об управлении фондом в годовом отчете НБК) и Минфина РК (отчет о поступлениях и использовании, бухгалтерский баланс Нацбанка по доверительному управлению средствами Нацфонда) — итого несколько страниц текста и таблиц, несколько графиков. Никакой детализации по инвестициям, в структуре портфеля показываются лишь две части — стабилизационная и сберегательная и предоставляются данные о доходности по каждой из них.

В то время как, например, в материалах GPFG можно найти информацию по каждой из инвестиций — облигациям, акциям и активам из сектора недвижимости, которые также входят в портфель этого СФ. Кроме того, опубликованы политики в сфере риск-менеджмента фонда, детализирована его инвестиционная стратегия, названы ответственные за управление активами — как и у нас, это члены совета директоров фонда и представители соответствующего департамента центробанка. По всем направлениям деятельности предоставляются отчеты, а все результаты и данные о политиках объединены в годовой отчет.

Визуализация инвестиций GPFG в Казахстан

ЕНПФ пока не входит в рейтинг SFWI, но имеет все основания туда попасть как государственный фонд. Структура инвестпортфеля ЕНПФ более прозрачная: есть и отдельный сайт, и финансовая отчетность и структура портфеля вплоть до последней инвестиции, а также актуального рейтинга эмитента ценной бумаги. Но к выпуску такого документа, как годовой отчет, ЕНПФ за все годы деятельности (с 2014) пока так и не подошел.

Повышение уровня прозрачности работы суверенных фондов, пожалуй, первый пункт из списка мер, призванных предупредить недобросовестные действия управляющих, а также исключить возможность проталкивать политически мотивированные решения. Вся деятельность СФ должна осуществляться публично, в режиме, который не позволит длительное время скрывать ошибки и преступления и уходить от ответственности.

В прозрачности заинтересованы и сами управляющие СФ. Казахстанские власти сотрясают коррупционные скандалы, обрастает все новыми и новыми деталями кейс ЕНПФ. Доверие к властям (в том числе и монетарным), подорванное после девальвации-2015, остается низким. Не будет преувеличением сказать, что отдельным институтам казахстанцы не доверяют вовсе. Повышение прозрачности — единственный способ вернуть доверие общества. Конечно, если в нем наверху нуждаются. 

FЕсли вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter

Об авторе


специально для Forbes.kz

 

Статистика

9990
просмотров
 
 
Загрузка...