Почему мир стал жить в эпоху постоянных кризисов

Подобно тому, как одно поколение сменяется другим, на смену старым глобальным проблемам приходят новые. И пандемия Covid-19, а также риск появления в любой момент новых опасных вирусов здесь далеко не единственный пример

ФОТО: © pixabay.com

К катастрофическим последствиям приводят экстремальные погодные явления, ставшие результатом изменения климата. Информационные технологии и базы данных иногда используются со злым умыслом или в качестве кибероружия. Даже нынешний рост цен на продовольствие и усиление глобального голода можно объяснить слабым распространением технологий с открытым кодом.

Мы явно живём в перманентном состоянии опасности. Кризисы перестали быть изолированными событиями, хвостовыми рисками, влияющими на немногих. Они стали намного более частыми, многоаспектными и взаимозависимыми; они не знают национальных границ и потенциально могут влиять одновременно на всех. Кроме того, с ними связано так много экстерналий, что у рынков и национальных правительств оказывается недостаточно стимулов для борьбы с ними.

Решение этих проблем зависит от наличия глобальных общественных благ. Однако нынешняя международная система не способна обеспечить их в достаточном количестве. Например, нам нужны крупные, скоординированные инвестиции в противопандемическую готовность и в сокращение выбросов парниковых газов (это глобальное общественное зло), потому что ни одна отдельно взятая страна не способна справиться с сегодняшними кризисами, а тем более предотвратить новые.

Императив сейчас – пересмотреть методы работы многосторонней системы отношений. Послевоенная международная финансовая архитектура была призвана поддерживать национальные правительства так, чтобы они могли обеспечивать национальные общественные блага. Теперь должен быть другой приоритет – задуматься о новых институтах, которые требуются для обеспечения таких общественных благ, которые не знают национальных границ.

Пересекающаяся природа нынешних кризисов усиливает аргументы в пользу новой системы. Повышение частотности экстремальных погодных явлений, например, наводнений и засух, увеличивает риск появления инфекций и болезней, передаваемых водным путём. Повышение средних температур и изменение количества осадков приводит к снижению потенциальных урожаев базовых сельскохозяйственных культур (например, на 6% в случае кукурузы), критически важных для обеспечения продовольственной безопасности, которая, в свою очередь, является обязательным компонентом хорошего здоровья. В 2010-2019 годах общемировая доля земель, где наблюдалась экстремальная засуха в течение какого-либо одного месяца, достигла 22%, что намного выше показателя 13%, зарегистрированного в 1950-1999 годах.

Предыдущие чрезвычайные ситуации, например, мировой финансовый кризис 2008-2009 года (феномен развитого мира), или Азиатский и Латиноамериканский финансовый кризис в конце 1990-х годов, по сути, имели экономическую природу, став результатом накопления избыточного количества финансовых рисков. Борьба с этими кризисами была задачей центральных банков и министров финансов. Она включала введение нового финансового регулирования, а также принятие бюджетных и монетарных мер с целью восстановить утраченную занятость и объёмы выпуска.

Напротив, сегодняшние кризисы являются взаимозависимыми и подлинно глобальными по своим масштабам, их потенциальный эффект намного сильнее. Они особенно отличаются тем, что их преодоление перестало зависеть исключительно от компетенции национальных экономических властей. Для эффективных решений требуется лидерство и действия правительств всего мира. Один из примеров такого подхода – предлагаемое создание Совета по глобальным угрозам здоровью. Раннее обнаружение пандемических угроз и формирование коллективного иммунитета против известных патогенов – это классический пример глобального общественного блага, неконкурентного и неисключаемого.

Однако у налогоплательщиков отдельно взятых стран нет стимулов обеспечивать блага, которыми пользуется весь мир. Кроме того, нельзя ожидать, что с этой работой справятся официальные программы помощи развитию или благотворительные фонды. Цифры просто не складываются. В прошлом году общий объём официальной помощи развитию составил $180 млрд, а частные финансовые доноры добавили к этой сумме ещё несколько миллиардов. Однако глобальные общественные блага требуют триллионов долларов финансирования. Кроме того, бюджеты помощи развитию слишком цикличны, а их приоритеты могут меняться. То, что сейчас кажется срочным и политически привлекательным, не всегда оказывается тем, что действительно важно и должно быть в центре глобальных общественных благ.

Именно поэтому нам необходимо создать новую многостороннюю систему. В идеале её главные элементы должны копировать инструменты, используемые для обеспечения национальных общественных благ – налогообложение, стимулирование, подотчётность.

Поскольку глобальные общественные блага требуют значительного и стабильного финансирования, мы должны сосредоточиться на формировании глобального бюджетного потенциала, финансируемого всем миром на основе принципа платежеспособности. Разумеется, власти на национальном уровне должны будут также гарантировать адекватные межправительственные и межотраслевые меры.

Будет непросто найти правильное стимулирование действий налогоплательщиков и правительств. Однако большинство правительств очень серьёзно относятся к периодическим консультациям с Международным валютным фондом в соответствии со статьёй IV устава фонда. Хорошим началом стало бы включение в эти консультации оценки их реагирования на климатические и пандемические риски. Точно так же кредитным рейтинговым агентствам следовало бы расширить используемые методологии оценки рисков для правительств и корпораций.

Мир не готов бороться с новым поколением кризисов. Вместо концентрации внимания исключительно на проблемах в какой-то одной сфере в тот момент, когда там происходит кризис, нам нужно понять, почему мы систематически плохо производим глобальные общественные блага, которые нужны, чтобы справиться со всеми этими новыми кризисами. Если мы не решим эту проблему, специфические прорехи будут и дальше возникать то там, то здесь. Например, если завтра возникнет новая пандемическая угроза, мы будем к ней готовы ничуть не лучше, чем были готовы к Covid-19.

Сегодняшние кризисы – климатический, медицинский, продовольственный – должны подтолкнуть вперёд глобальное сотрудничество, необходимое для борьбы с этими угрозами. И если даже они не этого сделают, тогда справедливо задаться вопросом, а что же его подтолкнёт.

Маурисио Карденас, бывший министр финансов Колумбии, приглашённый старший научный сотрудник в Центре глобальной энергетической политики Колумбийского университета

© Project Syndicate 1995-2022 

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
14208 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить