Цена спасения: сколько банки Казахстана еще должны государству
Помощь, оказанная в кризис, превратилась в историю с разными финалами для каждого игрока
Государственная помощь, оказанная в периоды кризиса казахстанским банкам, постепенно уходит в историю. Но уходит неравномерно. Одни участники рынка уже полностью рассчитались с государством, другие продолжают обслуживать долг. Речь идет не о государственных программах поддержки бизнеса и не о рефинансировании ипотечных кредитов. Речь о прямых обязательствах банков: по вкладам, облигациям и займам, полученным на льготных условиях от Национального банка, Казахстанского фонда устойчивости, а также ресурсов других организаций государственного и квазигосударственного секторов.
Наследники кризиса
На конец февраля 2026 года совокупный остаток такого долга на балансах банков все еще превышал 1 трлн тенге (при рекордной прибыли сектора, которая по итогам 2025-го достигла 2,7 трлн тенге). Основу этих обязательств заложила Программа повышения финансовой устойчивости, реализованная еще в 2017–2020 годах. Предполагалось, что она станет ключевым инструментом стабилизации банковской системы на этапе, когда платежеспособность ряда игроков вызывала вопросы.
В рамках этой программы Национальный банк Казахстана направил 700,5 млрд тенге на выкуп субординированных облигаций шести банков второго уровня. Средства распределялись неравномерно: самую большую сумму получил Bank RBK — 243,7 млрд тенге, за ним следовал Евразийский банк с 150 млрд тенге, по 100 млрд тенге досталось АТФБанку и Цеснабанку, 60 млрд тенге — Банку ЦентрКредит, 46,8 млрд тенге — Нурбанку.
Понятно, что на тот момент поддержка рассматривалась как временная мера. Хотя дальнейшее развитие событий показало, что выход из программы не был одинаковым для всех. Кому-то она и вовсе не помогла. В частности, АТФБанк и Цеснабанк, несмотря на существенные вливания, недолго продержались потом на плаву, впоследствии передав свои обязательства одному правопреемнику — Jusan Bank (ныне Alatau City Bank).
А кому-то при возврате долга понадобилась дополнительная «мотивация» от регулятора. На самом деле, процесс возврата государственной помощи заметно ускорился после 2023 года, когда Агентство по регулированию и развитию финансового рынка (АРРФР) ужесточило правила для банков-должников. В частности, для них регулятор ввел ограничения на начисление и выплату дивидендов. Если у финансового института на балансе остаются госсредства, просто так распределять прибыль между акционерами у него не получится.
АРРФР прописало условия, при которых такой банк вправе принимать решение о дивидендах. Во-первых, он обязан обеспечить досрочный возврат части господдержки. Причем размер возврата должен быть пропорционален доле дисконта в собственном капитале банка и составлять не менее 10 % и не более 66 % от суммы выплачиваемых дивидендов. Во-вторых, прибыль, из которой начисляются дивиденды, рассчитывалась без учета доходов, полученных за счет использования государственных средств. В-третьих, расчеты банка должны подтвердить независимые аудиторы. Для этого готовится отдельный отчет, который подтверждает корректность определения прибыли или суммы обратного выкупа акций, а также содержит другие сведения, предусмотренные нормами регулятора.
Ушли или остались
По информации Агентства по регулированию и развитию финансового рынка, первым рассчитался по своим долгам с государством Банк ЦентрКредит. В период с декабря 2024 года по август 2025 года он досрочно погасил всю сумму своих обязательств в размере 60 млрд тенге. Мажоритарным акционером этого финансового института является Бахытбек Байсеитов (№ 16 рейтинга 75 богатейших бизнесменов с состоянием $580 млн, № 12 рейтинга 50 самых влиятельных бизнесменов), ему принадлежит 51,8 % простых акций банка.
За БЦК последовал Bank RBK, также решивший в полном объеме вернуть свои долги раньше срока. С июня 2023 года по ноябрь 2025 года он выплатил 243,7 млрд тенге в пользу государства. Основным владельцем Bank RBK значится Владимир Ким (№ 3 рейтинга 75 богатейших бизнесменов с состоянием $5,7 млрд, № 6 рейтинга 50 самых влиятельных бизнесменов), он контролирует долю около 89,8 % банка через ТОО «КСС Финанс».
Пока еще не закрыли свою «кризисную историю» Нурбанк и Евразийский банк. Однако попытки с их стороны уже последовали. Так, Нурбанк, крупным акционером которого выступает Эльдар Сарсенов (семья Сарсеновых — № 9 рейтинга 75 богатейших бизнесменов с состоянием $980 млн, Эльдар Сарсенов — № 39 рейтинга 50 самых влиятельных бизнесменов) через ТОО «JP Finance Group», в ноябре 2025-го частично погасил 4,5 млрд тенге. В свою очередь, Евразийский банк в декабре вернул государству пока 30 млрд тенге. Данный банк входит в состав Евразийской финансовой компании, за которой стоят: семья Ибрагимовых (семья Ибрагимовых — № 7 рейтинга 75 богатейших бизнесменов с состоянием $2,1 млрд, Шухрат Ибрагимов — № 8 рейтинга 50 самых влиятельных бизнесменов), наследники Александра Машкевича и Патох Шодиев.
Кочующий долг Цесны
Сложнее обстоит дело с долгами Цеснабанка. Обязательства, которые перешли «по наследству» от него к Jusan Bank, не ограничиваются только программой повышения финустойчивости (речь об уже упомянутых 100 млрд тенге). В конце 2018 года и начале 2019-го Фонд проблемных кредитов выкупил у Цеснабанка убыточный портфель агропромышленного комплекса как основного участника программы «Агробизнес-2020» за 1,054 трлн тенге двумя траншами (450 млрд тенге — первый транш, 604 млрд — второй). Поводом для этого стал утвержденный в 2018 году правительством и опять же Национальным банком механизм, призванный обеспечить оздоровление сельхозпроизводителей и поддержку финансового состояния Цеснабанка.
В период, когда у банка начались системные проблемы, его контролировал бывший руководитель Администрации первого президента РК Адильбек Джаксыбеков и его два сына Даурен и Серик через корпорацию «Цесна». В 2019 году после выкупа Фондом проблемных кредитов убыточного портфеля на 1 трлн тенге актив передали в собственность First Heartland Securities, инвестиционному подразделению финансовой холдинговой структуры автономных организаций образования «Назарбаев Университет», «Назарбаев Интеллектуальные школы» и «Назарбаев фонд». За сменой собственника последовала и смена названия: сначала Цеснабанк переименовали в First Heartland Jysan Bank, а позже в First Heartland Jusan Bank. По сути, новые владельцы должны были обеспечить возвратность средств государству.
Однако, судя по данным АРРФР, сумма долга Jusan Bank вплоть до 2024 года оставалась неизменной. То есть можно предположить, что со стороны акционеров банка попыток вернуть деньги государству на протяжении пяти лет не предпринималось.
По словам председателя правления Национального аналитического центра Назарбаев Университета, финансиста Расула Рысмамбетова, это обстоятельство вызвало сомнение в наличии утвержденного плана возврата госсредств.
«Что касается графика погашения — если он и существовал, его могли бы представить публично. Но я практически уверен, что он не выполнялся», — отмечает он, обращая внимание и на тот факт, что Jusan Bank несколько раз при наличии неоплаченного долга выплачивал своим акционерам дивиденды на общую сумму более 100 млрд тенге.
Чтобы прояснить ситуацию, Forbes Kazakhstan обратился с официальным запросом одновременно в Фонд проблемных кредитов (ФПК) и Казахстанский фонд устойчивости (КФУ). Но от обоих организаций получил отказ в раскрытии данных.
В частности, в ответе ФПК нашему изданию говорится: «Запрашиваемые вами документы и сведения содержат информацию, относящуюся к коммерческой и служебной тайне фонда», соответственно они не подлежат раскрытию третьим лицам. Схожую позицию занимает и КФУ, при этом он ссылается уже на нормы законодательства. «В связи с тем, что запрашиваемая вами информация относится к информации с ограниченным доступом на основании подпункта 8) статьи 1, пункта 2, подпункта 3) пункта 16 статьи 11 Закона Республики Казахстан «О доступе к информации» Фонд вынужден отказать вам в ее предоставлении», — указывается в письме Казахстанского фонда устойчивости.
Таким образом, обе структуры фактически подтверждают, что детали, связанные с обязательствами долга Alatau City Bank, остаются закрытыми для внешнего запроса.
Отдельный вопрос касается позиции финансового регулятора, который должен был контролировать использование и возврат государственных средств. Рысмамбетов считает, что возможности надзорного органа были ограничены. «Регулятор здесь не имел реальных рычагов влияния. Я полагаю, что это было скорее политическое решение», — делает выводы финансист. Он убежден, что проблема политического влияния на решения в финансовой сфере носила в те годы системный характер.
Первые платежи после долгой паузы
Между тем Jusan Bank в 2023 году перешел под контроль бизнесмена Галимжана Есенова (№ 19 рейтинга 75 богатейших бизнесменов с состоянием $560 млн, № 42 рейтинга 50 самых влиятельных бизнесменов). Известно, что до 2021 года он владел АТФБанком, который не удалось «реанимировать», в итоге его объединили с Jusan Bank. После слияния бизнесмен получил сначала 19,67 % акций объединенного финансового института.
Ориентировочно в это же время группу Jusan, включая банк и ряд других крупных активов, «в результате спланированных действий» незаконно вывели в иностранную юрисдикцию. В середине июня 2023 года группу удалось вернуть в казахстанскую юрисдикцию путем судебных разбирательств, в том числе при участии государства. А уже в августе право собственности на компанию First Heartland Securities, владеющую около 80 % простых акций Jusan Bank, полностью передали Галимжану Есенову. Вследствие чего он напрямую и косвенно стал конечным бенефициарным собственником банка.
Под его началом в апреле 2024-го Jusan Bank и сделал первые шаги по возврату госпомощи, оказанной Цеснабанку в рамках программы финансовой устойчивости, выкупив субординированные облигации у ФНБ «Самрук-Казына» на 100 млрд тенге.
Стоит отметить, что в том же году интерес к Jusan Bank начал проявлять совладелец Kaspi.kz Вячеслав Ким (№ 1 рейтинга 75 богатейших бизнесменов с состоянием $7,1 млрд, № 2 рейтинга 50 самых влиятельных бизнесменов), как сообщал тогда со ссылкой на источники Bloomberg. Заявку на приобретение банка Ким подал официально только в феврале 2025 года. Одобрение регулятора на сделку он получил в конце мая, а в июле завершил покупку 100 % акций у Есенова.
Примерно за месяц до официальной смены акционера Jusan Bank объявил о переименовании в Alatau City Bank. Уже в сентябре Alatau City Bank уведомил о досрочном выкупе по инициативе нового владельца двух выпусков собственных облигаций на 30 млрд и 20 млрд тенге, со сроком обращения до 2040 и 2034 годов соответственно. Именно эти суммы пошли в счет погашения задолженности Цеснабанка в 1 трлн тенге, направленных на выкуп у него проблемных кредитов в 2018–2019 году.
По мнению Расула Рысмамбетова, с приходом Кима в Alatau City Bank вопрос о возврате основной суммы госдолга сдвинулся с места. Тем не менее темпы его погашения в дальнейшем будут зависеть не столько от формальных требований регулятора, столько от стратегии нового акционера. «Я так понимаю, Ким ориентирован на финансирование строительства нового города Алатау (Вячеслав Ким заявлял о своих намерениях инвестировать $1 млрд в инфраструктуру этого города. — Прим. авт.). В таких условиях есть и вероятность, что возврат государственных средств отойдет на второй план. В данном случае опять же политическая целесообразность в приоритете», — объясняет финансист.
В то же время он допускает, что погашение задолженности может происходить косвенно — через участие банка в финансировании государственных проектов.
«Не исключено, что возврат будет осуществляться через Alatau City Bank, а его ипотечные программы, связанные со строительством города Алатау, могут быть зачтены как часть возврата господдержки», — резюмирует Рысмамбетов.
При этом в пресс-службе Alatau City Bank заверили, что выполняют свои обязательства перед государством в строгом соответствии с условиями соответствующих соглашений и действующим законодательством.
Издержки поглощения
История господдержки не обошла стороной и крупнейший финансовой институт страны — Halyk Bank, который контролируют супруги Тимур и Динара Кулибаевы (№ 4 рейтинга 75 богатейших бизнесменов с состоянием $5,3 млрд у каждого) через холдинговую группу Almex. Проблем с устойчивостью, в отличие от банков, которые получили от государства деньги, он не испытывал. Народному в 2018 году пришлось унаследовать долг Казкоммерцбанка, став правопреемником его депозита от Казахстанского фонда устойчивости на сумму 250 млрд тенге. Эти средства выделялись еще в 2015 году на спасение БТА Банка и на помощь Казкому (банк стал преемником БТА), а Halyk получил долги перед государством уже постфактум вместе с активами и другими обязательствами после интеграции.
Формально срок возврата депозита был до 2037 года, но Народный решил не тянуть и досрочно его закрыл. В 2023 году Halyk Bank частично вернул 68,4 млрд тенге, а в апреле 2024-го заплатил оставшуюся сумму в 181,6 млрд тенге, тем самым полностью рассчитавшись с государством за Казком.
Долги с последствиями
Вместе с тем пространство для маневра у банков, на балансе которых остается государственная поддержка, продолжает сужаться. Новый Закон РК «О банках и банковской деятельности», подписанный 16 января 2026 года, вводит для них ряд дополнительных и весьма ощутимых ограничений.
Теперь до полного расчета с государством таким банкам запрещено создавать и приобретать дочерние структуры, участвовать в капитале других организаций и осуществлять любые инвестиции за пределами страны. Параллельно с этим ограничивается возможность снижения доли владения со стороны крупных акционеров и банковских холдингов. Для развития этих норм АРРФР подготовило проект постановления, согласно которому продажа доли в капитале банка допускается лишь при условии полного досрочного возврата средств господдержки. Альтернативой может стать принятие новым акционером обязательств по ее погашению с представлением детального, экономически обоснованного плана, включающего источники финансирования и конкретные сроки возврата.
В проекте постановления регулятор еще больше уделяет внимания распределению прибыли. Так, предусмотрено повышение минимальной доли прибыли, направляемой на погашение господдержки при выплате дивидендов до уровня не менее 66 % от распределяемой суммы. Пока документ ждет своего часа. Не исключено, что в нем могут появиться и новые пункты.
Можно сказать, что государство таким образом решило перейти от мягкой мотивации к жесткой финансовой дисциплине. Возможность платить дивиденды, сокращать долю участия или создавать новые структуры теперь зависит напрямую от того, как быстро банк закрывает свои обязательства перед бюджетом.
Отметим, что на начало марта средства господдержки в общей сумме 1,1 трлн тенге сохраняются на балансах трех финансовых институтов. Основной объем сосредоточен в Alatau City Bank — около 950 млрд тенге. Евразийский банк продолжает обслуживать обязательства на сумму 120 млрд тенге, Нурбанк — на 42,3 млрд тенге.