«Шлагбаумы в горах не поставишь»: глава Shymbulak о будущем алматинских гор

Ринат, кажется, минувший зимний сезон прошел на курорте без кризисов и громких инцидентов. Означает ли это, что Shymbulak наконец научился управлять большим потоком гостей или в этом сезоне просто повезло, что не было внешних триггеров?

— Ну почему же без кризисов? Кризис мы испытали, когда у наших арендаторов был конфликт в ресторане Gustо на тему коммуникаций на государственном языке, помните эту историю?

Вы берете кризисы арендаторов на свой счет?

— Нет, конечно. Но косвенно мы испытали влияние негатива. Напомню вам о еще одной скандальной истории, когда наших арендаторов упрекали за стакан чая, который якобы стоит пять тысяч тенге — была целая информационная кампания. Тогда я вместо журналистов сделал фактчек — на всякий случай обошел все кафе и рестораны курорта, но чай по такой цене за стакан так и не нашел.

И все же трапеза на Shymbulak обходится не так уж дешево.

— Цены на курорте формирует работа в условиях сложной логистики, повышенных требований к инфраструктуре, безопасности. Но даже при этом средний чек не сильно отличается от цен в аналогичных точках питания по уровню сервиса в черте города. Предвосхищая ваш вопрос о стоимости аренды на курорте, скажу, что стоимость аренды для наших партнеров в среднем тоже сопоставима с городской. Для нас важно, чтобы курорт оставался доступным, насколько это вообще возможно в условиях нынешних цен на зарубежное оборудование, его эксплуатацию и другие расходы. Мы заинтересованы в устойчивости экосистемы — нам важно, чтобы у арендаторов была возможность работать вдолгую, чтобы гости получали качественный доступный сервис. Поэтому мы не стимулируем завышение цен, а скорее балансируем модель так, чтобы она оставалась удобной для всех.

А в скандале с Gusto вы на чьей стороне были?

— Мы не становимся на определенную сторону в подобных ситуациях. Для нас важнее другое — на территории курорта не может быть сервиса, который вызывает у гостя ощущение неуважения или дискриминации. Курорт не вмешивается в операционную деятельность арендаторов, но мы задаем четкие требования к качеству сервиса. И если возникают такие ситуации, рассматриваем их как сигнал для повышения стандартов.

Если возвращаться к вашему первому вопросу, именно такие кейсы и показывают, что управление курортом выходит далеко за рамки создания инфраструктуры. Ключевое в этом процессе не только поток гостей на канатке и на склонах, но и качество взаимодействия на всех уровнях клиентского пути. Поэтому я бы не сказал, что нам «повезло» и сезон прошел без кризисов. Скорее мы стали быстрее реагировать, более системно подходить к управлению процессами и в целом лучше контролировать ситуацию.

Значит ли это, что вы доросли до потолка текущей модели управления курортом?

— Я бы не говорил о потолке роста. Скорее сейчас момент, когда становится понятно, что дальнейшее развитие невозможно обеспечивать только за счет оптимизации текущей модели. Нас посещают более миллиона туристов ежегодно. Это та самая «новая нормальность», к условиям которой мы адаптируемся, но есть нюансы.

И вот поэтому нужен Алматинский горный кластер, хотите сказать?

— АГК — это проект правительства. Если вы были на общественных слушаниях, то знаете, что речь идет не только о туризме. Это инфраструктура, новые рабочие места, развитие малого бизнеса, транспортных решений и в целом создание условий для того, чтобы горы оставались доступными при растущем потоке гостей. По прогнозным оценкам, прозвучавшим на общественных слушаниях, через десять лет поток туристов вырастет с одного миллиона до пяти-шести миллионов. Это серьезный вызов, к которому мы должны быть готовы.

Я была на слушаниях, и знаете, о чем были мои мысли? На АГК нам обещают доступность — дети якобы будут кататься чуть ли не бесплатно, обещают рабочие места и все остальное. Но являетесь ли вы как бизнес примером того, что стоит масштабировать?

— Я бы не хотел, чтобы это выглядело как разговор о том, что государство должно взять модель Shymbulak и просто масштабировать или тиражировать ее. Каждый проект имеет свою специфику. Вместе с тем есть то, что невозможно отрицать — люди хотят отдыхать в горах. Среди всех достопримечательностей города Shymbulak — наиболее популярная локация среди иностранных туристов. Поэтому для меня главный вопрос не в том, стоит ли масштабировать Shymbulak, а в том, готовы ли мы создать условия, чтобы через пять-десять лет люди по-прежнему могли комфортно приезжать в горы, а не стоять в очередях или уходить в дикий туризм.

Близость гор для алматинцев, особенно для детей и подростков, — это большой соблазн, тридцать минут на автобусе, и ты уже в горах. Лучше, если у них будет возможность отдыхать в безопасной, подготовленной и доступной туристической среде, а не там, где любая ошибка может стоить жизни и риска потери здоровья. В прошлом зимнем сезоне мы успешно провели несколько спасательных операций, за результаты которых я очень благодарен нашим сотрудникам. Во всех случаях райдеры попадали в ЧП за пределами наших трасс — на территориях, которые мы не обслуживаем. Без помощи профессиональных спасателей они могли погибнуть.

Понимаете, поток людей в горы будет расти независимо от того, нравится нам это или нет, хотим мы этого или нет. Вопрос только в том, будет этот поток управляемым или стихийным, потому что стихийный туризм — это не только вопросы безопасности, но и мусор, повреждение троп, нагрузка на экосистему, спасательные службы. Нам всем сейчас важно трезво посмотреть на ситуацию — шлагбаумы в горах не поставишь.

Если АГК будет реализован, какую роль в этой системе вы видите для Shymbulak?

— Преимущество горного кластера в том, что он позволяет создавать разные продукты для разных аудиторий. Кто-то приезжает в горы впервые, кто-то предпочитает семейный отдых, кто-то занимается спортом, а кто-то ожидает более высокого уровня сервиса и инфраструктуры. И вот исходя из своих предпочтений и запросов гость будет выбирать зону для отдыха. Мы видим Shymbulak как флагманский курорт кластера, который задает стандарты качества, безопасности и туристического опыта для всего региона.

В Казахстане пройдут зимние Азиатские игры в 2029 году. Как вы восприняли эту новость? Наверняка с радостью? Ожидаете новых вливаний со стороны государства?

— У нас уже есть опыт проведения соревнований во время Азиады 2011 года, и я хорошо понимаю подтекст вашего вопроса. До сих пор некоторые ставят нам в упрек то, что в рамках подготовки к Азиаде «нам построили». Да, это улучшило нашу инфраструктуру. Но это был не наш выбор, просто на тот момент именно база нашего курорта позволяла проводить соревнования такого уровня, чем мы очень гордимся. На мой взгляд, главный вопрос здесь не в том, кто и сколько вложил для проведения Азиады, а в том, что осталось после соревнований.

Прошло почти пятнадцать лет, а объекты продолжают работать, принимать миллионы гостей, развивать детский и массовый спорт, привлекать туристов. Что касается новых инвестиций, то любые инфраструктурные улучшения должны решать не задачи одного курорта, а задачи города и страны. Если Азиатские игры помогут сделать горы более доступными, безопасными и комфортными для жителей и туристов, от этого выиграют все.

Shymbulak переживал разные времена, но, несмотря на все трудности, мы не переставали поддерживать детский спорт. Тысячи маленьких алматинцев, которые едва научились ходить, наши инструкторы ставят на лыжи. Слезы на глаза наворачиваются от умиления при виде скатывающихся с горы словно утята малышей. Мы гордимся, когда «наши дети» приходят в профессиональный спорт, занимаясь в Ski Club, которому мы предоставляем бесплатно не только наши склоны, помещение для тренерского состава, но и лыжное снаряжение.

На предстоящих Азиатских играх спортсмены, которые тренировались на наших склонах в Ski Club, представят Казахстан, и я считаю, что у ребят есть большие шансы на медали. Поэтому любые инвестиции в спортивную инфраструктуру мы рассматриваем прежде всего как серьезные инвестиции в будущие поколения спортсменов и любителей гор.

В 2029 году соревнования Азиатских игр пройдут не только на Shymbulak. Благодаря развитию Алматинского горного кластера впервые появится возможность проводить состязания по всем дисциплинам Азиатских игр на нескольких площадках одновременно. Помимо Shymbulak будут задействованы курорты Almaty Super Ski, Oi-Qaragai, инфраструктура ущелья Бутакты.

Вы акцентируете на стремлении обеспечить доступность курорта. Я не хочу говорить о том, что ваши Ski Pass слишком дорогие, потому что это не так, и понятно, что, обсуждая вопрос ценообразования, мы все-таки должны понимать, что отдых в горах — это достаточно дорогой вид досуга во всем мире. И тем не менее вы говорите о доступности. Тогда почему не используете модель дифференцированных тарифов, как это делает Oi-Qaragai, когда для казахстанцев билет стоит дешевле, чем для иностранцев?

— На самом деле мы уже используем дифференцированную тарифную модель. У нас действуют тарифы low, regular и high season, есть отдельные предложения для утреннего, дневного и вечернего катания, специальные условия для начинающих, а также льготы для социально уязвимых граждан. Но если говорить шире, то доступность для нас — это не только вопрос цены. Возможно, многие удивятся, но в прошлом году курорт посетили около 190 тысяч гостей из социально уязвимых категорий. Для детей до пяти лет в любые дни, пенсионеров по возрасту и людей с инвалидностью в будние дни посещение курорта бесплатно. Для членов многодетных семей и ряда других категорий действуют льготные тарифы. Нас часто критикуют за приостановку движения канатной дороги, но в большинстве случаев это происходит в процессе посадки или высадки человека с инвалидностью либо людей с малолетним ребенком на коляске, когда им требуется дополнительное время или помощь сотрудников.

Но я понимаю, почему тема цен вызывает столько эмоций. Когда человек видит стоимость ски-пасса в high season, она действительно может показаться высокой. Но обычно за рамками обсуждения остается другой вопрос — как сделать так, чтобы курорт оставался безопасным, современным и доступным не один сезон, а десятилетиями. Поэтому для нас важно искать баланс между доступностью для гостей и устойчивостью самого курорта. Наверное, это не всегда получается идеально, но обеспечение этого баланса мы считаем своей главной задачей.

Я понимаю, о чем вы говорите. Вокруг Shymbulak постоянно возникает одна и та же дискуссия. С одной стороны, люди хотят видеть современный, безопасный курорт мирового уровня. С другой — многие считают, что раз горы являются народным достоянием, то и курорт должен быть недорогим. Как вы разрешаете для себя это противоречие? 

— Горы действительно принадлежат всем, а курорт — это канатные дороги, системы безопасности, подготовленные трассы, спасательная служба, инженерная инфраструктура, техника, сервис и сотни людей, которые обеспечивают его работу. Shymbulak — не бюджетная организация, это бизнес, который работает в конкурентной среде, платит налоги, создает рабочие места, инвестирует в развитие. При этом мы прекрасно понимаем общественную значимость курорта, по этой причине сохраняем наши социальные программы. Поэтому я бы не противопоставлял коммерческую эффективность и общественную пользу, ведь только устойчивый бизнес способен выполнять свою социальную функцию.

И второй важный момент. Мне кажется, мы часто недооцениваем роль туризма в экономике города. Согласно исследованиям, каждый третий иностранный турист приезжает к нам на Shymbulak. Он пользуется городским транспортом, живет в гостинице, посещает рестораны, музеи, покупает сувениры — за курортом стоит большая экосистема малого и среднего бизнеса. Поэтому Shymbulak — это не только место отдыха. Это один из драйверов туристической экономики Алматы. И чем больше туристов приезжает на Shymbulak, тем больше возможностей появляется у местного бизнеса.

Насколько Shymbulak как бизнес жизнеспособен без господдержки? Разве вы не получаете субсидии от государства?

— Для горных курортов действует программа, в рамках которой государство может компенсировать до 25% затрат на приобретение специализированной техники и инфраструктурного оборудования. Это инвестиционная поддержка, а не финансирование текущей деятельности. Мы таких субсидий никогда не получали. Но если будет необходимость, воспользуемся этой возможностью, в этом нет ничего плохого.

Курорт работает как обычный бизнес, несет все операционные расходы и инвестирует в развитие за счет собственных средств и привлеченных частных инвестиций, благодаря чему мы планируем в ближайшее время построить две пятизвездочные гостиницы, увеличить пакет развлечений, построить Alpine Coaster, который будет работать круглый год, и другие объекты.

Если представить, что мы встречаемся с вами через десять лет, каким бы вы хотели видеть Shymbulak?

— Надеюсь, что через десять лет нас будут меньше обсуждать в контексте цен, а больше — в контексте того, что удалось сделать. Что у нас появились новые возможности для отдыха, выросли новые спортсмены, стало больше туристов, а сами горы остались такими же прекрасными, какими мы их знаем сегодня. Наверное, для человека, который больше пятнадцати лет занимается этим проектом, это и есть главный показатель успеха.