Возврат незаконно приобретённых активов: что известно о законопроекте?

61700

Об этом рассуждает эксперт Бахыт Тукулов

Иллюстрация: © Depositphotos/JrCasas

В конце мая 2023 года в мажилис поступил проект закона РК «О возврате государству незаконно приобретенных активов». Насколько мы понимаем, он станет ключевым инструментом «нового Казахстана» в возврате активов государству. От успешной реализации проекта зависит не только судьба многих активов в Казахстане и за рубежом, но и траектория инвестиционного климата в Казахстане на будущие годы. По этой причине я решил прокомментировать основные положения проекта и изложить свои соображения.

Основная механика проекта

Суть законопроекта упрощенно сводится к следующему: Генеральная прокуратура РК и Комиссия по возврату активов (ее формирует правительство РК) ведут реестр граждан и компаний, которые отвечают определенным критериям (по сумме их активов, источникам их происхождения и т.д.).

После включения в реестр гражданин или компания вправе подать декларацию и объяснить происхождение актива (на какие средства и как он был куплен). После получения декларации Генеральная прокуратура может принять одно из следующих решений: исключить гражданина/компанию из реестра (отказаться от претензий); предъявить к нему гражданский иск о возврате активов или возбудить уголовное дело; повторно запросить информацию в отношении активов и решать вопрос о преследовании либо об исключении из реестра.

В реестре гражданин/компания могут находиться в течение одного года. После истечения одного года лицо исключается из реестра и по тем же основаниям претензий к нему быть не должно. На период обращения в суды и правоохранительные органы срок приостанавливается.

Кто под ударом?

В реестр могут включить граждан и компании, если стоимость их активов превышает 13 млн месячных расчетных показателей (около $100 млн). При этом стоимость активов может устанавливаться на основе любых доступных источников (например, публикация в Forbes). Вполне возможно, что указанный порог могут снизить по мере обсуждения законопроекта в парламенте.

В реестр могут включить на основании любого из следующих оснований (перечисляем некоторые из них):

  • если лицо владеет имуществом и его стоимость несопоставима с официальным доходом такого лица (так называемые «активы, происхождение которых невозможно объяснить»);
  • если о незаконности происхождения имущества станет известно в рамках административных или уголовных расследований;
  • если гражданин/компания приобрели активы на сумму свыше $100 млн и если такое лицо занимает или занимало ответственную государственную должность (высшие государственные служащие, депутаты парламента, судьи и т.д.);
  • если гражданин/компания приобретает необоснованное преимущество при ведении бизнеса в результате каких-либо специальных административных рычагов.

Проект, по всей видимости, будет иметь обратную силу, то есть вопросы могут задать не только по активам, приобретенным после принятия проекта, но и по тем, которые куплены ранее, а также по уже перепроданным активам.

Размытость формулировок создает большую неопределенность.

Защищены ли покупатели?

Для изъятия имущества в пользу государства должно быть решение гражданского суда (если предположить, что внесут соответствующие изменения в законодательство) либо приговор уголовного суда о конфискации имущества в пользу государства.

В проекте указано, что после предъявления иска Генеральной прокуратурой гражданин/компания, включенные в реестр, несут бремя доказывания законности происхождения их активов. То есть, вопреки общим принципам судопроизводства, согласно которым истец (Генеральная прокуратура) доказывает незаконность происхождения актива, после принятия проекта это будет доказывать владелец актива.

Между тем возникает следующая проблема: в проекте нет ни слова о том, в пределах какого срока может ставиться вопрос о законности приобретения активов: пять лет? 10 лет? 20 лет? Это создает неопределенность для новых владельцев актива, которые, например, купили его пять лет назад.

Новый покупатель будет утверждать, что он является добросовестным и что его права должны защищаться. Но для целей проекта добросовестным приобретателем будет тот, кто одновременно соответствует следующим требованиям: не аффилирован с продавцом, приобрел актив на рыночных условиях, а также не знал и не должен был знать о том, что имущество относится к незаконно приобретенным активам.

А что, если покупатель имущества догадывался, что конечным продавцом является важный государственный служащий? Ведь в Казахстане не так много больших активов, которыми владеют совершенно нейтральные по отношению к госорганам лица? Влечет ли это риски для такого покупателя? Возможно.

А кто определяет, знал покупатель или должен был знать о том, что конечный продавец является или ранее был важным государственным служащим - суды Казахстана либо иностранные суды (если иск заявлен за границей)? Предъявление исков за рубежом - мероприятие долгое и дорогостоящее, в связи с чем, по всей видимости, иски в основном будут предъявляться в суды Казахстана. Может ли покупатель доверять судам Казахстана настолько, чтобы быть уверенным в своей добросовестности и защищенности своего имущества? Может быть.

Предположим, актив не перепродавался и им владеют со времен приватизации либо актив купили на заре приватизации. Прошло 30 лет с тех пор. Как доказать правомерность источников приобретения актива, откуда собрать документы? Это может вызвать много затруднений и послужить рычагом для злоупотреблений.

А как быть тем, кто рассматривает покупку активов в Казахстане сейчас? Очевидно, что не только до принятия законопроекта, но и достаточно длительный период после его принятия и понимания специфики его применения приобретение новых серьезных активов в Казахстане может быть заморожено. Полезно ли это для инвестиционного климата – трудно сказать.

Проект имеет очень широкое действие – как в Казахстане, так и за его пределами, как в отношении граждан РК, так и в отношении иностранцев.

Планируется его применение не только в отношении активов, которыми гражданин/компания владеют прямо или косвенно, он распространяет свое действие также на активы, которые могут контролироваться через номинальных держателей, как в Казахстане, так и за рубежом.

Проект содержит очень широкое определение аффилированных лиц, к числу таковых он относит не только близких родственников, но и «лиц, имеющих родственные отношения» (теоретически покрываются троюродные братья), родственников супруга (в том числе бывшего), сожителей (в том числе бывших), доверительных управляющих (в том числе управляющих трастами за рубежом), а также иных лиц, которых суд посчитает аффилированными лицами. Условно аффилированными могут признать друзей и соседей, если один переписал на себя имущество другого.

Проект содержит очень размытые критерии для включения в реестр. Например, основанием для включения в реестр служит среди прочего «наличие разумного сомнения в законности источников приобретения (происхождения) активов». При этом достаточно того, чтобы актив отдаленно находился под контролем гражданина/компании.

Можно предположить, что проект писали иностранные юристы либо в основу был взят английский опыт. Между тем такой иностранный опыт основан на предположении, что закон будет применять независимый, беспристрастный и сильный суд, который способен разобраться в деле досконально, потратить столько времени, сколько требуется, и квалификации которого хватит на сложные и объемные дела.

Столь широкие формулировки в руках перегруженных и недоукомплектованных судов Казахстана могут вызвать серьезные риски с точки зрения стабильности инвестиционного климата и защиты права собственности. Увы, на данном этапе мы видим достаточно много пространства для возможных злоупотреблений. В связи с чем надеемся, что закон не превратится в инструмент выборочного применения.

   Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить
Куралай Нуркадилова: письмо Токаева, политические амбиции Смотреть на Youtube