Школьники из-за пандемии отстали на целый учебный год. Как исправить положение?

Рекомендации дает эксперт Всемирного банка в области образования Гарри Патринос

Гарри Патринос
ФОТО: Тимур Эпов
Гарри Патринос

По данным Ranking.kz, школы Казахстана во время карантина были закрыты 11 месяцев и 3 недели, из них 10 недель - полностью, 8 месяцев и 3 недели - частично.

Много это или мало, как это отразилось на знаниях учащихся и что можно сделать, чтобы дети наверстали упущенное? На вопросы отвечает менеджер глобальной практики Всемирного банка в области образования в регионе Европы и Центральной Азии Гарри Патринос. Под его началом эксперты из 24 стран Европы и Центральной Азии обеспечивают стратегическое видение и направление деятельности во всем регионе.

Г-н Патринос, ключевым вопросом на повестке дня в Центральной Азии вы считаете потери в обучении в результате пандемии. Какие меры нужно предпринять в первую очередь, чтобы заполнить пробелы?

- Мы недавно провели обзор по всему миру и выявили только 36 значимых исследований по 20 странам, большинство — это Западная Европа, США и несколько стран Латинской Америки. У нас нет информации по Центральной Азии, но мы знаем из других исследований, что чем дольше был период, на который закрывались учебные заведения, тем больше было потерь в обучении. В странах, где школы и вузы закрывались ненадолго, они понесли значительные потери, но не огромные. В странах, которые закрывались на длительный срок, например в Польше — более чем на 30 недель, учащиеся потеряли целый учебный год.

Таким образом, прежде всего нужна оценка уровня знаний, надо знать, кто и что именно потерял. Затем следует подготовить планы обучения, учитывая потребности каждого ребенка. Это потребует привлечения дополнительных преподавателей, поэтому крайне важна поддержка учителей, поскольку их работа станет гораздо более сложной. Необходимо поддерживать их как в профессиональном развитии, так и материальными и финансовыми ресурсами. Учителя должны иметь информацию о пробелах и возможности, чтобы эти пробелы восполнить, им нужно больше инструментов, чтобы давать отдельные задания детям с разным уровнем.

Один из подходов, который показал свою действенность, - репетиторство. Это очень дорогие программы, так как репетиторство - индивидуальная работа с учеником по 4 часа в день. Во время пандемии некоторые страны экспериментировали с онлайн-репетиторами, что гораздо дешевле и приносит хорошие результаты. Например, в Италии и Испании репетиторы для большинства учащихся восполнили потери в обучении.

Еще один способ — это сконцентрироваться в учебной программе на фундаментальных вещах. К примеру, для учителей младших классов — добиться от учеников освоения чтения и математики: это основа образования, которая будет нужна в течение всей академической карьеры человека.

Не проще было бы оставить наиболее отстающих учащихся на второй год?

- Такие рекомендации звучали, но меня тревожит, что если оставить на второй год только некоторых детей, возникнет стигматизация. Я бы поэкспериментировал с другими подходами: ввести больше учебных часов или разработать летние программы.

Также мы можем поддержать учащихся в социальном и эмоциональном плане, помочь им справляться со стрессом. Наряду с обучением нужно оказывать психологическую помощь. Репетиторство, даже онлайн, это все же взаимодействие, интерактивное развитие. 

В Казахстане и до пандемии различные исследования выявляли низкую читательскую и математическую грамотность у школьников. Некоторые эксперты предлагают в качестве решения увеличение времени обучения: раньше начинать, в 4-5 лет, и позже заканчивать — ввести 12-летнее школьное образование.

- Это сложный вопрос. В некоторых странах очень рано начинают обучение в школах с учителями, в других — дети не попадают в классную комнату до семи лет. Различные формы организации учебного процесса в равной степени могут быть успешными. Больше учебного времени — это важно, но его можно продлевать в течение школьного дня, например в виде «продленки» или занятий с репетитором. При этом раннее начало образования может проходить не в школах, а в детских садах, дневных центрах, в особенности для детей из малообеспеченных семей или семей с проблемами.

Что касается 12-летнего школьного обучения, то скажу на своем опыте: я вырос в Канаде, где федеральная система образования. В провинции Онтарио в 1980-е годы была 13-летняя система обучения, в Квебеке — 11 лет, остальных частых страны — 12 лет. То есть внутри одной страны не было единой структуры. И я не думаю, что это самое важное. Важнее знания, которые школьники получают. Например, в Онтарио перешли на 12-летнее обучение — была проведена оценка, и оказалось, что эффективность обучения такая же, как при 13-летке, но требует меньше затрат.

Прежде чем переходить с 11-летнего на 12-летнее образование, нужно задаться вопросами: каковы причины перехода, что изменится после него, как он будет организован и будет ли эффективен? Любая программа должна получать оценку — насколько она результативна, какие уроки можно извлечь из нее прежде, чем внедрять новую?

В Казахстане образовательные программы меняются очень часто, и несмотря на это работодатели жалуются, что выпускники не имеют нужных знаний и навыков. Чему нужно сегодня учить молодежь?

- Мои рекомендации всем странам заключаются в том, чтобы учащиеся достигали базового, фундаментального уровня знаний: чтение, письмо, счёт, чтение карт и т. д. до перехода к любому профессиональному образованию. Я считаю, что для большинства стран отложенное поступление в специализированное учебное заведение было бы правильным решением. Сложно готовить выпускника к рынку труда, когда нет возможности узнать, какого рода рабочие места будут тогда, когда он закончит обучение. Но мы точно знаем, что в будущем способность критически мыслить, решать проблемы, иметь коммуникативные навыки будет очень важна независимо от профессиональной сферы.

Кроме того, у человека может меняться профессиональный интерес в течение жизни, а если он слишком рано начинает профессиональное образование, он может недостаточно сформироваться для перемен в будущем.

Еще один подход заключается в том, чтобы позволить людям получать профессиональное образование, затем вернуться в общеобразовательное учреждение, а через какое-то время возобновить обучение профессии. В некоторых странах такое практикуется. Но ещё раз повторю: овладение базовыми знаниями — основа образования до перехода к специализации.

В Казахстане довольно активно развивается бизнес-образование, даже предлагают придать большинству вузов предпринимательскую направленность.

-  Согласен, что сделать высшее образование более актуальным для рынка труда, давать рынку то, что он требует, - это правильно. Многие люди заканчивают университеты и ждут, что им дадут работу. Но они должны быть готовы к тому, чтобы создать свое рабочее место самостоятельно. Я приветствую идею сделать высшее образование более актуальным, включая открытие большего количества бизнес-университетов. Считаю, что навыки, полученные в таких учебных заведениях, полезны, даже если в будущем человек не станет предпринимателем.

Чего не хватает системе образования стран Центральной Азии в целом: технологий, финансирования, компетентных кадров?

- Я считаю, что в Центральной Азии высокий уровень образования, соблюдается гендерное равенство, есть стремление улучшать качество образования. Область, где необходимо делать больше, - это национальная оценка уровня образования. Я не имею в виду экзамены, скорее замеры, которые дадут информацию политикам и учителям о направлении развития.

Казахстан открыт к измерению его образования в рамках международных стандартов, но я уверен, что нужно укреплять национальную систему оценки, актуальную для самой страны.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
16869 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить