Театр «ARTиШОК»: практика большого взрыва

90625

«ARTиШОК» по праву может называться первой независимой театральной компанией в истории суверенного Казахстана

Анастасия Тарасова - управляющий директор театра «ARTиШОК»
Анастасия Тарасова – управляющий директор театра «ARTиШОК»
Фото: © Илья Назаренко

За 20 лет своего существования театр пережил множество взлетов и, казалось бы, падений. Но по факту это только казалось.

В 2000 году европейский актер и режиссер Маркус Цонер приехал в Казахстан с образовательным проектом в области театральных импровизаций. Подозревал ли он, что своим визитом положит начало революционным процессам в театральной жизни молодого государства, история умалчивает. Но, посетив его семинары, пять известных профессиональных артистов – Галина Пьянова, Вероника Насальская, Дмитрий Скирта, Елена Тайматова (к слову, воспитанники мастера Бориса Николаевича Преображенского) и Елена Набокова – решили создать нечто новое: экспериментальный театр, который подразумевает, что актер играет не под диктовку режиссера, а сам творит спектакль, ведомый своей фантазией, своими импульсами.

«Нет пространства, нет стартового капитала, нет учредителей. Это была революция. В таких условиях «ARTиШОК» пошел на улицу со своими уличными спектаклями, с импровизациями, когда ты не можешь предсказать, как будут развиваться события, но ты можешь взаимодействовать со зрителями, ты можешь предложить игру. Можно сказать, что наш город уже тогда был территорией творческой свободы. Уличным артистам «ARTиШОКа» никто не препятствовал в их коротких театральных шоу, им стали поступать предложения о сотрудничестве от зарождавшихся в ту пору ивент-агентств», – рассказывает управляющий директор театра «ARTиШОК» Анастасия Тарасова.

Достаточно скоро у театра появилось свое собственное пространство – подвал на пересечении улицы Кунаева и проспекта Жибек жолы, ныне это Малая сцена. Случайно выяснилось, что подвал продается. А меценатом стал бизнесмен того времени Андрей Маляренко. Он дал сумму на выкуп помещения, примерно четыре тысячи долларов. Так подвал остался за театром. Это место на многие годы стало не только базой для «ARTиШОКа», но также площадкой для разных творческих проектов, у которых не было своего пространства.

По словам Анастасии Тарасовой, у театра практически сразу появился репертуар, параллельно реализовывались коммерческие проекты на разных мероприятиях. Команда сделала несколько спектаклей, которые оказались очень востребованы на европейских фестивалях. При этом соблюдался принцип группы: минимум людей, мобильные декорации, авторская продукция. Ярчайший пример – знаменитая постановка Back in the USSR, в которой главные роли исполняют три пионерки и гипсовый бюст Ленина, а вся декорация помещалась в чемодан. К слову, этот спектакль за семь лет объездил огромное количество фестивалей от Великобритании до Японии.

«Это было время, когда бурный рост был во всех сферах экономики и жизни общества. Любые выставки, мероприятия требовали какого-то оформления. Зарождался рынок ивент-индустрии, куда команда «ARTиШОКа» успешно влилась и стала делать две работы одновременно – театр и коммерческие проекты. Команда работала профессио­нально везде – будь то корпоратив, той или сцена театра. Им помогал открытый взгляд на мир, на страну, на город, на рынок, на то, что происходит с каждым из нас», – отмечает Анастасия Тарасова.

Театр принадлежит команде

В 2007 году авторы «ARTиШОКа» приняли решение о расширении проекта. Основным способом расширения стала театральная школа, которая была реализована на грант одного из европейских фондов.

Расширение поставило театр перед необходимостью внедрения основ менеджмента и распределения обязанностей. При этом все ключевые решения принимались командой.

Фото: © Илья Назаренко

«В 2011 году был первый серьезный конфликт в группе, когда «ARTиШОК» отметил свой первый юбилей. Весь репертуар рухнул, ушла часть ведущих актеров.

В 2013 году был создан спектакль «Прямо по Толе би», через который мы заявили о себе как о гражданском театре, повествующем о жизни города. Тогда же пришло понимание, что пора даже в пространстве подвального андерграунда создавать сервис, уют и современную эстетику. За финансовой поддержкой мы обратились к нескольким знакомым бизнесменам, которые были среди наших зрителей.

Первый взнос на реновацию подвала составил около 4 млн тенге. Почему нам дали эти деньги? Потому что многие бизнесмены учились, кто в Москве, кто в Европе, и их зрительская насмотренность, личные впечатления, любовь к современному театру сформировали искреннее желание поддержать нашу работу», – вспоминает директор театра.

Но и в этом процессе театру пришлось учиться просить и брать деньги, при этом сохранять свою свободу, чтобы не попасть в зависимость от мнений и желаний дружеских инвесторов.

«Работа команды предполагает доверие, когда у каждого есть свой спектр обязанностей и ответственности, и мы не диктуем друг другу условия. Например, я не прихожу к Галине Пьяновой, которая является художественным руководителем и режиссером, и не требую от нее создать такой спектакль, который принесет нам такие-то доходы или займет таких-то артистов. Сцена – это ее территория.

В свою очередь я могу озвучить, что нам в будущем сезоне, месяце, квартале нужно предложить в маркетинге, пиаре, выслушать встречные предложения. Но коман­да оставляет на мое усмотрение тактику действий, потому что это уже моя территория», – поясняет Анастасия Тарасова.

Идти ва-банк

«Когда веришь в свою идею, ты способен убедить в ее важности всех вокруг», – подчеркивает Анастасия Тарасова. И следующая веха в развитии театра возводит эту теорему в разряд аксиомы.

В 2017 году театр «ARTиШОК» стал победителем в номинации «Лучший проект в области бизнес-коммуникации» казахстанской премии «Ак мерген», потому что театр сломал все стереотипы в продвижении своего бренда и построении партнерских взаимоотношений с финансовой и бизнес-средой. В этой же номинации выступали мобильный оператор, банк, нефтедобывающая компания. Победа театра стала настоящей неожиданностью.

Рынок требовал масштабирования. Было принято решение о создании Большой сцены театра. Команда поступила неординарно.

«Бюджет проекта составлял более 25 миллионов тенге. Мы провели масштабную кампанию «Театр стоит театр». Часть средств – три миллиона тенге – решили собрать посредством краудфандинга. Но за четыре месяца собрали 4,2 миллиона тенге. Горожане помогали театру разными суммами. Мы продемонстрировали, что и 500 тенге – это весомая помощь. Также люди приходили к нам и предлагали свои услуги по ремонту, установке сигнализации, благоустройству территории», – рассказывает Тарасова.

Остальные средства пришли из бизнес-среды.

«В 2019 году мы запустили бесплатное двухлетнее обучение актерскому мастерству и режиссуре. И этим мы как независимый театр разорвали шаблоны, ведь это мог быть дополнительный источник дохода. Но мы хотели в первую очередь найти людей в нашу команду, тех, кто по-настоящему талантлив, и чтобы наличие или отсутствие денег у человека не стало более важным определяющим фактором», – рассказывает директор «ARTиШОКа».

Закулисье

По информации Анастасии Тарасовой, за исключением последних двух сезонов у театра никогда не было постоянного партнера или инвестора. «Мы всегда обходились своими силами и находили дополнительное финансирование у европейских культурных институций, международных организаций или фондов. Например, мы сделали спектакль «Уят» с фондом Фридриха Эберта и фондом Досыма Сатпаева.

При этом основной источник дохода – это продажа билетов с диапазоном цен от 6000 до 12 000 тенге. 15–18 спектаклей в месяц – пока это наша максимальная возможность играть. У нас очень разножанровый театр, разнообразный репертуар. И это выбор команды «ARTиШОКа» – развиваться сразу в нескольких направлениях. Обычно наполняемость зала составляет 80%. Да, бывают ситуации, когда билеты остаются непроданными. Это, пожалуй, самые критичные моменты в работе», – говорит Анастасия Тарасова.

Из самых последних достижений, которыми театр серьезно гордиться, – генеральное партнерство с крупными финансовыми институтами. Это действительно важный прецедент как для бизнес-сообщества, так и для арт-среды, когда банки проявляют интерес к независимым культурным инициативам.

Из дополнительных доходов – это кофейня, участие в ивент-индустрии, театрализация корпоративных мероприятий, режиссура, проведение мероприятий и презентаций на Большой сцене, которая, по сути, является современным театром-трансформером европейского формата, позволяющим играть с пространством.

Наибольшая статья расходов – оплата труда актеров и технического персонала, на что уходит 4–4,5 млн тенге каждый месяц. Как уточняет Анастасия Тарасова, артисты получают гонорар за выход: от 10 до 50 тысяч тенге в зависимости от их опыта, спектакля и объема работы на сцене.

Также в крупные статьи расходов входят аренда Большой сцены, 1,5 млн тенге и текущие расходы на клининг, монтаж декораций, рекламу – это еще примерно 1 млн тенге в месяц.

При этом у театра нет костюмеров, реквизиторов, гримеров, разного обслуживающего персонала, а декорации часто – дело рук самой команды.

«Минимально с билетов мы можем заработать в месяц 4 млн, максимально – 8 млн. Это зависит от того, какие идут спектакли и с какой интенсивностью, какая сцена превалирует. Есть спектакли, которые более затратные и оттого менее прибыльные. Но мы не хотим от них отказываться. Нам важно играть и делать то, что мы любим», – делится директор театра.

На вопрос, что можно отнести к главным рискам в работе над таким проектом, как независимый театр, Анастасия отвечает – потребности зрителей и отношения артистов внутри команды.

«Зрительская потребность пойти в театр формируется непросто, люди принимают решение идти в театр не спонтанно, как, например, в кино или ресторан. Поэтому к выбору каждого зрителя в пользу «ARTиШОКа» я отношусь с огромным уважением и очень это ценю. А что касается актеров любого театра, здесь – исключительно желание каждого выйти на сцену, ощущение свободы и человеческие отношения», – резюмирует Анастасия Тарасова.

   Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить