Досым Сатпаев: Как Казахстану не попасть в китайскую кабалу

Казахстану надо проявить жесткость в экономическом партнерстве с Китаем, считает известный казахстанский политолог, директор Группы оценки рисков Досым Сатпаев

Фото: lrytas.lt

В преддверии саммита Шанхайской организации сотрудничества (ШОС) политолог рассказал в интервью Sputnik Казахстан, почему ШОС интересен Казахстану на фоне участия в китайском проекте "Экономический пояс Шелковый путь" и как можно "поторговаться" с Поднебесной для получения инвестиций на адекватных условиях.

Досым, чем интересен саммит ШОС, который пройдет в Астане?

— Лет 10 тому назад, когда я был в Пекине и разговаривал с китайскими экспертами, даже у них очень активно поднимался вопрос о том, что делать с Шанхайской организацией сотрудничества в будущем. Уже тогда считалось, она свою миссию выполнила.

Если вы помните, ШОС создавалась, в первую очередь, для того, чтобы решить пограничные проблемы. Когда пограничные проблемы были решены, государства, которые входили в ШОС, захотели трансформировать организацию в структуру, которая занимается региональной безопасностью. Поэтому в рамках ШОС начали развивать антитеррористическое содержание. Тогда же Китай предложил концепцию – «три зла», которые для этой страны представляют угрозу – это экстремизм, терроризм и сепаратизм.

Чуть позже стали возникать разговоры, что Шанхайскую организацию сотрудничества следует подключать и к экономическим проектам.

Что касается саммита в Астане, то один из самых интересных вопросов, который может подниматься, это вопрос расширения организации. Идут разговоры о том, что Индия и Пакистан хотят вступить в Шанхайскую организацию сотрудничества. Здесь есть определенные плюсы и минусы. Плюс в том, что если гипотетически представить, что Индия и Пакистан стали членами ШОС, то эта структура автоматически на глобальной сцене поднимет свой вес: четыре ядерных государства будут в нее входить.

…С другой стороны, существует мнение, что тогда «удельный политический вес» стран Центральной Азии снизится…

— Да, минус в том, что на этом фоне страны Центральной Азии будут выполнять роль мелких второстепенных игроков для массовки. Первую скрипку в ШОС будет пытаться играть Китай, но, с другой стороны, это может вызвать определенную негативную реакцию Индии.

Напомню, Индия недавно проигнорировала форум в Китае, посвященный «экономическому поясу», потому что посчитала, что Китай реализует некоторые инфраструктурные проекты на спорных территориях с Пакистаном.

А учитывая, что у Индии плохие отношения с Пакистаном, появление этих двух государств в ШОС может внести много минусов – трения и разногласия невыгодны остальным участникам организации. Тем более, что в очереди на вступление в ШОС стоит Иран. Сейчас санкции против этой страны смягчены, и она может гипотетически войти в ШОС, но с приходом Трампа, скорее всего, США будут продолжать политику конфронтации с Ираном. И непонятно, как это будет соотноситься с интересами Казахстана и других стран. ШОС не хочет ссориться с США, поэтому минусов может быть больше, чем плюсов.

Часто упоминается конфликт проектов Евразийского союза и «Экономического пояса на Шелковом пути». Теоретически ШОС может быть площадкой для решения конфликта российско-китайских интересов. Но станет ли саммит в Астане ключевым в этом направлении, так как Казахстан играет важную роль в обоих проектах?

— Россия входит в ШОС, а Китай не входит в Евразийский экономический союз. Попытка объединить Евразийский экономический союз и ШОС – это попытка со стороны России, особенно после украинских событий, когда началась конфронтация с Западом, начались взаимные санкции и торговые войны.

Россия пыталась показать, что у нее есть альтернатива – Китай. Кстати, здесь есть интересный момент, потому что на фоне конфронтации с Западом Россия пытается переориентироваться на Восток. А вот Китай, наоборот, если вы обратили внимание, проект «Экономический пояс Шелковый путь» ориентирует на Запад, используя альтернативные транзитные маршруты. Это говорит о том, что могут возникнуть определенные противоречия. Политически Россия и Китай имеют общую точку зрения по определенным вопросам − например, выступают против усиления коалиции во главе с США в Центральной Азии. Но если речь идет об экономике, то Китай, как довольно прагматичное государство, понимает важность США и европейского рынка. С экономической точки зрения Китай, наоборот, сторонник усиления взаимодействия с Западом.

Накануне Ташкентского саммита организации Назарбаев высказался о задачах для всех участников, чтобы «ШОС не стал аморфной, бумажной, бюрократической организацией». Эти опасения реальны?

— В принципе, да. Потому что были опасения, что ШОС превратится в организацию - «свадебного генерала» с определенными регулярными саммитами, красивыми официальными заявлениями без какой-то практической начинки. В принципе, на текущий момент ШОС будет поддерживаться и развиваться Китаем, в первую очередь, как структура, связанная с безопасностью, а в экономическом плане будет подключаться к проекту «Шелковый путь». Думаю, «начинка», связанная с безопасностью, будет основной в рамках ШОС.

Интересует сопряжение программы «Нурлы жол» и китайского проекта. Не эффективнее ли было бы, на ваш взгляд, создать общую казахстанско-китайскую промежуточную программу, чем подгонять под чужую концепцию существующую?

— Здесь было желание получить доступ к гигантским китайским инвестициям для реализации программы «Нурлы жол». Не надо забывать, что эту программу приняли в не очень хороший для Казахстана финансово-экономический кризисный период. Тогда глава государства начал заявлять о том, что необходимо сократить заимствования из Национального фонда, а правительству необходимо искать новые источники…

То есть цели сугубо прагматические?

— Чисто прагматические цели. Объединив «Нурлы жол» и «Шелковый путь», Казахстан рассчитывал получить доступ к китайским инвестициям, тем более, Поднебесная недавно заявила, что в рамках проекта готова потратить просто колоссальные деньги именно на страны Центральной Азии. Наш прагматизм состоял в том, чтобы реализовать собственные инфраструктурные проекты с привлечением китайских инвестиций, потому что рассчитывать на западные инвестиции мы уже не могли по понятным причинам – там тоже экономическая ситуация не очень хорошая.

Выходит, что здесь мы хотим подсесть на китайскую кредитную иглу. Дело в другом: насколько Казахстан в работе с китайскими инвесторами может жестко отстаивать свои интересы. Все понимают, что китайская инвестиционная политика довольно жесткая. КНР во главу угла ставит свои интересы и, если инвестирует, выдает кредиты, делает это на жестких условиях.

Здесь Казахстану очень важно не попасть в некую инвестиционную кабалу и четко указать: да, Казахстан готов поддержать определенные направления, но только если это согласуется с нашими национальными экономическими интересами.

Кстати, для Китая этот проект важен и с точки зрения безопасности. Не секрет, что Китай собирается продолжать инвестировать большие деньги в Синьцзян-Уйгурский автономный район. Потому что там это простимулирует экономический рост и развитие довольно опасного для Китая региона. И в этом плане ясно, что Казахстан и Узбекистан являются ключевыми странами, которые могли бы обеспечить безопасность в Центральной Азии.

А для Китая безопасность в Синьцзяне очень важна. Пекин понимает, что конфликтная ситуация в нашем регионе ударит по самому Китаю. И в этом плане они, думаю, будут пытаться идти на определенные уступки.

FЕсли вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter

Об авторе

 

Статистика

8202
просмотр
 
 
Загрузка...