«Solidcore Resources — это только начало»: Оман расширяет инвестиции в Казахстан

Его превосходительство Абдулсалам Мохаммед Аль-Муршиди — президент Инвестиционного управления Омана (Oman Investment Authority, OIA) — суверенного фонда, под управлением которого находятся государственные активы, местные и международные инвестиции. Геофизик и нефтяной геолог по образованию, он входит в число наиболее влиятельных фигур оманской экономики. В апреле 2026 года Аль-Муршиди был в составе делегации вице-премьера по экономическим вопросам Зиязина бен Хайсама Аль Саида, посетившей Астану с официальным визитом. 1 июня 2026 года он возглавил совет директоров Solidcore Resources — одного из ведущих золотодобытчиков Казахстана, торгующегося на бирже AIX. В интервью Forbes Kazakhstan он объясняет, почему Казахстан стал одним из важных элементов большой региональной стратегии Омана.

Ваше превосходительство, Оман — суверенный инвестор с по-настоящему глобальной географией: от Европы до Африки. Почему именно Центральная Азия и Казахстан стали точкой приложения сил и почему сейчас?

— Султанат Оман смотрит на мир с горизонтом в десятилетия — такова природа суверенного капитала.

Наш первый инвестиционный проект в Казахстане был запущен в 1992 году, когда Оман стал одним из акционеров Каспийского трубопроводного консорциума. В его лице на протяжении 30 лет у Омана был один крупный инвестиционный проект в Казахстане. Недавно мы осознали, что ситуацию нужно менять, и в течение последних нескольких лет мы выделили много ресурсов — финансовых и интеллектуальных — на исследования, чтобы понять регион лучше и диверсифицировать наш инвестиционный портфель в Центральной Азии.

Почему сейчас? Потому что за последние годы Казахстан создал то, что суверенный инвестор ценит выше всего: предсказуемую, основанную на правилах среду. Это результат реформ и последовательной политики президента Касым-Жомарта Токаева. Защита прав инвестора, верховенство права, работающие финансовые институты — МФЦА и биржа AIX. Отдельно отмечу личную приверженность президента Токаева партнерству с Оманом.

Принцип суверенного инвестора прост: масштаб новых вложений соразмерен тому, как защищены вложения, уже сделанные. Чем предсказуемее правила, тем шире готовность вкладывать. Мы намерены наращивать вложения — и в Solidcore Resources, и в Казахстан. Неприкосновенность суверенных вложений — базовое условие, и в Казахстане мы видим именно такое отношение. Поэтому мы говорим о расширении, а не о сохранении позиций.

Казахстан для нас — не отдельная сделка. Оман и Центральная Азия — естественные партнеры, и то, что мы делаем здесь, — первый шаг более широкой стратегии.

Недавний визит вашей делегации в Астану проходил на высшем государственном уровне. Насколько для инвестора масштаба фонда, контролируемого правительством Омана, важна именно межгосударственная система отношений, а не только экономика конкретного проекта?

— Для горнорудных и инфраструктурных инвестиций она критична. Визит возглавлял его высочество вице-премьер по экономическим вопросам Зиязин бен Хайсам Аль Саид; переговоры он проводил с президентом Токаевым, который удостоил его высочество ордена «Достык» I степени. Создается межправительственная комиссия, торговые палаты договорились создать Казахстанско-оманский деловой совет — он должен заработать до конца года. Эти шаги создают благоприятную среду для долгосрочных инвестиций. В то же время решения принимаются с точки зрения коммерческой эффективности, на основе дисциплинированной оценки рисков и возврата капитала, а также в рамках утвержденной практики управления.

Большие промышленные предприятия строятся годами и работают десятилетиями — все это время им нужна предсказуемая регуляторная среда. Прочные, институционализированные отношения между государствами делают долгосрочные риски управляемыми. Поэтому мы выстраиваем отношения на уровне государств, а не только компаний.

Президент Токаев назвал Оман надежным и проверенным партнером и призвал «придать мощный импульс» сотрудничеству. Мы отвечаем делом: последовательность политики руководства страны позволяет нам брать обязательства на десятилетия вперед.

Первой крупной точкой этой стратегии стала Solidcore Resources. Что оманский капитал увидел в этой компании и в чем состоит ваша личная роль в ней?

— Solidcore Resources — компания с показательной историей: редомициляция из Джерси в Казахстан, листинг на AIX, перестройка стратегии вокруг казахстанских активов после выхода из российских операций, а на них приходилось порядка 70% бизнеса прежней компании. Для многих такой момент — повод подождать. Для нас — повод действовать: сильная команда, понятная стратегия, чистый старт в надежной юрисдикции. Якорный пакет — около 24% — в январе 2024 года приобрел оманский государственный фонд, впоследствии увеличив долю почти до трети капитала. При этом Solidcore Resources — публичная, прозрачная компания с большим количеством акций в свободном обращении, а не частный актив. Что до моей роли: как председатель совета директоров, я отвечаю за корпоративное управление и долгосрочную стратегию, а не за текущие операции.

Но подчеркну: Solidcore Resources представляет собой лишь один из примеров растущих инвестиционных связей между Оманом и регионом. То, ради чего мы здесь, больше инвестиций в одну компанию.

Вы описали, что Оман увидел в Solidcore Resources. А есть ли встречное движение — развитие Solidcore Resources в самом Омане?

— Есть. В июле Solidcore Resources заключила соглашение о совместном предприятии с Minerals Development Oman — государственной горнодобывающей компанией Султаната — по медно-золотому проекту Кхабият недалеко от Сохара, с возможностью поэтапного увеличения доли до 60%. Это первый геолого-разведочный проект компании за пределами Казахстана. Компетенции Solidcore Resources — это казахстанская инженерная школа: геологи, металлурги, технологи, умеющие работать со сложными месторождениями — упорными и дважды упорными рудами, сложноизвлекаемыми запасами, где недостаточно просто поднять руду на поверхность — нужны сложная химия и сложный инжиниринг. Таких школ в мире единицы, а дефицит этих компетенций огромен. Казахстанская техническая экспертиза в связке с оманскими инвестиционными возможностями — готовая платформа для экспансии туда, где такие месторождения есть, а компетенций для работы с ними нет.

Наряду с созданием совместного предприятия MDO подписывает соглашение об обмене специалистами с Solidcore Resources, встраивая наших геологов, металлургов и инженеров непосредственно в действующие операции Solidcore на всей производственной цепочке — от разведки до переработки. Именно так Оман формирует суверенный технический потенциал, а не просто импортирует его: наши специалисты учатся на практике в рамках одной из немногих школ подобного рода в мире; это осознанная инвестиция в национальные компетенции. Соглашение также предусматривает привлечение экспертов Solidcore в MDO в рамках двустороннего обмена знаниями. Со временем эта экспертиза сама по себе станет национальным активом, укрепляющим позиции Омана в будущих партнерствах, где именно такая техническая глубина является дефицитным ресурсом.

Наконец, мы обсуждаем партнерство другого масштаба — совместное предприятие MDO и Solidcore Resources под экспансию в страны Залива и Африку: казахстанский инжиниринг, оманский капитал и дипломатия. В Африке — возьмите Ботсвану с ее медными и золотыми поясами — такая комбинация даст результат, которого никто не получил бы поодиночке.

Solidcore Resources — не единственная инвестиция Омана в Казахстане. Как выглядит более широкий портфель и какая логика его связывает?

— Продовольственная и ресурсная безопасность является важным компонентом долгосрочного экономического развития Омана и диверсификации его инвестиций. Развитое сельское хозяйство, природные ресурсы и промышленность Центральной Азии создают возможности для взаимовыгодных инвестиций и торговли в разных секторах. Поэтому наш интерес к Казахстану не сводится к одному активу.

Несколько примеров. Оманский капитал владеет долей в Astyk Trans — одном из крупнейших в стране операторов зерновых железнодорожных перевозок, более шести тысяч вагонов-зерновозов в собственности и аренде. В энергетике национальная компания OQ владеет 20% в нефтяном проекте «Дунга». Как я уже сказал, у истоков Каспийского трубопроводного консорциума Оман стоял еще в 1992 году — первое рамочное соглашение о его создании Казахстан подписывал именно с Оманом. Наша вовлеченность измеряется десятилетиями. Сейчас фонд, принадлежащий правительству Омана, запускает региональный фонд прямых инвестиций для Центральной Азии — транспорт, логистика, промышленность, финансовые услуги; Казахстану предложено участие как институциональному партнеру. Мы приглашаем казахстанские правительство и бизнес не только быть партнерами в совместных проектах, но и инвестировать в Омане в отрасли и проекты, которые могут быть им интересны.

Золото, зерно, нефть, инвестиционная платформа — Solidcore Resources лишь часть портфеля. Это я и имею в виду, когда говорю, что это только начало: мы выстраиваем в Казахстане присутствие, рассчитанное на поколения.

Вы говорите о большем портфеле инвестиций. В чем состоит оманская модель для региона и какое место в ней занимает энергетика?

— Модель строится на простом опыте: ресурсные проекты чаще упираются не в геологию, а в отсутствие надежной и доступной энергии. Оманский подход — приводить энергетику туда, где ее не хватает добыче: соединять добычу с генерацией и накоплением.

Здесь ключевая роль у O-Green — оманской государственной компании в сфере зеленой энергетики с многогигаваттным портфелем проектов в странах Залива, Африке и Европе. Ее специализация — ветровая и солнечная генерация с доступностью 24/7, то есть ровно то, чего обычно не хватает добыче. Особенно большие возможности связка O-Green и Solidcore Resources открывает в Африке: в Ботсване O-Green уже развивает проекты генерации с накоплением совокупной мощностью до трех гигаватт. По сути, это экспорт компетенций — казахстанских в лице Solidcore Resources и оманских в лице O-Green. Параллельно в рамках межгосударственных проектов мы изучаем сотрудничество в зеленой энергетике и в самом Казахстане, включая проект гигаваттного масштаба. География интересов Solidcore Resources охватывает Центральную Азию и страны Залива — через компанию мы видим выход на весь регион. Это движение в обе стороны: мы передаем компетенции и учимся сами, ведь у Омана есть собственные амбиции в горном деле.

Логика проста: горная добыча, опирающаяся на энергетику. Эту модель можно распространить на всю Центральную Азию.

Что весь этот путь означает для самой Solidcore Resources — какой вы видите компанию через несколько лет?

— Solidcore Resources пора превращаться из казахстанской компании в международную. Проект в Омане и мандат на страны Залива и Африку — уже контуры этой трансформации. Компания готова по команде, активам и качеству управления.

Второе условие — инфраструктурное. Финансовая инфраструктура в Казахстане создана: МФЦА и биржа AIX работают. Чтобы стать площадкой не только для локального, но и для международного бизнеса, ей остается показать миру то, что мы, как инвестор, видим изнутри: она надежна и незыблема. Это доказывается не декларациями, а практикой.

Тогда Solidcore Resources ждет выход на новый уровень: другая база инвесторов, другая ликвидность, другой приток капитала. Выиграет не только компания — Казахстан получит первую международную горнодобывающую компанию, выросшую на его собственной бирже.

Как вы описываете долгосрочную логику сближения стран Залива и Центральной Азии?

— Залив и Центральная Азия — естественные партнеры: регионы, расположенные между крупнейшими центрами силы, с взаимодополняющими сильными сторонами. У Залива — долгосрочный капитал и энергетическая экспертиза. У Центральной Азии — ресурсы, положение на стыке рынков и динамика реформ.

Мы пришли надолго — и ценим выбранный страной путь развития, открытость международным партнерам и динамику экономики.