Почему новые казино в Казахстане могут не понравиться Китаю

На излете 2025 года в Мажилисе приняли закон, который расширяет перечень игорных зон в стране, и направили его в Сенат. Помимо уже действующих зон в Боровом и Конаеве (ранее Капчагай) казино разместят на побережье Каспия в Мангистауской области, на побережье озера Алаколь, в Панфиловском районе области Жетысу, в Талгарском районе Алматинской области, а также в районе Маркаколь и Зайсанском районе Восточно-Казахстанской области. Играть в новых казино смогут только иностранцы.

Конкретные участки внутри перечисленных территорий пока не определены. Как пояснил министр туризма и спорта Ербол Мырзабосынов, решение о размещении объектов будет приниматься на местном уровне.

В акимате области Жетысу на запрос Forbes Kazakhstan уточнили локации: «Ориентировочно на побережье озера Алаколь Алакольского района зарезервировано 25 га, в Панфиловском районе на территории МЦПС «Хоргос» — 75 га». В акиматах Мангистауской, Алматинской и Восточно-Казахстанской областей сообщили, что до принятия поправок Сенатом говорить о конкретике преждевременно.

Два в одном

Тем не менее, предположить, где именно будут строить казино, уже можно. В июле 2025 года в акимате Алматинской области сообщили, что новую игорную зону могут построить на горнолыжном курорте Ак Булак, что в Талгарском районе. Инвес­торами могут выступить вьетнамская Crystal Bay Group и ТОО «Кипрос» Тимура Кулибаева (№ 4 рейтинга 75 богатейших бизнесменов Forbes Kazakhstan, № 5 рейтинга самых влиятельных бизнесменов Forbes Kazakhstan). Они собирались вложить в развитие курорта больше 233 млрд тенге. Эти деньги, согласно меморандуму, хотели направить на строительство гольф-клуба, казино и расширение гостиничного комплекса.

При этом, как отмечает политолог и сооснователь Urban Forum Kazakhstan Адиль Нурмаков, из всех перечисленных зон Талгар остается наименее понятной дестинацией для строительства казино. «Его близость к Алматы, причем в восточном направлении, очень проблемном с дорожно-транспортной точки зрения, неминуемо увеличит нагрузку на маятниковые потоки и перегруженную автомобильным движением инфраструктуру», — объяснил Нурмаков.

Советник Национальной ассоциации операторов казино (НАОК), член общественного совета Минтуризма, партнер юридической фирмы Unicase Артем Тимошенко отмечает, что строительство казино в районе Акбулака вызывает сомнения в экономической целесообразности этого проекта.

«В Алматинской области уже существует специально определенная игорная зона в Конаеве, в развитие которой были вложены значительные инвестиции. Она изначально формировалась как центр игорного бизнеса и продолжает развиваться в этом статусе. Появление еще одного казино в этой области (от Конаева до Акбулака около 100 км. — Прим. ред.) может привести к перераспределению клиентского потока, ослабив позиции действующей зоны, куда были вложены миллиарды инвестиций», — указывает на экономическую нелогичность Тимошенко.

Дефицит воды

Более «логичным» регионом для открытия казино, нежели Алматинская область, Адиль Нурмаков называет Мангистаускую область. Там новые игорные зоны могут построить на территории курортов Кендерли и Теплого пляжа. Об этом в марте 2025-го сообщил вице-министр туризма и спорта Ержан Еркинбаев.

«Мы сейчас смотрим с акиматом на потенциал, какое количество туристов привлекут эти игорные зоны, какое количество налогов и рабочих мест, взвешиваем все за и против. Решение по этому поводу будет принимать глава государства», — говорил он.

При этом Нурмаков подчеркивает, что этот регион «отличает жесткий дефицит питьевой воды». «В первую очередь нужно решить эту проблему, причем не ради перспективных туристов, а для достойного качества жизни наших граждан, уже живущих там», — настаивает урбанист.

Вдоль колючей проволоки

Что касается строительства казино в ВКО, Адиль Нурмаков говорит, что здесь «было бы намного лучше максимально защитить природные парки и не создавать нагрузку на них новыми дорогами, стройками и непрофильными для нацпарков активностями». Мнение урбаниста разделяет директор турагентства «Премьер-тур» в Усть-Каменогорске Валерия Топольняк. По ее словам, в Маркакольском районе казино теоретически можно разместить лишь на берегу озера Маркаколь, так как «больше просто негде».

«На берегу озера находится одна деревня с населением около 3–3,5 тыс. человек. Она расположена фактически на территории заповедника. Здесь обитает большое количество птиц. Экосистема озера формирует кормовую базу для пернатых, ради чего и был создан заповедник. При этом инфраструктуры практически нет: отсутствует водопровод, дома отап­ливаются дровами и углем», — говорит Топольняк.

Валерия отмечает, что территория вокруг озера Маркаколь в принципе не приспособлена для туризма: дорога большую часть года в плохом состоянии, туристы приезжают лишь три месяца в году — в основном ради Староавстрийской дороги, популярной у любителей джип-туризма.

Скептически Валерия оценивает и перспективы Зайсанского района, где большая часть территории, не считая города Зайсана, — это лесничества и охотничьи угодья.

«Озеро входит в систему Бухтарминского водохранилища и находится в зоне сильных ветров. Здесь почти всегда дует. Несмотря на песчаное дно, здесь не сложилась курортная инфраструктура: берега и подъезды глинистые, местность представляет собой пустыню, где нет практически никакой растительности ни со стороны Курчума, ни со стороны Зайсана. Если бы речь шла, например, о Бухтарме, где уже есть базы отдыха и туристическая инфраструктура, идея выглядела бы логично. Но в случае с Зайсаном пока трудно понять, на чем вообще можно строить такой проект», — недоумевает Валерия Топольняк.

Объяснить появление казино в области Жетысу и ВКО можно близостью к Китаю, рассуждают опрошенные эксперты. В КНР казино запрещены, и китайские игроки ездят играть за границу. «Маркакольский район находится буквально у границы с Китаем: если выезжать за село Маркаколь, дорога проходит прямо вдоль колючей проволоки погранлинии», — описывает ситуацию Валерия Топольняк. Город и озеро Зайсан также находятся недалеко от границы с Китаем, являясь важным приграничным регионом, где расположены ключевые пункты пропуска, такие как Майкапчагай, соединяющие Казахстан с Синьцзян-Уйгурским автономным районом КНР.

Китайское предупреждение

Кроме того, в СУАР есть озеро Канас, которое хотят соединить с Маркаколем трансграничным туристическим маршрутом. Проект предполагает строительство автодороги и нового контрольно-пропускного пункта. По замыслу сторон, это позволит «сформировать единый туристический кластер вокруг озер Маркаколь и Канас, увеличить поток китайских туристов». И если данный проект удастся реализовать, то строительство казино в пределах этого маршрута выглядит логичным.

По оценке Адиля Нурмакова, именно Хоргос пока что выглядит более выигрышным на фоне всех остальных локаций.

«В целом запускаться сразу с шестью зонами — шаг опрометчивый. Правильнее будет пилотировать один проект и на его примере, опыте и с новыми ресурсами (в первую очередь человеческими) начинать второй, потом следующий и т. д. Для пилотного проекта более предпочтительным можно назвать МЦПС «Хоргос», так как он имеет потенциал шопинг-туризма и, вообще, при хорошем мастер-планировании и качественном девелопменте может стать важной точкой нового Шелкового пути — не только в транспортно-логистической форме, как сейчас, но и как точка смешения культур», — пояснил Нурмаков.

Однако советник НАОК Артем Тимошенко предупреждает, что, прежде чем строить новые казино, нужно учесть позицию Китая.

«Позиция китайских властей и дипломатических представительств заключается в том, что размещение игорных объектов вблизи границы недопустимо. По информации генерального консульства КНР в Казахстане, китайская сторона выступает против создания игорных зон в приграничной полосе и намерена препятствовать таким проектам», — говорит Тимошенко.

По его словам, косвенным подтверждением этой позиции можно считать обращение китайской стороны к операторам игорного бизнеса Казахстана с требованием убрать рекламу игорных заведений в Конаеве на китайском языке. На многих рекламных баннерах казино информация действительно размещена на казахском, русском и китайском языках.

«Позицию Китая нужно учитывать, поскольку решения с его стороны могут приниматься в одностороннем порядке и иметь негативные последствия для Казахстана», — считает Тимошенко.

Деньги не текут рекой

По оценке Национальной ассоциации операторов казино (НАОК), игорная отрасль в Казахстане сегодня находится в сложном положении из-за высокой налоговой нагрузки, обязательных платежей и усиливающейся внешней конкуренции. По данным советника НАОК Артема Тимошенко, до 2018 года в Капчагае действовало около 20 игорных заведений. Сегодня их осталось семь — пять казино и два слот-зала. При этом один слот-зал закрылся в 2025 году из-за нерентабельности. Следовательно, строить новые игорные зоны, полагают в ассоциации, будет экономически нецелесообразно. Тем более, как объясняет Тимошенко, строительство новых казино довольно дорогостоящее мероприятие и совсем не факт, что эти заведения смогут не то что стать прибыльными, а хотя бы не уйти в минус.

«Закон требует, чтобы казино располагалось в гостинице категории не ниже трех звезд с рестораном, собственной охраной и обменным пунктом. Это автоматически предполагает крупный штат — в среднем 700–750 сотрудников, около 80 охранников, а также значительные операционные расходы. Даже без учета строительства дорог и инженерных сетей капитальные вложения в такой объект оцениваются минимум в $30 млн. Дополнительно требуются инвестиции в игорное оборудование: не менее 30 игорных столов и 60 автоматов», — подсчитал Артем Тимошенко.

Он также отметил, что при такой структуре затрат минимально необходимый оборот казино должен будет составить порядка $31 млн в год. Даже при оптимистичном сценарии, когда средний чек игрока составляет $500, одному заведению требуется не менее 62 тыс. иностранных гэмблинг-туристов в год, или более 5 тыс. человек в месяц. Будет ли столько иностранных туристов для одного игорного заведения? Вопрос риторический.

Потенциальный интерес к инвестициям в новые игорные зоны, как полагает Тимошенко, может исходить из Юго-Восточной Азии, в том числе из Гонконга. Но иностранцы могут фокусироваться не только на Казахстане.

«Как правило, при выборе площадки они рассматривают сразу несколько локаций — Казахстан, Кыргызстан, Узбекистан, Грузию и другие — и заказывают сравнительный анализ инвестиционной привлекательности. В условиях сложного и обременительного регулирования Казахстан, с высокой вероятностью, проиграет конкуренцию соседним рынкам, где требования мягче, а условия входа проще», — считает Артем Тимошенко.

Отойти от витрины

Сооснователь Urban Forum Kazakhstan Адиль Нурмаков говорит, что с урбанистической точки зрения было бы куда выгоднее строить многофункциональные зоны, а не «витринные» улицы с периферией для обслуживающего персонала, как это бывает в мировой практике при формировании игорных зон.

«Рациональнее развивать такие территории как круглогодичные курорты для семейного отдыха, любителей походов и экотуризма, а также делового и культурно-событийного туризма, для которого нужно строить конгресс-холлы, концертные площадки и т. д. Это требует не только продуманной застройки территории, но и системного маркетинга, продюсирования и насыщенной программы на протяжении всего года.

Опасаюсь, что в стране пока нет специалистов такого уровня. Необходимо привлекать иностранных экспертов или управляющие компании, перенимать их опыт и параллельно готовить собственные кадры. Только в этом случае идею создания новых зон можно рассматривать позитивно — особенно с учетом того, что первые две так и не оправдали возложенных на них ожиданий», — резюмировал Адиль Нурмаков.