Почему Эфиопия – одно из самых необычных и колоритных мест на Земле

Журналист и путешественник Андрей Гришин уверен — по культурному наследию Эфиопии на континенте нет равных

Фото: © Depositphotos.com/katiekk

Среди государств Африки в плане туризма Эфиопия стоит особняком: любителям сафари и пляжей там будет скучно. Выхода к морю у страны нет, национальные парки не изобилуют живностью, а высокогорный климат делает её ещё и достаточно прохладной. Однако по культурному наследию Эфиопии на континенте нет равных – разве что некоторую конкуренцию создает остров Занзибар. А по разнообразию проживающих здесь племён даже повидавших многое страна способна поражать ежедневно.

Первое открытие ожидало ещё дома. Оказывается, долететь до Эфиопии из Казахстана, точнее из Алматы, не так уж и дорого: в среднем $600 в оба конца, если выбрать эмиратовскую FlyDubai. Еще можно подгадать скидки, и цена снизится вдвое. Однако с визой сложнее. Посольство, в чью сферу ответственности входит Казахстан, находится в Анкаре. Сама виза стоит всего $20, но потребуется переслать её в посольство и оплатить обратное отправление курьерской службой. Перечисление за визу предпочтительнее делать в любом турецком банке, работающем у нас. Незначительные не­удобства компенсируются оперативностью и искренним стремлением консульской службы помочь.

Вхождение в «чёрную» Африку

Каких-то особых мер предосторожности предпринимать не надо. Страна достаточно безопасна в плане криминала, иногда случаются беспорядки, но затрагивают они местных. Высокогорный климат обусловил отсутствие присущих многим странам этого континента опасных заболеваний и ядовитых насекомых. Разве что за исключением малярии и её переносчиков – комаров, которых в нескольких регионах предостаточно. Но тут уж как повезет, поскольку «найти» малярию можно почти в любой тёплой стране. Зато здесь не бывает терактов (за редкими исключениями – благодаря «гостям» из соседней Сомали). Население поделено на православных и мусульман, с небольшой прослойкой протестантов и анимистов, но при этом никаких разногласий. Ведь ещё в 616 году пророк Мухаммад со своими подвижниками спасся от гонений именно в христианской Эфиопии, где их тепло принял царь Негус и местные жители. В память об этом пророк завещал мусульманам всегда жить в согласии с христианами, и спустя века в этом отношении ничего не поменялось. Правда, традиционно православная страна теперь уже на треть мусульманская.

Столица Аддис-Абеба, что в переводе означает «Новый цветок», на самом деле пахнет не очень: огромный грязный город с минимальным столичным лоском в небольшом даунтауне. Опытных путешественников грязь и нищета может удивить, неопытных – шокировать. Интересного здесь ровно на один день: это собор Святого Георгия 1896 года и ещё два более современных православных храма, национальный музей, небольшой памятник Пушкину и маленькая скульптура льва – почти исчезнувшего в местной природе символа страны. Несмотря на относительную безопасность, ходить по тёмным разбитым улицам страшновато. И, как в любом мегаполисе, приходится следить в оба даже днем: ограбить не ограбят, но подростки порой норовят что-нибудь выхватить из рук или стибрить из кармана.

Эфиопия – достаточно большая страна (примерно 40% от Казахстана), и переезды на автобусах или автомобилях занимают значительную долю путешествия. При этом она занимает лидирующее место в мире по количеству аварий – за окном можно увидеть ужасающие последствия автокатастроф. С соблюдением правил дорожного движения плохо; свою лепту вносит домашний скот. Сами дороги узкие, хотя благодаря китайским компаниям в большинстве мест много лучше, чем по Африке в целом. Поезд запущен совсем недавно (опять же благодаря Китаю), но соединяет он только столицу с соседним государством Джибути, хотя с его помощью можно провести в относительном комфорте большую часть пути до одного из интереснейших городов - Харэра. Оптимальны перелёты единственной национальной авиа­компанией, но только при наличии лишних денег, так как билеты в любую точку могут быть по цене соизмеримы с билетами до самой Эфиопии. Следует заметить, что если вы вдруг прилетите в страну национальным перевозчиком, то все местные рейсы автоматически станут вдвое дешевле.

Фото: © Depositphotos.com/canyalcin

Государство условно поделено на православный север, мусульманский восток и анимистический юго-запад. В первом случае это древние храмы и горы, во втором – мечети, слоны и гиены, в третьем интерес представляют сами люди. К сожалению, попасть из одной части в другую, минуя столицу, не получится.

Начало долины в конце цивилизации

Из Аддис-Абебы наш путь лежит в сторону долины Омо – самого анимистического куска юга-запада, населённого представителями около двух десятков племен. Утомительный десятичасовой переезд на автобусе заканчивается в Арба-Мынче – одном из двух относительно крупных городов региона, где имеются инфраструктура и нормальные гостевые дома. Рядом находится национальный парк Нечисар с множеством птиц, обезьян, зебр и бородавочников, а вот увидеть крокодилов и бегемотов – как повезёт. Поездка в парк на лодке обойдётся примерно в $50 с человека, включая сопровождение вооружённого егеря. Можно в 2 раза дешевле, но тогда без зебр и гипотетических крокодилов-бегемотов.

В Арба-Мынче легко договориться насчёт машины с водителем для углубления в долину (обойдется в $100 в сутки). Ситуация с транспортом в этих местах крайне напряжённая, то же самое и с дорогами, поэтому для самостоятельных перемещений потребуются время и выдержка, так как по некоторым трассам может проехать не больше 10 авто в день. Местные жители в основном полагаются на свои ноги.

Фото: архив пресс-службы

Примерно пять часов по убитым дорогам, заполненным домашним скотом, приводят в городок Консо – вотчину племени с одноимённым названием. В отличие от других племён они тысячелетиями жили в подобиях городов, окружённых стенами, как и сегодня. Сам Консо – последняя возможность для путешественников воспользоваться какими-то привилегиями цивилизации, потому что дальше в лучшем случае это будут деревни, различающиеся только размерами и считающиеся городами.

На выезде из Консо время уже по-настоящему начинает поворачивать вспять. Автотранспорт почти не встречается, вдоль дорог идут местные жители в традиционных для того или иного племени одеяниях. А то и просто в одних набедренных повязках (как мужчины, так и женщины). Есть общее – все несут за плечами ружья или калашниковы – в зависимости от благосостояния семьи. Как бы бедно кто ни жил, оружие – непременный атрибут. Притом что проживающие на этой территории племена вполне миролюбивы и просто так за оружие хвататься не станут. Но изредка случаются межплеменные столкновения, практикуется похищение скота, так что ствол не помешает.

Для посещения поселений в следующем городке Кей-Афаре нанимается проводник. За $25 в день он берёт на себя все функции по размещению, коммуникациям со старейшинами и остальным вопросам. Каждый визит в деревню обходится в дополнительные $25 с человека. Деньги берутся даже за посещение рынков (проводник уверяет, что взносы идут на развитие местных сообществ), которые на самом деле стоят того. Только там можно увидеть представителей множества племён сразу с экзотическими названиями – турми, сурма, дорзе, цамай, хамер и другими. Сами рынки, помимо обмена продуктами и товарами между племенами, являются прообразом информационных центров и клубов по интересам. А как иначе при отсутствии телекоммуникаций узнавать последние новости?

В крупных деревнях новости уже можно услышать от немногих обладателей телевизоров и мобильных телефонов, но гораздо дешевле просвещаться в местных барах. Без проводника их не найдёшь, так как некоторые могут находиться на чьем-то подворье. То, что это именно бар, определяется наличием пары столиков (небольшие стулья принято приносить с собой), публики и запахов браги. Помимо браги можно и даже нужно попробовать эфиопскую медовуху – тадж – но при этом следует иметь в виду, что санитарная безопасность не гарантирована. Публика в таких заведениях чрезвычайно колоритная, вот только фотографирование может закончиться чем-нибудь неприятным – под воздействием спиртовых паров. Конечно, утром будут извиняться и валить всё на забористое пойло.

В целом путешественникам полное погружение в атмосферу каменного века не грозит. В городках всегда есть пара гостевых домов, пусть и с «камерным» набором в виде кровати с противомоскитной сеткой и лампы (всё остальное во дворе). Порой встречаются и более-­менее приемлемые заведения.

По спинам во взрослую жизнь

Поскольку наш проводник – выходец из племени хамер, то приоритет отдается им. Что сказать? Крайняя нужда и полное отсутствие всего, за исключением оружия. Хамеры позиционируются как скотоводы и пчеловоды. Но, очевидно, имеют они с этого самый минимум, только чтобы не умереть от голода. Поэтому любая продукция цивилизации в виде презентов – мыло, бритвенные станки, фломастеры, тетради и игрушки – идут на ура и расходятся в считаные минуты.

Каким-то образом гид пытается выяснить, в каком из поселений будет проводиться известная у хамеров церемония пробежки подростка по спинам буйволов. Таким образом мальчик становится мужчиной, и первый бонус после этого – разрешение употреблять алкоголь, а потом можно и жениться. Церемония проводится лишь однажды, так что если юноша не сможет пройти испытание, повторного уже не будет и он на всю жизнь останется «мальчиком». Или, как наш проводник, может уйти из племени и начать жить по законам государства.

Фото: Андрей Гришин

Первый поход по предгорьям не удаётся, встречные объясняют, что по каким-то причинам церемония откладывается. Совершив ряд звонков, гид сообщает, что нечто будет проходить в другой деревне, правда, добираться до нее часа полтора пешком по горам.

После оплаты «входных» нас приглашают к месту веселья. Всё словно с фотографий географических журналов – люди, облачившись в лучшие традиционные одежды, не переставая поют и танцуют. В голову приходит мысль, что все это затевалось исключительно ради нашего взноса. Однако же количество заготовленной браги и степень «готовности» празднующих подтверждают, что народ веселится с утра, когда про нас ещё известно не было. Самому «герою торжества», впрочем, не до праздника – надо собраться с духом, поскольку решается его судьба. К чужим тут отношение неоднозначное: с одной стороны, крайнее любопытство, с другой – мы всё-таки не имеем отношения к сугубо семейному торжеству, собравшему членов клана со всех окрестностей, и не исключено, что многие впервые видят иностранцев. Поэтому вначале нас несколько стесняются, но совместный приём браги разрушает барьеры. Где-то в стороне мычат буйволы, напоминая, зачем все собрались. Но все ждут какого-то важного родственника, после чего выясняется, что обещанная церемония, к облегчению мальчика, откладывается на завтра. Поясняют, что в стаде нет одной белой буйволицы, которую пригонят завтра – без неё никак. Пришлось в ночь по горам возвращаться в городок Турми.

На следующее утро нам приходится снова платить по $25, и мысль, что всё-таки это «ритуальный развод», возвращается. Оказалось, нет. Всё на самом деле серьёзно: и ещё большее волнение мальчика, и веселье участников. Отношение к нам уже совершенно другое – встречают как старых друзей. Вот уже фотокамеры идут по рукам, взамен предлагается пощупать винтовки и автоматы, нескончаемая брага и совместные танцы. Местные красавицы тоже раскрепостились и начинают заигрывать: делают вид, что собираются застрелить из калашникова или предлагают постегать их прутьями. Здесь считается, что чем больше муж любит жену, тем сильнее должен охаживать прутьями на зависть остальным. По этой причине тела всех замужних дам покрыты шрамами.

Фото: Андрей Гришин

Наконец слышится мычание той самой белой буйволицы и появляется подросток в окружении друзей. Собравшиеся с трудом выстраивают испуганных буйволов бок о бок, и мальчику предлагается добежать по гладким спинам до конца ряда, вернувшись уже мужчиной. Наш парень разбегается, и ему улыбается удача: удерживается на ногах, возвращается героем и законно требует своей доли браги. Веселье вступает в новую фазу…

На лицо ужасные

Из всех племён, проживающих в нижней долине реки Омо, самым «брендовым» считается мурси. Многие считают его и самыми неприятным. Племя скотоводов обладает повышенной агрессивностью, его представителей не так уж часто можно увидеть на рынках. Визитные карточки мурси – деревянные тарелки в губах женщин и шрамированные тела представителей обоих полов (без привязки к поговорке «бьёт - значит любит», просто для красоты).

Чтобы въехать на территорию мурси – а это без малого четыре часа на авто от ближайшей условно цивилизованной деревни Джинка – помимо взносов в общину необходимо брать с собой вооружённого рейнджера на случай чего. Всю основную работу в племени доверяют женщинам, а мужчины – это воины и защитники. Но порой «защитники» к обеду уже не держатся на ногах, приступ агрессии может произойти спонтанно. И всё-таки, думаю, на мурси слишком наговаривают – что они поклоняются демону смерти, съедают своих умерших и т. д.

Когда мы прибываем в жаркую пыльную деревню, встречать нас выбегают исключительно женщины и дети. Мужчины чуть вдали возлежат на солнцепёке после утреннего приема браги, некоторые безуспешно пытаются подняться. Но и без них всё напоминает маленький ад, особенно на фоне национальных украшений и одеяний. Хуже всего – смрад, связанный с мухами цеце: чтобы хоть как-то защитить себя от опасных насекомых, люди обмазывают себя навозом. Тем не менее мухи (и цеце, и серые мясные) повсюду. Пишут, что мурси употребляют мясо в редких случаях, а так пьют молоко, могут пустить немного крови из вены домашних животных и делают кашу из злаков. Однако наш гид, наоборот, утверждает, что они как раз кроме мяса ничего не едят. Судя по запахам (помимо навоза), он говорит правду. В домиках-шалашах с потолков свисают куски далеко не первой свежести мяса, увитые мухами.

Фото: Андрей Гришин

Какого-то дружелюбного любопытства никто здесь не излучает: за фотографирование нужно платить каждому объекту примерно четверть доллара, некоторые за кадром пытаются залезть в карман, сумку или снять всё, что плохо крепится… Приходится быть объективным: в гости они нас не приглашали. Мы для них – лишь редкая возможность заработать хоть что-то. Те, кто профессионально изучал это племя и смог добиться расположения его членов, ничего особо плохого не пишут: люди как люди, с некоторыми особенностями… К тому же очень скоро их может вообще не остаться – мурси быстро вымирают от голода и болезней, сейчас их осталось 5–10 тысяч.

На этом наше знакомство с долиной Омо завершается. Впереди двухдневное перемещение в другую временную плоскость – в сторону границы с Сомали, где находится древний мусульманский город Харэр (четвертая по значимос­ти исламская святыня).

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
9084 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
26 августа родились
Улес Нысанбек
заместитель директора Института философии, политологии и религиоведения МОН РК
Жанна Гислер
первый заместитель генерального директора по стратегическому развитию и инвестиционному планированию АО «АРЭК»
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить