Тот, кто крупнее

Почему будущее казахстанских стартапов связывают с корпоративным сектором

Фото: © Depositphotos.com/branex

Бизнес-инкубирование как система поддержки начинающих предпринимателей возникло в США в конце 1950-х. В те времена их основная задача сводилась к предоставлению предпринимателям офисных площадей и консультационных услуг. Сегодня три ключевые задачи данных структур заключаются в том, чтобы способствовать увеличению количества бизнесов, повышению их выживаемости и более динамичному развитию. В Казахстане, отмечают эксперты, будущее бизнес-инкубаторов должно быть связано в первую очередь с корпоративным сектором. Об этом говорилось на прошедшем в декабре в Алматы Инновационном конгрессе.

Создание и развитие стартапов связано с большой долей риска. Из сотен заявленных проектов успеха добиваются единицы, и вовремя и грамотно оказанная поддержка может стать тем самым фактором, который поможет молодой команде сначала получить известность у себя дома, а потом, возможно, и шагнуть за пределы страны или региона. Ведь сегодня рынок становится более глобальным и возможность доступа к широкой аудитории – один из важных активов.

Начинающим предпринимателям следует с самого начала ориентироваться на больший масштаб деятельности, чем отдельно взятая страна, убежден, в частности, директор британской Honeycomb Global Рон Смит. В то же время, если основатели старт­апа создадут продукт, который будет пользоваться спросом в Казахстане, нельзя исключать, что он будет востребован и в других странах. Еще одна важная задача, которую должен решать институт бизнес-инкубирования, связана с обеспечением цепочки поставок. Мы много говорим о цифровом мире, smart-city, интернете вещей и других концепциях, базирующихся на большом количестве электронного оборудования, дистрибьюторы которого крайне слабо представлены в Казахстане. И если кто-то из предпринимателей решит взяться за освоение этого направления, бизнес-инкубатор может выступать своего рода гарантом, помогая стартапу завоевать доверие на международном рынке.

Обеспечить поддержку старт­апам за счет собственного бренда вообще одна из актуальных задач для бизнес-инкубатора сегодня, когда мы все глубже уходим в виртуальный мир. Многие всемирно известные корпорации вышли из компаний, основанных буквально на коленке дома или в гараже, и таким новичкам сложно завоевать доверие и получить первый контракт, особенно в том случае, когда речь идет о крупных проектах с государственным участием. Давать общие для всех рекомендации, универсальный алгоритм поддержки, который лучше других помог бы молодым компаниям, дело неблагодарное, считают зарубежные эксперты. Многое определяет разница в бизнес-культурах, в структуре рынка. В той же Великобритании на долю МСБ приходится большая часть экономики и значительная часть компаний в этом сегменте начинает работать без поддержки правительственных организаций. Бразилия поддерживает малый и средний бизнес, фокусируясь на разработке продуктов, которые будут востребованы рынком и индустрией. «Какова бы ни была модель, определяющим критерием должно являться наличие потенциального спроса. Нет смысла поддерживать продукт, который не будет востребован рынком», – уверен Смит.

Идея того, что корпоративное бизнес-инкубирование может стать тем самым инструментом, который лучше других поможет определить, какие проекты действительно необходимы отечественному рынку, и реализовать их, находит сторонников среди представителей местного стартап-сообщества и инновационного сектора. По мнению члена попечительского совета консалтинговой Bridge Group Тимура Баирова, Казахстан стоит на распутье между классической моделью развития стартапов и корпоративными инновациями. Одним из примеров реализации классической модели стала запущенная в 2011 году программа поддержки молодых предпринимателей iStartup, школу которой успешно прошли 38 проектов, в том числе многие нынешние лидеры отечественного e-commerce. Решение же закрыть программу один из ее инициаторов, президент Ассоциации казахстанского интернет-бизнеса и мобильной коммерции Константин Горожанкин объясняет тем, что отрасль привлекла внимание государства и, как следствие, государственное финансирование. «Легкие деньги», при распределении которых к тому же не было четких критериев, расхолаживали стартаперов, многие из анонсированных проектов так и не заработали, а по-настоящему «звездные» новые команды почти перестали появляться.

Методом проб и ошибок рынок убедился в том, что в случае с поддержкой стартапов государство оказалось не слишком эффективным менеджером. В то же время практика показала, что крупные компании, прежде всего добывающие, одними из первых начали автоматизировать производственные процессы, и некоторые уже добились успеха, например «Каз­атомпром» с проектом «Цифровой рудник». «У нас есть такие столпы экономики, как национальные компании, которые могли бы выступить заказчиком для инноваций и дать старт новым продуктам. В силу специфики работы мне часто приходится разговаривать с представителями зарубежных бизнес-инкубаторов, которые задаются одним вопросом: почему мы пытаемся выйти на внешние рынки и не используем тот потенциал ресурсов, который есть в Казахстане. Ведь буквально под боком находится заказчик, который может дать старт интересному продукту, пусть даже это будет не аналог Uber или приложение для ресторанов, но решение для промышленности. По моему мнению, нужно развиваться в направлении корпоративного сектора. Если молодым предпринимателям окажется по силам сделать разработку для того же «Казатомпрома», которую потом приобретет, скажем, «Росатом», это будет очень полезным опытом, который подтвердит высокий потенциал стартапа», – считает Баиров.

Важный плюс корпоративного бизнес-инкубирования игроки рынка видят в том, что совместная работа корпоративного сектора и молодых предпринимателей может принести выгоды обеим сторонам. Модель, в которой корпорации запускают новые сервисы и продукты силами исключительно своих специалистов, уходит в прошлое. В Швейцарии, которая занимает одно из лидирующих мест по уровню развития бизнес-инкубирования, рынок корпоративных инкубаторов оценивается в 400 млн евро и собственные акселераторы есть даже у таких промышленных гигантов, как Nestle. Пусть в конечном итоге жизнеспособными окажутся всего один-два сервиса из десятка, они получат площадку для запуска и отработки своих идей. А чем больше инноваций будет внедрено в крупных корпорациях и нацкомпаниях, тем больше в идеале должна выиграть экономика.

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
782 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:
Загрузка...
9 декабря родились
Имангали Тасмагамбетов
чрезвычайный и полномочный посол Казахстана в России
Самые Интересные

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить